Сердце пропустило удар.
Нет!
Мысль пронзила меня, как молния. Я вспомнил, как Ита сидела у жилища Ваки. Как смотрела на меня. Как она дорожит Рандом – «как Дака дорожит шкурами и кровью сосен». И эта корзина. Эти растения. Её взгляд.
Она не могла. Не посмела бы.
Я рванул с места, не разбирая дороги. Влетел в шалаш Ранда, чуть не содрав шкуру с входа.
– Ох! – Ранд дёрнулся на своей подстилке, уставившись на меня выпученными глазами. – Ты чего?
Я замер, тяжело дыша, вглядываясь в его лицо. Обычное. Злое. Живое.
– Нет, – выдохнул я, стараясь унять сердцебиение. – Всё нормально.
И тут я почувствовал запах.
Знакомый. Резковатый, чуть сладковатый, с горьковатой ноткой. Запах хрена. И ещё что‑то… сельдерей? Нет, не совсем. Похожее на сельдерей растение.
Я метнулся к Ранду, присел рядом, отдёрнул шкуру, прикрывавшую его ногу. Повязка была свежей. Ничего не изменилось.
– Да что с тобой? – Ранд попытался сесть.
– Лежи, – бросил я.
– Да что случилось‑то⁈
– Ита приходила? – спросил я, не поднимая глаз.
– Приходила, – ответил он. – Хотела поговорить.
– Она ничего не делала с раной? Не давала тебе никаких отваров?
– Да не делала она ничего! – раздражённо бросил Ранд.
– А что за стебли были в корзине?
– А мне откуда знать? Никогда их не видел. – пожал он плечами.
«Не похоже, что он врёт», – подумал я.
Я снял повязку, вгляделся в рану. Краснота почти спала, отёк ушёл, края стянулись, подсохли. Всё выглядело… нормально. Даже лучше, чем вчера. Ни гноя, ни неприятного запаха, ни чёрных полосок, бегущих вверх по ноге.
– Ну? – Ранд смотрел на меня с подозрением. – Что там?
– Ничего, – ответил я медленно. – Всё хорошо.
Что же это были за травы? Этот запах и их внешний вид. Что‑то знакомое, где‑то я видел эти черты. Но где?
И тут я заметил мою глиняную плашку. Мяса на ней не было. Ранд заметил мой взгляд.
– Вкусное получилось, – отозвался он.
– Значит, ты всё же попробовал, – улыбнулся я. Это порадовало меня до странного сильно, может, на контрасте с событиями в пещере.
– Хорошая охота, – кивнул он, даже не отводя глаз. – Большерог – сильная добыча.
– Неожиданно слышать похвалу от тебя.
– То не похвала. Просто правда.
Я сел рядом с ним на шкуру и опёрся спиной о жердь.
– Если Вака станет новым Гормом… – заговорил я. – Как думаешь, что будет с тобой?
Ранд нахмурился, всмотрелся в моё лицо.
– Если нога заживёт – стану его врагом, – сказал он холодно. – Вака всегда говорил, что только сильнейший может быть Гормом.
– А разве он не учил тебя, чтобы ты однажды стал Гормом?
– Ха… – ухмыльнулся он. – Я тоже так думал. Долго. Лежал тут и думал. Вака никогда не хотел, чтобы я стал Гормом. Он хотел убрать того, кто не дал ему стать вожаком. Он не Ита. Ему не важна плоть от плоти. Теперь я это понимаю. Он не заходил сюда. И никогда не зайдёт.
– А если не заживёт? Если ты не сможешь вновь бегать?
А сейчас он отвернулся к стене из шкур. Наверное, я зря задавал вопросы, на которые знал ответы.
Но Ранд всё же ответил на вопрос.
– Он убьёт меня.
– Повезло тебе с отцом, – горько усмехнулся я.
– Что такое «отцом»?
Раньше я неверно понимал некоторые выражения. Думал, что они понимают значения: сын, брат, отец и мать. Но всё было иначе. Сложнее. А ведь, казалось бы, всё просто. Такие значимые, фундаментальные слова. Но нет, тут они имели куда меньше веса, за редкими исключениями.
– Тот, кто дал жизнь.
– Мне жизнь дал Белый Волк, – отозвался Ранд.
– Да. Теперь я понимаю.
Мы оба замолчали. И каждый думал о своём.
Но меня не покидал этот знакомый запах.
И он мне совершенно не нравился.
