СССР. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Цуцаев Андрей

Рудольф Нойбауэр открыл бюджетные таблицы на 1937 год и дополнил отчёт цифрами.

— Государственный бюджет уже имеет дефицит в двести миллионов шиллингов, и без германских туристических потоков в Зальцкаммергут и заказов на железную руду из Эрцберга мы не сможем оплатить импорт нефти из Румынии, угля из Чехословакии и зерна из Венгрии. Геринг обещает полную интеграцию австрийских финансов в рейхсмарку с немедленным покрытием долгов и повышением пенсий. Это убеждает не только рабочих, но и средний класс в Вене — служащих, учителей, мелких предпринимателей. Сопротивление приведёт к гиперинфляции и социальным волнениям, от которых страна не оправится без внешнего вмешательства.

Ганс фон Хаммерштайн-Экворд заговорил о юридической стороне вопроса.

— С точки зрения международного и внутреннего права любое присоединение нарушит условия Сен-Жерменского договора 1919 года и наши обязательства по сохранению независимости, гарантированные Францией и Великобританией. Однако после ремилитаризации Рейна Лига Наций показала свою полную беспомощность. Если мы обратимся с жалобой в Женеву, то получим лишь бумажные резолюции без санкций. Внутри страны суды перегружены делами о незаконной пропаганде и ношении запрещённой символики, но присяжные часто оправдывают обвиняемых, ссылаясь на народную поддержку идей национального единства.

Освальд Менгхин добавил о культурных и образовательных аспектах.

— В школах и университетах Вены, Иннсбрука и Граца преподаватели и студенты всё чаще обсуждают культурное и историческое единство австрийцев с немцами, ссылаясь на общий язык, музыку Моцарта и Бетховена, литературу Грилльпарцера. Молодёжные организации теряют членов — многие переходят в нелегальные группы. Любая попытка жёсткого подавления вызовет протесты в академической среде и дальнейший раскол общества.

Шушнигг повернулся к Шмидту и задал прямой вопрос.

— Гвидо, вы в последние месяцы вели интенсивные переговоры с британским премьер-министром Энтони Иденом в Лондоне и с послом в Вене. Расскажите подробно, как, по вашим личным впечатлениям, правительство Идена относится к угрозе аншлюса и насколько реальна возможность британской помощи — дипломатической, экономической или военной — в случае эскалации давления со стороны Геринга.

Гвидо Шмидт отложил чашку кофе, собрал мысли и начал подробный отчёт на основе своих поездок.

— Господин канцлер, уважаемые коллеги, я имел честь провести несколько длительных бесед с господином Иденом в Лондоне в августе этого года и обменяться нотами с британским послом здесь, в Вене. Британцы официально выражают полную поддержку австрийской независимости и осуждают любое давление со стороны Берлина как нарушение международных договорённостей. Однако их политика делает любую активную помощь крайне маловероятной. Иден лично сказал мне за закрытым ужином: «Мы желаем сохранить Австрию как независимое государство, но Британия не готова начать войну в Центральной Европе ради этого. Мы рекомендуем вести прямые переговоры с Герингом, чтобы найти компромисс и избежать конфликта». Он не такой человек, как Черчилль, чтобы рисковать империей ради дальних интересов — приоритет Лондона сейчас в перевооружении флота и авиации и в сохранении мира любой ценой. Мы можем рассчитывать на дипломатические ноты протеста и, возможно, на небольшие кредиты через банки, но отправка войск или гарантии вроде тех, что были даны Чехословакии, полностью исключены.

Генерал Цейнер возразил, показывая свои планы закупок оружия.

— Но даже дипломатическая поддержка Британии могла бы дать нам время для укрепления армии. Если Лондон предоставит кредит хотя бы в десять миллионов фунтов на закупку чешских пулемётов ZB-26 и итальянских танкеток, плюс обучение офицеров в Сандхерсте, то наши дивизии в Тироле смогут надёжно закрыть перевалы и выиграть месяцы для поиска других союзников.

Зейсс-Инкварт прервал его.

