И в этот самый момент Хен Чанмин услышал шепот над самым ухом:
«Владыка Подземного Мира не раскрывает пути перерождения. Ему это просто не позволено. Но все они записаны в его книге. Если ты не хочешь СНОВА подвести наложницу Инь, отследи, куда её отнесут, когда в ней отпадет нужда»
Слова «наложница Инь» заставили духа звезды содрогнуться от ярости. Не сдержавшись, он поднял взгляд и уставился в бесстыдные алые глаза демона.
А тот сохранял невинно-невозмутимый вид.
— А, господин Хен, — «удивился» Мао Ичэнь, — Простите, что не поприветствовал вас как подобает. И сейчас, и в прошлую нашу встречу.
— Король Демонов!
Хен Чанмин бросил эти слова, как ругательство.
— На этот раз у тебя нет заложника, за спиной которого можно спрятаться!
— Разве? — склонил голову набок девятихвостый лис, — А мне казалось, я сейчас держу в заложниках отношения Небесного Царства и Подземного. Если вы пустите в ход свой Меч Семи Звезд, это будет жестокое нарушение законов гостеприимства, и вас, скорее всего, с позором выставят отсюда. Мне не хотелось бы этого.
Наследник Светил почувствовал, как внутри у него все закипает от гнева.
— Держишь в заложниках?! Нет, Король Демонов! Ты не держишь их в заложниках, ты открыто на них нападаешь!
Без разрешения он поднялся на ноги.
— Ваше Величество…
— Которое?.. — перебил его Мао Ичэнь, но Хен Чанмин продолжал говорить:
— …вы должны знать, что отношения между Небесным и Подземным Царствами находятся под ударом. Было объявлено о том, что духи Подземного Мира устроили резню в Деревне Тысячи Листов. Посему я спрашиваю вас: вам известно что-нибудь об этом?
— Нет, — отрешенно ответил Владыка Подземного Мира, все еще листая Книгу, — Я ничего об этом не знаю. Мне не требуется увеличивать приток душ из других Царств. Вы прекрасно справляетесь с этим сами.
В мире, где не светит Солнце, понятия «день» и «ночь» довольно-таки условны. Земля над головой и на горизонте оставалась неизменной в любое время суток, — но все же даже жизнь Подземного Царства подчинялась законам цикла, что взяли его обитатели из родных миров. Огромные песочные часы отмеряли время, когда подобало бодрствовать, — а когда даже мертвым полагалось отдыхать.
В напряжении сидя в гостевых покоях, Хен Чанмин дождался условной ночи. На каждый подозрительный шорох наследник Светил подкидывался, думая, что вот сейчас ворвется безмолвная стража, которой проклятый лис рассказал об огоньке, что он отправил следить за слугой.
За слугой, что унес из тронного зала Книгу Перерождений.
Он ждал, но так и не напустил на него стражу проклятый лис. И вот, наконец, решив, что дальше откладывать действия смысла нет, наследник Светил прошептал заклинание Звездного Тумана, отводящее глаза. Облако волшебства сверкало серебром в подземной тьме, — но только сверкание это ускользало от восприятия, даже если смотреть на него в упор.
Под защитой фамильного заклятья Хен Чанмин вышел в мрачные коридоры Замогильного Дворца. Прокравшись мимо безмолвной стражи, он вышел на след своего же собственного огонька-следопыта. Шагая по пути привычного слуги, наследник Светил с легкостью находил дорогу среди лабиринтов загробной тьмы, — а Звездный Туман укрывал его от редких патрулей безмолвной стражи.
Постепенно жилые помещения (насколько уместно это понятие для загробного мира) сменялись природными, необработанными пещерами. Здесь уже не было источников света, и поколебавшись, Хен Чанмин зажег белый огонек над плечом. Хотя этот огонек легко мог демаскировать его, это было меньшим злом по сравнению с риском сорваться в бездонную пропасть или со всего размаха врезаться в какое-нибудь сторожевое чудовище.
Дорога уходила все глубже в толщу скалы, и Хен Чанмин всерьез задумался, что будет, если он пройдет насквозь? Что по ту сторону?
Что под землей Подземного Мира?
Он как раз размышлял об этом, когда коридор сменился просторным залом, — и тут же острый слух его приметил нечто странное. Как будто эхом отдавались его шаги, — неправильным эхом. Это не был гулкий отзвук каменной пещеры.
