— Ты здесь, — его слова прозвучали с нотками удивления и облегчения.
— Как ты себя чувствуешь?
— Легче, чем вчера, но, думаю, это благодаря сильным обезболивающим, — он чуть усмехнулся, но тут же поморщился.
— Что произошло?
— Какие-то кретины напали, когда я шел к тебе.
Ко мне…
— Они что-то сказали? — тихо спросила я.
Илья задумался, видимо, снова переживая тот момент.
— Ничего особенного, — наконец, ответил он. — Просто требовали отдать все, что у меня было. Наверняка, это были простые грабители. Очередные отморозки.
Мы замолчали, жадно рассматривая друг друга и не зная, что сказать. В голове вертелось множество вопросов, но я не решалась их задать. Казалось, что этот короткий миг тишины был необходим, чтобы осознать факт нашей встречи. Я всматривалась в до боли знакомые черты и не могла до конца поверить, что Илья находился передо мной. Живой.
— Я рада, что ты здесь, — наконец, нарушила я молчание.
— И я рад, — ответил Илья и внимательно оглядел мою забинтованную ногу. — Ты в порядке?
— Ерунда. Матвей Андреевич говорит, что скоро буду как новенькая.
Мы снова погрузились в молчание. Оба понимали, что наш разговор идет вокруг да около, словно мы боялись затронуть те темы, которые могли стать болезненными.
— А ты изменилась, — сказал Илья, а я почувствовала, что краснею. — В тебе чувствуется сила и…
— Почему ты меня бросил? — задала я вопрос, который волновал меня сильнее всего. — Почему оставил одну?
Я почувствовала, как слезы стекают по щекам. Словно огромный гнойник разорвался внутри, освобождая накопившиеся боль и обиду. Илья отвел глаза, и я увидела, как на его лице отразилась борьба между желанием оправдаться и отчаянием от необходимости вспоминать прошлое.
— Это не так просто, — наконец произнес он, отводя взгляд. — Мне пришлось уйти… Я не мог сказать тебе правду тогда. Слишком много вещей было на кону.
— Какие вещи? — спрашивала я, желая получить ответы.
Илья вздохнул и, казалось, постарел за эти несколько секунд.
— Это была работа. Опасная работа. Чем меньше ты знала, тем безопаснее ты была, — он поднял глаза и встретился с моим взглядом. — Я думал, что так будет лучше для тебя.
— Мне было лучше с тобой! — я повысила голос, размазывая по щекам слезы. — Ты мог довериться мне. Я могла помочь, поддержать.
Илья кивнул, как будто соглашаясь, но слова застряли у него в горле. Его работа, его тайны — все это отвело его от меня тогда, и, возможно, мы никогда полностью не поймем друг друга.
— Я жалею о том, что случилось, — наконец сказал он. — Но я рад, что ты теперь рядом.
— Почему ты ушел? — вновь спросила я уже тише, успокаиваясь.
— Я не мог поступить иначе. Просто поверь. Я хотел защитить тебя…
— Уехать и оставить — это не защита, это бегство.
Я старалась держать свои эмоции под контролем, прикусив губу, чтобы не разрыдаться сейчас еще сильнее. Я видела в его глазах, что этот разговор тяжел для него, но отступать не собиралась.
— Почему. Ты. Ушел. Я хочу знать правду. Я имею право знать правду, черт тебя подери. Я ждала тебя! Но ты забрал машину и уехал, когда нас окружили твари! Ты ушел ничего не сказав, не объяснив. А я ждала. Верила и ждала, что ты вернешься. Не через год, Илья, а сразу!
Я кричала, изливала всю накопившуюся обиду. Он тяжело перевел на меня взгляд, будто заставил себя посмотреть мне в глаза, полные слез и боли.
— Когда я пошел за машиной, увидел там полчище синих. Они все направлялись прямиком в воинскую часть. Не придумав ничего лучшего, я забрался в микроавтобус и повел их за собой. Ехать пришлось долго — их было слишком много. А когда я вернулся, тебя уже не было. Мне сказали, что тебя и Зою увезли в Логово.
Слушая его слова, я начала успокаиваться, но тут во мне снова проснулся гнев.
— Значит, все это время ты знал, где я нахожусь, и за весь чертов год так и не удосужился дать о себе знать⁈
— Я не мог, Варя.
