"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Шарапов Кирилл

Рэм огляделся и нашел искомое — его бронекостюм, тот висел на походном стенде, который Грая не поленилась собрать. Облачившись, он почувствовал себя гораздо лучше. Взяв в руки новую винтовку, носящую название «Клин», Булавин быстро провел сопряжение, теперь уже с костюмом. И вправду оказалось, что встретились два единых целых. Во–первых, для ношения не нужен был ремень, теперь его роль выполняли силовые жгуты, которые изменялись как угодно, любая длинна, во–вторых, винтовку можно было прилепить к спине, она сливалась с костюмом, становясь его частью, но достаточно завести руку за спину и она сама прыгала в нее. Да, в Аране разработали действительно хороший комплекс. Правда, еще бы не жрал и так редкую энергию АРК, за то время, что Рэм им обладал, он потерял уже чуть меньше двадцати единиц, а это, между прочим, минимальный доход с трупа. Но теперь, если Хранитель не сорвал, он сможет подпитывать внутреннюю батарею. Только вот вопрос — сколько будут забирать источники питания из его доли?

— Хранитель, так что тут все же произошло? То, что резня случилась из–за синты, я понял, а как вообще завертелось?

— Ну, в принципе, основное Нарок сказал, — отозвался ИР, упаковывая безголового робота в большой контейнер.

Рэм прикинул размеры и габариты и понял, что в багажник такой не влезет, придется крепить на специальные силовые захваты одной из багги, хотя она шестиместная, скорее всего, до гибели железяка стояла за пулеметной турелью.

— Притащили они синту, слегка покалеченную. Планировали ее отреставрировать и продать, а может, себе оставить. Но случился форс–мажор, что–то перемкнуло в ее кремневых мозгах. Она была из секса–обслуги, и когда один из бандитов, рядовой боевик, обыкновенное мясо, решил ее трахнуть, она вырвала ему сердце. В прямом смысле этого слова. Нарок служил бандитам верно, и главарь вроде как пообещал ему эту синту, эмоциональные матрицы — это, конечно, не синтетическая душа, как у Граи, но с ними андроид уже не просто дорогой кусок синтетической плоти с кучей дорогущей начинки, а существо чувствующее. Бандиты глумились над ней несколько часов, отпилили ноги, причем покопались в настройках и завысили восприятие в двести раз. Боль она чувствовала запредельную. После этого издевались над ней, доставляя максимальные страдания. И когда Нарок, вернувшись из дозора, увидел, что с ней сделали, ему ИИ и сорвало. Он пошел к главарю, который уже спал в обществе двух наложниц, и оторвал им головы, в прямом смысле этого слова. Затем наведался на посты охраны, отключил всю следящую систему и вернулся в зал с двумя энергетическими клинками. Через десять минут все было кончено, в живых осталась только четверка бойцов на внешнем посту, а весь этот зал стал похож на разделочный цех. Он лично добил обезумившую синту, и на руках, по щиколотку в крови, спустил ее тело на лифте вниз. Потом вернулся, зарезал двух боевиков с блокпоста, явившихся узнать, что случилось, и почему база перестала выходить на связь, забрал кое–какие трофеи, отрубил кисти рук и ушел в подземелья. Если интересно, могу предоставить файл с детальными воспоминаниями. Но там нет ничего, чего бы ты не видел во время своей крайней операции на Марсе. Нароку далеко до тех ублюдков.

— Откуда ты знаешь про Марс? — лицо Рэма стало злым, он пытался забыть все, что творили тогда радикалы, но иногда ночные кошмары возвращали его в тот маленький городок.

— Ты забыл, что я сканировал твой мозг, пока ты лежал в стазисе? — никак не отреагировав на вспышку раздражения, поинтересовался Хранитель. — Марс занимал в твоих воспоминаниях очень много места.

— Зачем ты так? — укоризненно произнесла Грая, глядя на андроида.

Синт пожал плечами.

— Я не хотел, просто провел аналогию. Рэм, прошу прощения, это было бестактно.

Но Булавин уже не слышал слов извинения, вдоль позвоночника словно ледяной ветер прошел, интуиция просто орала о том, что сейчас что–то должно произойти. Он обернулся к своим спутникам.

— Тревога! К оружию! — успел выкрикнуть он.

Хорошо, что оба были в бронекостюмах, в руках Граи мгновенно появился автомат, а Хранитель уже вскидывал свой крупнокалиберный карабин.

— Что про…, — начала свой вопрос синта, но закончить его не успела, ответом ей стали четыре одновременных взрыва там, где располагались переборки, через которые рабочие входили в здание, а следом детонировали самодельные фугасы, которые установили «ловчие».