Кто-то следовал за ним.
— Кто ты?! — резко обернулся Чанмин, — Я знаю, что ты там! Покажись!
Ответом ему был саркастичный, язвительный смех.
— Интересно, — отметил Король Демонов, выходя в круг света, — А если бы это был хозяин этого места, как бы ты с ним объяснялся?
Глаза Хен Чанмина сузились от ярости.
— Ты!..
— Я, — легко согласился Мао Ичэнь, — Здравствуй, наследник Светил. Тебе тоже не спится в эту безлунную ночь?..
Ни слова не прозвучало в ответ, — лишь Меч Семи Звезд рассек воздух перед самым его лицом. Демон-Лис отклонился назад, а Хен Чанмин уже развивал наступление. Сделав шаг вперед, наследник Светил обрушил на Короля Демонов град ударов, — но тот ловко подставлял под них серебряную флейту, укрепленную демонической ци.
— Раз, два, три, — и ты устал!
Лишь на секунду сбавил небожитель частоту своих атак, — а в следующее мгновение удар раскрытой ладонью выбил воздух из его груди. Отлетев назад, Хен Чанмин впечатался спиной в необработанный камень стены, — и рухнув на колени, закашлялся кровью.
— Посвящение в герои, — с какой-то ностальгической улыбкой сказал Король Демонов.
Зарычав от ярости и унижения, Хен Чанмин торопливо вскочил.
— Еще ничего не кончено, демон!
Направил он мощный поток божественной ци в свой клинок, и воздух задрожал от переполнявшей его мощи. Отступил могильный мрак подземного царства, когда нестерпимо яркий серебряный свет озарил каменный зал.
— Ты ведь понимаешь, что сейчас привлечешь внимание? — спросил Король Демонов, но дрожь в голосе выдавала его беспокойство.
Хен Чанмин не ответил ему: наследник Светил был полностью сосредоточен на том, чтобы удержать под контролем призванные силы. Казалось, меч в его руках превратился в столп божественного света, — света, что только и жаждал, когда хозяин спустит его с цепи.
Демон-Лис слегка сместил вес, готовясь уклоняться. Считанные секунды оставались до того, как древнее заклятье нанесет сокрушительный удар…
И тут из-за пределов круга света послышался недовольный рык.
— Ну вот, я же говорил, — вздохнул Мао Ичэнь.
Ступившее в круг света из глубин зала создание походило контурами на мастифа, — если, конечно, существовали мастифы размером с доброго слона. Шерсть его была черной, — чернее, чем уголь, она как будто бы поглощала весь свет без остатка. Три головы, одну из которых венчали четыре витых бараньих рога, скалили стальные зубы, и тихо шипела, разъедая камни, вытекавшая из пастей слюна. На срединной шее красовался массивный железный ошейник, и цепь от него уходила в темноту.
— Знаешь, — доверительно заметил Король Демонов, — Я никогда не любил собак. Я лис, в конце концов.
И исчез на глазах.
Высказать свое отношение к этому у наследника Светил не было ни времени, ни возможности. Увидев, что количество жертв вдруг сократилось, Пес Охраняющий Могилы бросился в атаку. Понимая, что у него есть считанные мгновения на реакцию, Хен Чанмин сделал единственное, что мог: выпустил божественную ци, накопленную для уничтожения Короля Демонов, в виде снопа ярких серебристых молний.
Пахнуло паленой шерстью, и содрогнулся черный пес, — но не остановился. Всем своим весом обрушился он на добычу, и лишь защитные чары небесных одеяний уберегли Хен Чанмина от неминуемой гибели. Попала на кожу разъедающая слюна, и наследник Светил закричал от боли.
Почти сомкнулась на его шее звериная пасть, когда Хен Чанмин выбросил сноп серебристых искр. Не было это заклятье и на сотую долю столь сильно, как-то, что не смогло остановить пса, — но искры попали прямо в глаза, и Пес Охраняющий Могилы негодующе взревел.
Воспользовавшись тем, что хватка чудовища на мгновение ослабла, наследник Светил выскользнул — и одним прыжком разорвал дистанцию. Пес Охраняющий Могилы бросился в погоню, — но натянулась железная цепь, не позволив достигнуть порога зала.
