Вик не стал ждать второго выстрела.
Рванув в сторону, он перемахнул через низкий завал композитных плит и перекатом ушёл за баррикаду из прессованного мусора.
«Если их двое или трое, мне конец» — мелькнуло в голове у парня.
Тут, за выпуклым корпусом дроида-мусорщика скрючилась фигура с плазменным самопалом. Поймав ее в прицел трофейного бластера, Вик процедил:
— Спокойно, дед. Дёрнешься — проверим, кто из нас быстрее.
Стрелявший в них тип на секунду застыл, не решаясь пошевелиться.
— Бросай ствол! Сай, где ты там? Дай ему в тыкву!
Фигура выронила дымящийся плазмомет и распрямилось. Перед Виком стоял высокий сутулый старик в латаном гермокостюме. Длинные седые волосы свисали грязными паклями. В правой глазнице жужжал грубый механический имплант с красным диодом. На лице — кислородная маска.
Выглядел он совсем не боевито: обычный дед в кислородной маске. В ногах старика валялся плазменный дробовик, по всем признакам, собранный из промышленного резака. Кустарщина. Но на ближней дистанции такая штука прожгла бы дыру даже в корабельной переборке.
Сай, не жив ни мертв, застыл у входа. Повреждённый дроид дымил, обильно искря остатками заряда.
— Ты что, дядя? Что за наезд? Мы в тебя стреляли? Нет? Ну так чего ты залупаешься⁈
Старик поправил маску и сплюнул на палубу.
— Не хотите проблем, — прохрипел он, — чего тогда ко мне полезли?
— По данным сервера, здесь ничего нет, кроме мусора, — сказал Вик. — Кто ж знал, что тут ты сидишь, такой красивый и с самопалом?
Старикан ехидно ухмыльнулся.
— Где это видано, чтобы в сервере были правильные данные? Дурачьё… Вы что, с дальнего космоса?
— Почти. Сборщики мы. Из внешнего сектора.
Окуляр старика зажужжал, фокусируясь на лице Вика.
— Сборщики? Вот те раз… Коллеги, значит. Я Эгон, старьёвщик. Делаю то же, что и вы, только не в космосе, а прямо тут. Мусор, разбор, мелкий ремонт. Тем и живу!
— Вик. Это Сай. А тот, кто рулил дроидом, — Майор.
Эгон медленно перевёл взгляд на деку.
— Ага. Говорящая коробка. Отлично. Только духов войны мне не хватало!
— Мы просто искали место потише, — сказал Вик. — Пересидеть нам надо, понятно?
Эгон прищурил живой глаз, оценивая дымящиеся останки дроида.
— Не вижу на нём герба. С кем поцапались? С бучерами? С Крысами?
— С мародёрами. Дензел. Слышал о нем?
Механический глаз старика тихо щёлкнул.
— Шутишь? Как не слыхать. Жирная мразь… Под ним половина контрабанды в нижних секторах.
— Больше не услышишь, — сказал Вик. — Майор его немножко в стенку кинул.
В пещере повисла тишина, только вентиляция гудела где-то в глубине да потрескивал остывающий металл «Сюзанны». Старик был впечатлён:
— Это вы, значит, вальнули самого Дензела? Ну дела… Сколько народу на радостях вдрызг налакается — не перечесть.
— Так что насчёт пересидеть? — спросил Вик самым дружелюбным тоном. на какой был способен, но бластер не убрал
Эгон покосился на ствол.
— А у меня есть выбор? Ты держишь меня на прицеле.
— Да ладно, не кипиши. Мы ребята добрые. Свои в доску. Если надо работу какую работать — всегда пожалуйста.
— Работу, значит? — старик хмыкнул. — С резаком знакомы?
— Обижаешь.
— С сортировкой? С демонтажем? С тем, что не надо хватать руками штуку, которая ещё вчера была реакторным контуром?
— Мы учимся быстро.
Эгон помолчал. Механический глаз щёлкнул, оценивая Вика, Сая, дымящуюся «Сюзанну» и деку на груди.
— Ладно. Хватит тут стоять. Пойдёмте к моей норе, там помозгуем. Только ствол держи ниже, герой. Я старый, но нервный.
— Стойте. Меня интересует судьба носителя! — вдруг прорезался голос майора.
— Да, точно. Слышь, Эгон, а что скажешь за нашего робота? Можно залатать?
Подойдя к «Сюзанне», старик присел, ткнул щупом в пробитый грудной узел. Из-под брони бодро плюнуло искрами.
