Пока лифт беззвучно поднимается на последний этаж, Линн начинает нервно теребить уголок своего бейджа и хмурится.
– Значит, эта вечеринка в твою честь?
– Вроде того. Мэгги захотела, как она выразилась, «отметить мое возвращение в издательский бизнес», но на самом деле это лишь повод поесть волованов и посплетничать о писателях.
Линн хмуро смотрит на свое отражение в зеркальных стенах лифта.
– Твои гости, наверное, ожидают, что я разбираюсь в книгах. Что, если я сморожу какую-нибудь глупость?
– Не сморозишь, Линн, потому что ты не глупая. Мы уже с тобой об этом говорили.
Линн снова хмурится:
– Я тут про Кая вспоминала.
– Линн…
– Я была с ним целый год и ничего не заподозрила. Я должна была что-то почувствовать. Должна была разорвать наши отношения…
– Я тоже ничего не заподозрила. Помнишь? – Кладу руку ей на плечо. – Мы обе… Но его больше нет. Так что постарайся сегодня хорошо провести время, ладно?
Линн кивает и проводит пальцами по волосам.
Лифт останавливается.
Когда выходим на этаже издательства, нас встречает гул голосов, приветственные улыбки, многие из гостей чуть поворачиваются в нашу сторону.
Обстановка в точности такая же, как и на всех издательских сборищах, на которых мне довелось побывать: импровизированный столик с напитками в одном углу, мини-буфет – в другом. Сотрудники издательства все в смарт кэжуал, стоят небольшими группками, беседуют и вежливо кивают друг другу.
Из окна от пола до потолка открывается панорамный вид на реку. Темза сегодня неспокойная и мрачная.
– Беккет, привет!
К нам стремительно направляется Мэгги, невысокая, зеленоглазая, с копной светлых, подпрыгивающих при каждом шаге локонов. По флангам ее сопровождают четыре энергичного вида молоденьких помощницы.
– Как я рада, спасибо, что пришли. – Мэгги быстро пожимает мне руку и улыбается Линн. – Я Мэгги, редактор Беккет.
Линн протягивает ей тонкую ладонь, и они обмениваются рукопожатием.
– Линн из Хэвипорта, – объясняю я, и помощницы Мэгги кивают. – В детстве мы были близкими подругами, так что она помогала мне… восстановить связь с городом.
Мэгги несколько отстраняется и светлеет лицом.
– Линн, ну конечно. Я могу предложить вам выпить?
Тут из-за спины Мэгги звучит по-отечески доброжелательный голос:
– Сказано – сделано.
И к нашей компании присоединяется улыбающийся Говард с треугольными бокалами в руках. Следом за ним появляется Зейди в лиловом брючном костюме.
– А, шампанское, – радостно восклицает Мэгги. – Отличная работа, Гов. – Она прикасается к моей руке. – Беккет, дорогая, еще успеем поболтать. Присоединишься к нам чуть позже, а сейчас испытай судьбу, может, еще не все закуски смели.
И она уплывает в сторону буфета, помощницы, как утята, за ней.
Говард кивает на Зейди:
– Вот от кого жди проблем, я здесь всего пятнадцать минут, а она уже успела меня подпоить.
– Издательские вечеринки такие до неприличия пресные, – с видом заговорщицы отвечает Зейди. – На адвокатской тусовке мы бы уже давно переключились на водку.
Она дружески меня обнимает, и я вдыхаю знакомый аромат грейпфрута и цветов апельсина.
Когда отстраняемся друг от друга, она смотрит мне в глаза и тихо спрашивает:
– Ты как, малышка?
Зейди в курсе, что сегодняшний вечер очень важен для меня. Книжная вечеринка в мою честь; раньше такие мероприятия были для меня чем-то само собой разумеющимся. В те времена я даже не догадывалась, насколько мне повезло.
– Все хорошо, – отвечаю я, и мы улыбаемся друг другу.
Потом она поворачивается к Линн:
– Я Зейди, приятельница Беккет.
– А я… Линн, приятельница Беккет, – как попугай повторяет Линн.
Зейди бросает на меня многозначительный взгляд, а я таращу на нее глаза, чтобы она не сказала чего лишнего.
Повисает пауза.
– Как насчет тоста? – спрашивает Говард и передает Линн бокал.
Второй протягивает мне, но я выставляю перед собой ладонь.
– Спасибо, сегодня – ни капли.
