Ожидая около штаба, мы порядком замерзли. Небо потемнело, городок словно придавило черными тучами. Подавленное настроение разбавилось волнением перед предстоящей встречей с братом. Раньше он казался мне непутевым и несерьезным. Сегодня же я увидела совсем другого Женю — сильного, уверенного в себе. Словно быть военным — его призвание. Как он здесь оказался? Давно ли он тут? Почему не звонил? Не интересовался, как живу я, как мама с папой? В голове крутилось много вопросов, на которые я в скором времени надеялась получить ответы.
От размышлений меня оторвал противный Зоин голос:
— Илюша, я озябла.
Принцесса нахально схватила Илью под руку и прижалась. Озябла она… Почему она себя так ведет? Мы не подруги, но, в конце концов, она встречалась с Димой. Как можно вешаться на всех мужчин⁈ Я посмотрела на Илью. Он стоял по стойке смирно и, нахмурившись, смотрел на тучи, будто не замечал, что к нему словно клещ вцепилась девушка.
— Кажется, пойдет дождь.
Это волновало меня меньше всего. В груди клокотала ярость. Хотелось подойти к Зое, оторвать ее от Ильи. Но я не имела на это никакого права. Кто я ему? Сестра… Черт бы его побрал. И принцессу заодно. Злилась я не только на них, но и на себя. Я сама не понимала, откуда появились столь сильные чувства к Илье.
Так мы и стояли до прихода Маратовны: Зоя, вцепившаяся в Илью, который хмуро глядел в небо, и я, сгорающая от ревности, злости и обиды. Ведь на Зоином месте хотела быть я.
Глава 21
Маратовна вышла от генерала в сопровождении двух военных.
— Нас разместят в бараке в жилой зоне, которая находится через дорогу от воинской части. Я договорилась, чтобы нам выдали военную форму и порошок, чтобы мы могли постирать свою одежду. Илья, тебя проводят до склада, заберешь вещи.
Мы сказали Илье свои размеры, он кивнул и отправился вслед за военным. Мы пошли за вторым до нашего временного пристанища. По пути директор рассказала о разговоре с генералом:
— Нам предложили провести несколько дней в городке, пока Дима не сможет самостоятельно передвигаться.
— Вам сказали, как он себя чувствует? — спросила я.
— Нет. Маслов не знает. Нужно разговаривать с врачом.
— Давайте поговорим, — влезла в разговор Зоя.
— На днях сможем сходить в санчасть.
— Но я хочу сейчас, — не унималась принцесса.
— А я хочу виски со льдом и мужчину с опахалом, — резко ответила Маратовна.
— Как в целом прошли переговоры с генералом? — спросила я, желая сменить тему.
— Нормально, — неопределенно ответила Маратовна. — Маслов выдвинул требования, которые мы должны соблюдать, чтобы оставаться здесь: не лезть в то, что нас не касается, находиться только в разрешенной зоне, не самовольничать.
— Думаю, это будет не сложно.
Нас поселили в небольшом деревянном доме, скупо обставленном простой мебелью. В двух спаленках стояло по две кровати, в зале — потертый диван. Туалет совмещен с ванной. Из крана шла как холодная, так и горячая вода. На кухне отсутствовала какая-либо бытовая техника — кормить нас обещали в солдатской столовой.
Пока мы осматривали наше жилище, я ожидала реакции нашей принцессы. И она не заставила себя долго ждать:
— И мы будем ночевать тут?
Лицо Зои исказилось, брови поползли вверх.
— Другого выхода нет, — ответила Маратовна и, отодвинув цветастые занавески, по-хозяйски открыла окна. Повеяло летней прохладой.
— Я не хочу тут находиться, — упрямо сказала принцесса и поджала губы.
— Придется, — равнодушно сказала я.
— Почему нам не могли дать квартиру в одной из пятиэтажек? Там в любом случае условия лучше, чем в этой… халупе.
Последнее слово буквально выплюнула, показав всю свою неприязнь. В военном городке действительно стояло несколько пятиэтажных домов, где обосновались офицеры с семьями. По мне, так лучше жить отдельно, без соседей. Маратовна терпеливо объясняла Зое, что нам нужно всего лишь переночевать несколько дней, забрать Диму и тогда мы сможем уехать. Слушая вполуха их разговор, я пошла в комнату, легла на первую попавшуюся кровать и закрыла глаза. Я думала о том, что здесь мы могли быть вместе с Ильей. Только вдвоем. Без Зои. И Дима был бы цел. Чертовы мародеры.
