Неловко.
Я резко отстранилась от Айза, заставляя себя сесть ровно. Неудобно — живот мешал, — но, кажется, мы слишком забылись.
— Вы уже решили, как назовёте мою племянницу? — сменила тему Серила, стрельнув в меня хитрыми глазами.
— Отчего же племянницу? — Фэлия, осмелевшая после пары бокалов, приподняла бровь. — Насколько мне известно, госпожа ещё не знает, кого носит под сердцем.
— Честно говоря, мы не можем определиться, — рассмеялась я, поглаживая живот. — Ни с женским именем, ни с мужским.
— А какие варианты? — тут же оживилась Серила, подаваясь вперёд.
Я посмотрела на Айза. Он пожал плечами, мол, твоя очередь.
— Ну… для мальчика мы думали об имени Эндриан, — начала я. — А для девочки… — я замялась, — для девочки — Теона.
— Теона, — повторила Фэлия, и её глаза мечтательно заблестели. — Звучит красиво.
— А если будет мальчик, ты не против, что он унаследует не только твою силу, но и характер? — хмыкнул Келен, обращаясь к Айзу.
Айз фыркнул:
— Главное, чтобы не характер мамы.
— О, а что не так с моим характером? — парировала я весело.
Серила заливисто рассмеялась, и её смех подхватили остальные. Даже Фэлия позволила себе тихо хихикнуть, прикрывая рот ладонью.
Айз обнял меня за плечи, притягивая обратно к себе. На этот раз я не сопротивлялась.
— Эндриан или Теона, — тихо сказал он мне на ухо. — Оба имени прекрасны. Как и та, кто их выбрал.
Я улыбнулась. Вечер был прекрасным. Так не хотелось расходиться. Тёплый свет свечей, лёгкий смех друзей, уют, разлитый в воздухе — всё это было похоже на сон, из которого не хотелось просыпаться.
Но когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, малыш внезапно сильно толкнулся, и я невольно громко выдохнула, сжавшись.
Айз тут же напрягся, разворачивая меня к себе.
— Болит что-то?
Я рассмеялась — он был словно наседка, честное слово.
— Нет, просто толкнулся. Сильно.
— Пожалуй, нашей правительнице пора отдыхать, — улыбнулся Келен, поднимаясь с дивана.
— Нет, я совсем не устала, — соврала я.
На самом деле день вымотал меня до предела. Ступни ныли, спина гудела, и веки тяжелели с каждой минутой. Но так не хотелось отпускать этот момент. Не хотелось, чтобы вечер заканчивался.
— Так, давайте отдыхайте! — воскликнула Серила, вскакивая с места. — А мы продолжим праздник, да? Тем более вы молодожёны, вам нужно побыть вдвоём.
Почему-то после этих слов она сморщила нос, словно представила что-то неловкое.
Я осторожно поднялась, чувствуя, как затекли ноги от долгого сидения. Серила тут же подскочила ко мне и крепко обняла.
— Я хотела передать письмо лично, — прошептала она мне на ухо, — но мой брат последние дни не отходит от тебя ни на шаг.
Я тепло улыбнулась, обнимая её в ответ.
— Ничего страшного.
Фэлия подошла следом и слегка склонилась в поклоне.
— Желаю долгих лет правления и… любви, — тихо добавила она.
Я усмехнулась, вспоминая её слова о том, что мы можем объединить два народа. Тогда, в самом начале, они казались такими нереальными, почти абсурдными. А теперь…
Теперь мы были здесь. Вместе.
— Спасибо, Фэлия, — ответила я.
Она смущённо отвела взгляд, но в уголках её губ дрогнула улыбка.
Келен тоже воздержался лишь пожеланиями.
Айз обнял меня за талию, притягивая к себе.
— Всё, забираю свою жену, — объявил он тоном, не терпящим возражений. — А вы, — он строго посмотрел на Серилу, — прошу без глупостей. Вы приближённые к совету, вам нельзя привлекать внимание.
— Обещать не могу! — крикнула она уже от двери, утягивая Келена и Фэлию за собой.
Мы остались одни.
В холле было тихо. Свечи догорали, создавая интимную атмосферу.
— Наконец-то мы одни, — произнёс Айз, склоняясь к моей шее. Его губы коснулись чувствительной кожи, и я вздрогнула. — Я знаю, о чём ты мечтала весь день.