– О господи, так и не пьешь?
Я невольно усмехаюсь:
– Не ожидал от меня такого?
Говард весело подмигивает Линн и небрежно пожимает плечами.
– Думаю, в Лондоне случались и более странные вещи, говорят, однажды в Темзу заплыл кит. – Говард ставит на ближайший столик бокал, от которого я отказалась, ловко подхватывает с подноса проходящего мимо официанта стакан с апельсиновым соком и передает его мне. – За «Спящих в темноте», главные воспоминания сегодняшнего дня.
Мы все дружно чокаемся.
– Итак, – говорит Говард, пригубив шампанское, – вы та самая знаменитая Линн?
Линн хмурится:
– Знаменитая?
– Ну, в некотором роде, так сказать, из мемуаров.
У Линн округляются глаза, как у испуганного животного.
– Я есть в книге?
Я испепеляю Говарда взглядом и поворачиваюсь к Линн:
– Поверь, я собиралась с тобой это обсудить.
Говард изображает «упс-фейс».
– Сегодня вроде подают неплохие закуски. Зейди, ты как? Пойдем перекусим? У них там эти вкуснейшие маленькие дамплинги со свининой…
И они уходят. А я избавляюсь от своего стакана с соком и умоляюще складываю ладони.
Линн смотрит на меня и ждет, что я скажу.
– Послушай… Линн. Эта книга. Я хотела…
– Тебе не надо передо мной извиняться.
– Нет, я… О господи… – Массируя виски, пытаюсь как-то объясниться. – Я хотела с тобой это обсудить… В этот уик-энд. Честно… Там нет ничего плохого, но я могу вымарать…
– Все хорошо, – говорит Линн, и я вижу, что она готова рассмеяться. – Правда, все нормально.
Я провожу пальцами по волосам:
– Так ты не в обиде?
Линн опускает свой бокал.
– Не знаю, понимаешь ли ты это, но то, что мы снова стали подругами, это вроде как… изменило мою жизнь. Так что, если я есть в твоей книге, я только рада.
С облегчением выдыхаю:
– Уверена?
– Конечно. – Она смотрит в свой бокал, и щеки у нее чуть розовеют. – И потом, думаю, я должна тебя поблагодарить.
Вскидываю голову:
– О господи, за что?
– За мою новую работу. В детском приюте.
Вспоминаю то холодное декабрьское утро и баронессу в строительной каске и светоотражающем жилете.
Я ведь особо и не надеялась на то, что она рассмотрит мое предложение, не говоря уже о том, чтобы его принять.
Не могу сдержать радостную улыбку.
– Ты теперь управляющая? Какая прекрасная новость.
– Я знаю, это благодаря тебе меня пригласили на собеседование.
Я фыркаю, как будто она говорит о каких-то несущественных мелочах.
– Ну… в некотором смысле. Но все равно прими мои поздравления. – Беру со стола свой стакан с соком. – Думаю, за это следует поднять второй тост.
Линн указывает на мой стакан:
– Ты действительно не пьешь?
– Знаю – тоска зеленая, но зато я целый месяц примерно себя вела.
Тут кто-то громко и заразительно смеется, я сразу узнаю смех Зейди и, посмотрев в ее сторону, замечаю на ближайшем столике тот самый оставленный Говардом бокал с шампанским.
У меня даже в горле начинает першить.
– А впрочем… думаю, от одного бокала особого вреда не будет…
Беру золотистый напиток со стола и разглядываю пузырьки.
Линн произносит тост:
– За новые начинания.
Мы чокаемся.
– За новые начинания, – повторяю я и делаю большой глоток. В горле мгновенно перестает першить, и я киваю в сторону буфета. – Как смотришь на то, чтобы набить животы дамплингами?
Пытаюсь вставить ключ в замочную скважину парадной двери и смеюсь радостно, как заигравшаяся в какую-то веселую игру маленькая девочка.
После нескольких неудачных попыток Линн прижимается ко мне сзади и предлагает:
– Давай я попробую…
Я смотрю на нее через плечо:
– О, привет! Спасибо, Линн.
Она берет мою руку в свою, и мы совместными усилиями добиваемся успеха.
– Готово.
Дальше поднимаемся по лестнице, Линн то и дело упирается ладонью мне в спину, возможно, пытается так удержать меня от падения, а возможно, сама пытается сохранить равновесие, тут сложно сказать.