— Послушайте, генерал, даже с британскими кредитами общественное мнение в Австрии продолжает сдвигаться в сторону Рейха. Опросы, проведённые полицией в августе в Зальцбурге и Клагенфурте, показывают, что более шестидесяти процентов жителей поддерживают идею союза при условии экономических гарантий. Протесты против любого сопротивления будут не только в приграничных землях, но и в самой Вене — на Ринге и у Хофбурга.

Хюльгерс предложил возможный путь.

— Мы могли бы инициировать переговоры о таможенном и экономическом союзе с Германией без потери политической независимости, одновременно запрашивая британские и французские инвестиции в нашу промышленность, чтобы сбалансировать влияние и выиграть время до изменения ситуации в Европе.

Глайзе-Хорстенау поддержал идею переговоров.

— Такой подход уже обсуждался в июле в Берхтесгадене неофициально, и Геринг выразил готовность к постепенным шагам, если мы включим представителей партии Геринга в правительство для представления интересов немецкого населения.

Шушнигг подвёл промежуточный итог, оглядев всех.

— Итак, господа, давление Геринга на присоединение Австрии усиливается с каждым месяцем через экономику, пропаганду и внутренних марионеток. Наша армия слаба, общество разделено, значительная часть населения видит в аншлюсе выгоду. Британцы, по прямым словам Идена, симпатизируют нам, но не готовы воевать или предоставлять серьёзную помощь, предпочитая переговоры и умиротворение.

Обсуждение продолжилось переходом к конкретным мерам на ближайшие месяцы. Цейнер подробно описал план частичной мобилизации.

— Мы можем без объявления войны призвать двадцать тысяч резервистов на учения в Тироль и Каринтию, укрепить форты у Семмеринга и установить минные поля на основных дорогах из Баварии, закупив мины в Чехословакии за счёт текущего бюджета.

Шмидт рассказал о подготовке дипломатических шагов.

— Я уже составил черновики нот в Лондон, Париж и Рим с детальным изложением фактов давления и просьбой о совместном демарше в Берлине, а также о гарантиях независимости подобно тем, что даны Чехословакии в 1925 году.

Нойбауэр представил финансовые предложения.

— Мы планируем перераспределить пятнадцать миллионов шиллингов из дорожного фонда на закупку боеприпасов и топлива для армии, одновременно ведя переговоры с британскими банками о кредите в пять миллионов фунтов под залог железорудных концессий.

Рехберг добавил о мерах безопасности.

— Полиция готовит список из двухсот ключевых активистов для превентивных арестов в случае эскалации, но мы избегаем массовых репрессий, чтобы не спровоцировать взрыв раньше времени.

Менгхин предложил меры в образовании.

— Мы усилим программы патриотического воспитания в школах с акцентом на австрийскую идентичность — Габсбургов, барокко, католичество — чтобы противостоять пангерманской пропаганде среди молодёжи.

Заседание продолжалось до позднего вечера. За окнами солнце давно село, площадь Балльхаусплац освещалась газовыми фонарями, по улицам проезжали последние трамваи, а в кафе зажигались огни. Слуги принесли ужин — венский шницель с картофельным салатом, гуляш и яблочный штрудель с ванильным соусом. Министры продолжали обсуждать детали, переходя от одной темы к другой, взвешивая каждый аргумент.

Шушнигг в заключение объявил основные решения.

— Мы продолжим курс на сохранение независимости через дипломатию и внутренние реформы, укрепим армию в возможных пределах, обратимся за поддержкой к Великобритании, но одновременно подготовим запасные варианты переговоров с Берлином, чтобы избежать внезапного краха. Следующее заседание назначим через две недели для оценки развития событий.

Все встали, собрали документы. Министры выходили в коридоры канцелярии, где их ждали автомобили у входа. Вена спала под звёздным сентябрьским небом, но будущее страны оставалось неопределённым, завися от решений в Берлине, Лондоне и здесь, на Балльхаусплац.

Глава 7

Нью-Йорк, 25 сентября 1937 года.