Он лукаво улыбнулся и вдруг спустился с дивана, опускаясь на колени передо мной.
— Сюда могут прийти, — возразила я, но его руки уже скользнули по моим ногам, стягивая узкие туфли.
Они с тихим стуком полетели в сторону.
Я покраснела, имея в виду совершенно иное.
Его большие пальцы надавили на уставшую ступню, и из моих губ вырвался стон — не сдержанный, настоящий. Тепло разлилось по ногам, даря ощущение освобождения. Казалось, вся усталость дня уходила через его пальцы.
Айз слегка приподнял край моего платья и поцеловал коленку — интимно. Продолжая разминать ступни, он поднял глаза и посмотрел на меня. И я утонула в их глубине.
— Лучше? — тихо спросил он.
Я могла только кивнуть, боясь, что голос выдаст, как сильно он на меня действует.
— Тогда расслабься, — его пальцы переместились выше, разминая икры. — Ты слишком много носишь на своих плечах. Позволь мне хоть немного снять этот груз.
Я откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза, полностью отдаваясь его заботе.
Его руки скользили выше, и я резко подняла голову, когда пальцы коснулись внутренней стороны бедра.
— Твоим словам нельзя верить, — бросила я шутливо, перехватывая его руки.
— Прости, не смог удержаться, — его голос звучал хрипло, с лёгкой усмешкой. — Когда ты слегка приоткрыла губы от наслаждения… это было слишком.
Он слегка прикусил нежную кожу внутренней стороны бедра, и я вздрогнула.
— Иди ко мне, — он выпрямился, протягивая руки. — Хочу отнести свою законную жену в постель.
Айз подхватил меня, легко прижимая к груди.
— Я тяжёлая, не стоит, — возразила я, чувствуя, как щёки заливает краска. Вес, что я набрала за беременность, прибавлял не только тяжесть шагу, но и бил по моей уверенности.
— Æl'vyri, — он улыбнулся тёплой улыбкой, — ты совершенно ничего не весишь.
Ногой он толкнул дверь спальни, и та распахнулась, впуская нас в полумрак комнаты. Лунный свет струился сквозь высокие окна, заливая всё серебристым сиянием.
Он мягко опустил меня на постель, а сам потянулся к прикроватному столику, где стояла красивая шкатулка из чёрного бархата, увитая серебряными цветами.
— Открой, — протянул он мне шкатулку.
Я непонимающе посмотрела на него, но послушно откинула крышку.
И тихо выдохнула.
Там лежала корона. Похожая на его, но только более изящная, словно созданная для того, чтобы не давить, а украшать. Чёрный металл вился причудливыми завитушками, устремлёнными вверх, а по передней стороне рассыпались мелкие красные рубины, мерцающие в лунном свете.
— Позволишь? — спросил он, его глаза горели.
Я только кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Моя дурацкая сентиментальность снова дала о себе знать — слёзы защипали глаза.
Его руки осторожно подняли корону и опустили мне на голову. Она села идеально.
— Знак моего признания, — тихо сказал он, поправляя прядь волос, выбившуюся из-под обода. — Она из того же металла, что и моя. Но только более утончённая. Нежная. Подходящая своей хозяйке.
Я подняла на него глаза, полные слёз.
— Айз… — он стёр большим пальцем скатившуюся слезу.
Я притянула его за шею, прижимаясь к его губам в поцелуе.
76.3 Бонусная глава
Фэлия
Небольшая таверна была наполнена шумом живой музыки. Мужчина-арденец, судя по пепельному цвету волос, играл на странном струнном инструменте, похожем на лютню, но с более глубоким, бархатистым звучанием. А ритм, который выбивали барабаны, заставлял мою ногу непроизвольно отстукивать такт.
Здесь не продавали вино. Здесь в почёте был иной напиток — пенный, хлебный, с горьковатым послевкусием, от которого покалывало язык. Я заела его кусочком сыра, пытаясь скрыть, как неловко мои губы справляются с этой твёрдой, неподатливой массой. Он никак не хотел кусаться, слишком старый, слишком выдержанный.
Милый Келен сидел рядом со мной, но лишь изредка дарил своё внимание. Мне казалось, он нарочно избегает меня. В последнее время он чаще пропадал в городе, чем возвращался во дворец, и от этого становилось как-то… грустно.