Взрывная волна прошлась по помещению, опрокидывая ящики и различное барахло, которое не успели в них упаковать. Рэм, который так и не успел активировать шлем, мгновенно оглох, но зато успел отправить в образовавшийся пролом плазменную гранату — первое, что под руку подвернулось. Яркая вспышка точно в дыре высветила что–то большое и явно роботизированное. И тут же по периметру, который так и не успели убрать, прошлась короткая очередь разрывов. Двухметровая стена силового поля еще прикрывала их, но пара крупнокалиберных снарядов все же прошли ее насквозь, просвистев над головой вовремя присевшего Булавина.

— Это чистильщики, — выкрикнула Грая, вбивая короткую очередь в массивного робота, который шагнул через дыру внутрь, поливая все вокруг из плазматика.

Рэму потребовалась доля секунды, чтобы опознать старого знакомого по первому дню его пребывания на Рояксе после столетнего коматоза. Именно такая шустрая тварь чуть не лишила его ноги. Подствольник хлопнул, отправляя плазменную противоброневую гранату точно в грудную пластину робота. Силовой барьер непроницаем только снаружи. Результат вышел посредственный, но Рэм другого и не ждал. Вспыхнул персональный щит, поглощая взрыв и раскаленную иглу плазмы, граната рванула в полуметре, не причинив чистильщику никакого вреда, но задачу свою она выполнила, погасила щит противника, и вторая граната, выпущенная спустя секунду, добралась до цели. Взрыв, голубая вспышка, и робот замер, в его груди оплавленная дыра размером сантиметров в пять. Плазматик, вделанный в левую руку, опустился, и робот рухнул на бетонный пол. Но этот успех ничего не решал. В проем влетел тяжелый штурмовой дроид, Рэм даже не мог использовать «удар души», поскольку расстояние превышало максимальные дальность его действия втрое.

Дроид уже навел на него малую ракетную установку с четырьмя пусковыми контейнерами, никакой силовой барьер не спасет, только «развоплощение» активировать. Но тут откуда–то справа вынырнул БАР с развернутой системой вооружения и саданул сразу из обоих гранатометов по штурму, полыхнуло знатно, паука просто снесло в дыру, но телохранитель не остановился и добавил вдогонку две очереди из пулемета.

— К лифту, — заорал Хранитель, в руках которого был небольшой кофр, — их тут с десяток, не удержимся. Отходим!

И Рэм понял, что иного выхода нет.

— Отходим, — заорал он. — БАР, прикрываешь, — подхватив свой «рюкзак», он с одной руки полоснул очередью в дрона прорыва обороны шустрого и хорошо бронированного, который сунулся в пролом, задача у которого была одна — на скорости добраться до врага и подорвать его.

Удача по–прежнему не оставила Рэма, плоский блин размером с тарелку рванул от души, здание аж вздрогнуло. И снова повезло, кусок стены над дверью рухнул вниз, перекрывая проход, хоть с одной стороны несколько секунд будет тихо.

Рэм рванул к лифту, за ним пятился БАР, снова заработал его пулемет, и сверху на Булавина посыпались обломки чего–то железного. Он нырнул в лифт, разворачиваясь ко входу. БАР все еще пятился, ему оставался всего шаг, его персональный щит погас как–то очень резко, пулемет успел выдать очередь по невидимому противнику. И тут напротив Рэма метрах в десяти прямо из воздуха возник ликвидатор, у него был точно такой же костюм, как у Булавина. Тот уже был готов к стрельбе, в руках энергетическая винтовка, заряженная энергией АРК. Штопор начал поднимать ствол «Ларзаха», но понимал, что не успевает, да ели бы и успел, сходу бронебойные пули защиту не пробьют, он так растерялся, что даже забыл о «развоплощении». Но противник не выстрелил, черный сгусток сформировался у него прямо перед лицом, и Рэм ощутил его мощь, его умение даже на четверть не тянуло на силищу, которую готовились использовать против него. Не спасет никакой щит. Черная молния понеслась к нему, но он видел ее, словно та была медленной, короткий росчерк приближался, а Штопор ничего не мог сделать, только смотреть, как в него летит смерть. БАР возник на пути заряда, словно из воздуха, он стоял лицом к Булавину, в шаге от платформы. На его груди медленно появилось оплавленное пятно размером с ладонь, «удар души» прожег его насквозь и уже ослабленным попал в Штопора. Персональный щит выдержал, полностью поглотив ослабленный заряд. Все это не заняло и секунды, но они стоили жизни БАРу, который до конца выполнил свою задачу — служить Рэму, защищать Рэма, умереть за Рэма.