— Может, можно. Может, нет. Здесь, на полу, ничего не скажу. На месте только идиоты диагноз ставят. Надо тащить к стенду.
Вик с сомнением окинул взглядом дымящийся остов. Даже здесь, при пониженной гравитации астероида, он выглядел неподъемным. Эгон все понял без слов.
— Погодите, сейчас каталку притараню.
Прихрамывая, старик ушёл за баррикаду и через минуту выкатил низкую грузовую тележку на самых обычных колесах.
— Кладите сюда.
Втроём они взвалили все еще дымящиеся развалины дроида на тележку и, объезжая кучи мусора, двинулись за старым мусорщиком. Вик толкал сзади, Сай тянул спереди, Эгон указывал путь.
Миновав вереницу старых технических блоков, контейнеров без маркировки, обойдя завалы композитных плит и штабели титановых балок, они остановились у частично расчищенного блока.
Эгон со скрежетом распахнул створки грузовых ворот. Внутри стоял ремонтный стол, пара шкафов, древний диагностический стенд и гамак, свернутый у стены.
— Вот моя берлога, — сказал Эгон. — Не дворец, но крыша есть.
— Подойдёт, — сказал Вик. — Кто здесь хозяин?
— Великий дом Ратенау. Но для них это дальнее владение. На станции сидит их наместник, лендлорд. Там всё строго, а на астероид всем плевать. Анархия… и Крысы.
— Крысы?
Эгон недобро прищурился.
— Местная шайка. Держат нижние сектора, крышуют торгашей. Еще насмотришься на них.
— Понятно. Дышать тут можно?
— Шутишь? Воздух покупной. Перезарядка регенератора — пятнадцать скрапов.
Вик нахмурился. В доках Уорриора, где он жил до того как связался с мародерами, было дешевле — от пяти до семи. А в купольных городах, уплатив налог, можно было ходить без маски. А главное — опять носить скафандр, или хотя бы дыхательную маску, как у Эгона.
Но выбирать не из чего.
— Ладно, нам подходит.
— Погоди. Сначала — условия!
Сай напрягся. Вик нахмурился еще сильнее.
— Первое: если сюда придёт стража лендлорда, Крысы или дружки Дензела — я вас знать не знаю. Сами выкручиваетесь.
— Душевно, — пробормотал Сай.
— Второе: моё — не трогать. В мою берлогу не лезть, вещи не брать.
Вик кивнул.
— Это понятно. Ты про работу скажи. Что делать, как оплата. Доля?
Эгон прищурился.
— Всё найденное в моём секторе сначала идёт на стол. Я всё смотрю. Вы не ныкаете. Я не кидаю. Продаем сообща. Плюс мне пять солидов в неделю сверху за аренду, воздух и место под ваши тощие задницы.
— У нас сейчас нет пяти солидов, — сказал Вик.
— Знаю. Запишу в долг. После первой сделки начнёте возвращать.
— Кому сбываем лом?
— Есть тут один торгаш. Малик. Наведывается раз в три дня. Приносит еду, регенераторы воздуха, мелкий инструмент. Забирает товар. Но с ним надо осторожно.
— А майор?
Эгон покосился на деку в руках Вика.
— Говорящую коробку не светить. В открытую сеть не выпускать. Если про твоего деда узнают, сюда придут такие люди, что Дензел домашним хомяком покажется!
— Я не дед, — сказал Хорнет.
— Значит, молчи, молодой!
Вик коротко кивнул.
— Идёт.
— Тогда закатывайте свою покойницу к стенду, — сказал Эгон. — Посмотрим, что от неё осталось.
На базе Эгон загнал тележку к ремонтному стенду и включил потолочные лампы. Свет был жёлтый, больной, но для разборки хватало.
— Так, — сказал старьевщик. — Сначала броню.
Грубые титановые плиты держались на сварке, болтах разного калибра и честном слове мародёров. Пришлось пустить в дело резак.
Через десять минут внешняя броня грохнулась об пол. Под ней открылся силовой каркас: титановый костяк, усиленные шарниры, чёрные графеновые миомодули вдоль рук и ног.
Эгон ткнул щупом в грудной узел. Оттуда посыпались искры.
— Хана. Силовой блок отбыл к Великому Созидателю, управляющий процессор ускакал следом. Забудьте про ремонт. Тут только разбор на органы.
— Конечно. После того как в него в упор всадили заряд плазмы из дуры размером с гаубицу!
— Ну, извини, ошибся! Принял за бучеров. Приличные люди ходят со штандартами и гербами хозяина! Ладно, а что у нас здесь…