* * *
Извиняюсь за задержку. Следующая глава будет в срок.
Глава 16
После посещения Ранда, всё ещё преисполненный мрачными мыслями, я отправился к своей нише. Что бы ни происходило в общине, это естественный ход событий, и со многим я ничего поделать не могу. Та же болезнь Горма мне неподвластна ни в каком виде. Туберкулёз не остановить, он продолжит уничтожать кость – это лишь вопрос времени. Рано или поздно она сломается, и тогда Горм не сможет что‑либо противопоставить Ваке – ни с позиции силы, ни с позиции авторитета.
«Сломанный вождь неспособен вести людей… – думал я. – Какой бы мудрый он ни был. Всё же в этом мире главенствует сила. Люди боятся высших хищников и сами подражают им в надежде прикоснуться к их возможностям. Это естественная защита, попытка обрести более уверенную позицию. Даже их тотем – Волк, лишь отражение собственных страхов и желаний».
Но как я ни старался разобраться, что с этим делать, мысли всё сильнее концентрировались на Ите и той чёртовой корзине! Недаром она мне её показала! Словно специально!
– Но зачем? И что это было? – задавался я вопросами по пути.
Запах сельдерея и хрена… Можно было с ходу подумать, что это вёх. Это самая очевидная мысль, но, насколько я помню, у него нет запаха хрена. Да и выглядит он иначе. Вёх больше похож на укроп, чем на петрушку. У него немного другие листья. Но больше всего меня беспокоило, что это за спектакль? Зачем она пошла к Ранду? Чтобы что?
«Показать мне, что может его отравить? Не поверю. Она привязана к своему сыну. Нет, она не станет его травить, даже чтобы насолить мне. Да и если быстро вмешаться, я смогу его спасти. А свалить на меня будет не так просто: у меня просто нет причин убивать его таким образом после того, как сам же спас», – осознавал я.
И к этому моменту я уже подошёл к границе площадки Зифа. Поднял глаза и…
– Где он? – нахмурился я и тут же кинулся к нише. – Ветер!
Благо волчонок был на своём месте. Я осмотрел его – всё было нормально. Никаких признаков вреда. Следом сразу проверил траву у коз. Тоже всё нормально. Осмотрел животных – никаких проблем.
– Что происходит? – прошептал я и увидел идущего Зифа.
– Зиф! – бросил я, спеша к нему. – Куда ты уходил?
– Камень смотреть звали. Красивый, интересный, – пробубнил он, даже не замедлившись.
– Кто позвал?
– А? – повернулся он ко мне. – Охотник.
– Вака?
– Да. Чёрный‑чёрный охотник позвал, – сказал он, садясь на своё место.
«Вот урод… И эта сучка! Прости Господи! – подумал я, едва не сорвавшись на крик. – Нет‑нет‑нет! Это всё не просто так!»
– Зиф, послушай меня, – позвал я.
Тук! Ударил он отбойником по заготовке.
– Зиф!
– Что? – повернул он голову.
– Помнишь Иту? Ту, что кричала тогда, когда я принёс Ветра?
Он тут же нахмурился, кустистые брови сошлись, и это выражение сразу напоминало о его природе.
– Помню. Громкая Ита. Не нравится мне.
– Согласен, мне она тоже не нравится. И я думаю, что она хочет убить Ветра.
– ЧТО? – прогремел он, вставая и держа одной рукой громадный каменный нуклеус. – Убить Ветра⁈
– Подожди, Зиф, не надо, – тут же опомнился я. – Я так думаю. Но это пока неизвестно.
– Почему ты так думаешь, волчонок, что был соколом?
– Духи… они сказали мне, что она опасна для Ветра. Вака… он её мужчина, ты же это знаешь?
– Не понимаю, – махнул он головой. – Почему он её мужчина?
Точно. Как‑то не особо, верно, я выразился. Надо играть от другого.
– Зиф. Просто послушай меня. Если ты хочешь, чтобы с Ветром всё было нормально, нельзя уходить от него, когда меня нет. Даже если тебя зовёт Вака, даже если… – я хотел было сказать: «Горм», но понял, что это уже слишком. – Если нужно уйти, дождись меня или позови. И к Ветру никого не подпускай – только тогда с ним всё будет нормально.
– Я понял, Ив, – понуро сказал он, будто я его отчитал. А ведь передо мной был буквально шкаф сто семьдесят сантиметров при весе где‑то сто. И почти весь вес – мышцы. – Не буду уходить. Буду ждать.