— Да, это же так сложно — приехать и сказать: «Варя, я живой, со мной все в порядке», — саркастично сказала я, сложив руки на груди. Слезы высохли, осталась только злость.
Наш разговор стал откровением, которого я ждала целый год. Боль и обида, которые я носила в себе все это время, наконец, нашли выход. Слова Ильи вызвали у меня смешанные чувства: облегчение от того, что он жив и гнев за то, что он так долго не появлялся.
Илья тяжело выдохнул, кажется, он тоже пытался найти способ объяснить все, что произошло. Его глаза, полные сожаления, снова встретились с моими.
— Я понимаю, что ты чувствуешь, — сказал он, — но поверь, у меня не было выбора. Если бы я мог вернуться и сделать все иначе, я бы так и поступил. Но на тот момент я думал, что так защищаю тебя и остальных.
Слова звучали убедительно, но все еще оставляли между нами тень недосказанности.
— Я просто не хотела больше быть в неведении, — сказала я. — Ты разбил мое сердце, оставив меня тогда. Я думала, что ты погиб.
— Я знаю, Варя, и я сожалею, — он протянул руку и осторожно коснулся моей, — но сейчас я здесь и обещаю не исчезать без объяснений. Дай мне еще немного времени, и я все тебе объясню. Я чертовски устал.
На мгновение нас охватило понимание и примирение. Этот разговор, хотя и не снял всю горечь прошлого, открыл дверь к возможному будущему. Я пожала руку Ильи и сказала:
— Хорошо. Отдохни. А потом, когда тебе станет легче, я вновь приду и не уйду, пока ты все мне не расскажешь.
— Договорились.
Он потянул меня к себе. Осторожно наклонившись, я прикоснулась губами к его губам. И не почувствовала ничего. Как если бы поцеловала совершенно чужого человека. Наверное, он это понял — Илья смотрел на меня с грустью, осознавая, что мы оба уже не те, кем были раньше.
— Я приду, — тихо пообещала я, взяла костыли и, неуклюже ступая, вернулась в свою палату.
Лежа в одиночестве, я пыталась разобраться в своих чувствах. Я получила объяснения, пусть и не все, но разум все равно не успокаивался. Оправдания не могли изменить того факта, что целый год я жила без него. Все это время я пыталась примириться с потерей, научиться жить, заполнять пустоту чем-то другим, чем-то реальным и осязаемым.
Мне очень хотелось увидеть Вету, поделиться с ней переживаниями, но она отправилась с рейнджерами на длительную вылазку для поиска дополнительной провизии. Еды никогда не бывает много.
На следующий день, проснувшись и вспомнив вчерашний разговор, я решила дать себе время. Это был первый шаг к пониманию себя и своих эмоций. Илья здесь, рядом, и у меня есть возможность разобраться в своих чувствах и решить, как двигаться дальше. Потерянное время нельзя вернуть, но теперь, когда он вернулся, мне нужно привыкнуть к мысли, что, возможно, наше будущее будет другим, чем я представляла. Да, мы изменились, и, возможно, это даже к лучшему. Важно не только простить Илью, но и простить себя за то, что на какое-то время я потерялась в собственных переживаниях.
Ближе к обеду меня навестила Зоя. Она появилась неожиданно, шумно открыв дверь палаты, и принесла с собой немного солнечного света и легкую улыбку.
— Варечка, привет! — воскликнула она, поставив на столик небольшой пакет с продуктами. — Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, спасибо. Хочу сегодня вернуться в Тихий.
Зоя присела на край кровати, участливо взглянув в мои глаза.
— Дома, конечно, лучше, но ты обязательно должна удостовериться, что с ногой все в порядке, — мягко сказала она.
Я улыбнулась, делая глубокий вдох. Визит Зои принес мне чувство тепла и поддержки. Она заметила мой взгляд, направленный на пакет.
— А, да, — сразу оживилась она. — Я принесла тебе немного вкусняшек. Здесь твои любимые яблоки, немного печенья и минералка без газа. Думаю, они не будут против.
Яблоки и печенье я терпеть не могла, но учтиво промолчала. Я засмеялась, почувствовав, как на сердце становится легче. Удивительно, как немного искреннего внимания может поднять настроение.