В комнату ворвалась Зоя, прервав мои размышления.
— Варя, я буду ночевать с тобой в комнате.
Я даже не открыла глаза.
— Нет, не будешь.
— Почему это?
— Потому.
Говорить с ней совершенно не хотелось. Я едва сдерживалась, чтобы не нагрубить еще сильнее.
— Ах так? Ну ладно. Тогда ты спишь с Маратовной, я с Ильей.
Внутри меня взорвалась бомба, веки распахнулись. Как же она мне надоела! До одури хотелось встать с кровати и влепить пощечину по ее смазливому лицу с выпученными глазами — надоели ее капризы, крики, нытье. Я еще не простила ей то, что она вешалась на Илью. Гневные слова подступали, как приступ рвоты. Я уже открыла рот, чтобы высказать этой девчонке все, что думаю, как послышался голос Маратовны:
— Зоя, ты будешь спать со мной в комнате.
— Но…
— Это не обсуждается.
Принцесса резко развернулась, выбежала и заперлась в соседней комнате. В полной тишине мы слышали ее плач. Я была благодарна Маратовне за то, что она быстро погасила конфликт.
Вскоре вернулся Илья. Он принес стиральный порошок и каждому по комплекту одежды: футболка, штаны, ремень.
— Я первая иду в ванну, — сказала я. Спорить никто не стал.
Стиральной машины в доме не оказалось. Грязные вещи пришлось стирать на руках. Я забыла, когда последний раз это делала. К хорошему быстро привыкаешь. Чистые вещи вывесила на улице, на веревке для белья.
Стоя в душе, я с удовольствием подставила лицо теплым струям, наслаждаясь уединением. Взбивая шампунь на волосах, который нашла в шкафу над раковиной, я отгоняла от себя ненужные мысли о Зое и Илье. Не думать, не думать. Кончиками пальцев помассировала затекшую шею, растирала руки, ноги. Массаж расслаблял. Сделала воду погорячее. Подставила голову под душ, смывая шампунь, попутно распределяя пену по телу. Горячие струи снимали напряжение. Физическое и душевное. Шум воды успокаивал. Как же давно я не мылась нормально.
После водных процедур я чувствовала себя обновленной, живой. Выходить не хотелось. Военная форма, которую принес Илья, выглядела мешковатой на мне, но в то же время оказалась удобной. Теперь я практически не отличалась от солдат.
— А тебе идет, — заметил Илья, когда я вышла из ванной.
— Спасибо. И по размеру подошло.
Зои не было видно. Это не могло не радовать.
— Хочешь прогуляться? — предложил Илья. — До обеда еще два часа.
— У меня волосы не высохли, — робко сказала я, пытаясь скрыть радость.
— Там тепло, иди, — подала голос Маратовна. Неужели она смирилась с мыслью, что мы с Ильей можем быть близки? Почему-то для меня было важно получить ее одобрение.
Если не считать военных с автоматами, жизнь в городке казалось обычной, как до эпидемии: люди гуляли по улицам, не боясь ничего. Со стороны игровых площадок, во дворах, раздавался детский смех, легкий и задорный. Женщины развешивали белье на веревках, подростки играли в уличный футбол, мужчины курили, о чем-то спорили. Это были гражданские люди, которые не боялись умереть от укуса синих и возродиться с одним лишь желанием — есть людей, ведь на страже стояли военные.
— Ты хотела бы тут жить? — словно прочитав мои мысли, спросил Илья.
— Не знаю. Возможно.
— Тебя что-то смущает?
— Все это как-то неестественно. Мир разрушен, а здесь будто об этом и не слышали. Какая-то искусственная реальность.
— По-моему, нет ничего более естественного, чем желание жить в мире, — сказал Илья.
— Говоришь, как военный?
— Нет. Как человек. Который устал от войны.
— А я только хотела спросить, не хочется ли тебе присоединиться к военным.
— Я завязал с этим. К тому же, у меня теперь другие планы.
