Чанмин почувствовал, как его пульс убыстряется, — и память тут же отозвалась на это стыдом.
Как будто этой своей низменной реакцией он предал свою любовь, что хранил в сердце половину тысячелетия.
— Инь Аосянь сочла это именно что ошейником.
Сказав это, он подумал, что упоминание другой женщины — самое бестактное, что мог он допустить в такой момент.
Но Мэй Синьяо лишь улыбнулась:
— Я не Инь Аосянь. И никогда ей не была. Знаешь, когда-то я даже ненавидела её. Из-за тебя.
— Из-за меня? — удивился Хен Чанмин.
Фея-Роза кивнула:
— Это было еще до того, как… меня захватил Клан Скорпиона. Ты ведь не помнишь меня, правда? Вокруг тебя, блистательного наследника Светил, тогда крутился целый цветник барышень из старшей ветви. Но ты… ты смотрел лишь на простую служанку. На Инь Аосянь. И не видел никого вокруг.
Она пожала плечами.
— Но правда в том, что ты никогда не был нужен ей. Я имею в виду, как мужчина, не как друг. Не потому что ты недостоин.
— Как Светило, я не могу объяснить все не соединившими нас звездами, — не удержался от сарказма Хен Чанмин.
Он знал, что именно его клану смертные приписывали соединение судеб людей.
И обвиняли его в каждом разбитом сердце.
— Дело не в звездах, — серьезно ответила Мэй Синьяо, — Дело в путях. Ты пытался ковылять за ней по её пути. Но в глубине души — разве не надеялся ты, что она обернется — и сойдет со своего пути ради тебя?
Наследник Светил молчал. Надеялся? Он мало на что надеялся. С того самого момента, как Инь Аосянь ступила на путь Бога Войны, все крепло в нем ощущение, что рано или поздно этот путь её сожжет. Но он никогда не просил её отступиться.
Тогда ему казалось, что это уважение к её выбору.
— Ей нужен был не ты, — продолжала Мэй Синьяо, — Ей нужен был такой мужчина, как Король Демонов. Тот, кто не будет идти за ней на её пути, — а вместо этого сольет их пути воедино.
— Абсурдно, — по привычке сказал Хен Чанмин.
Но истинной силы, настоящего негодования в этом слове уже не было.
Потому и не стала никак комментировать его Фея-Роза. Мягко проведя ладонью по его руке, она сменила тему:
— Твои пальцы еще не до конца тебя слушаются. Так почему же ты сам перелистываешь страницы? Почему не позвал меня?
— Разве я калека, который нуждается в помощи, даже чтобы читать книгу? — поморщился наследник Светил.
Ответом ему стал серьезный взгляд фиолетовых глаз.
Не такой, как у Аосянь.
Неуловимо отличавшийся.
— Мы оба нуждаемся в помощи, Хен Чанмин, — ответила Мэй Синьяо, — И именно это и объединяет нас.
— Что ты делаешь? — хрипло спросил мужчина.
Чувствуя, как руки Феи-Розы уверенно развязывают его пояс.
— Демоны многому научили меня, Хен Чанмин, — ответила девушка, — И теперь я… хочу понять, смогу ли я использовать их науку не по приказу. По своему желанию.
— Это неприлично, — сказал наследник Светил.
Но возражения его прозвучали слабо даже для него самого. И не диво, что Фея-Роза склонилась ближе к нему:
— Мы почти супруги.
Глава 19. Королевская чета наносит визит
Императрица Западной Вэй всегда любила животных, и они любили её. С того самого дня, как её супруг унаследовал императорский титул, она потихоньку намекала ему на то, чтобы пересмотреть правила дворца в сторону смягчения в вопросах содержания питомцев.
И несмотря на это, увидев у себя в покоях облезлую черную кошку, Жунь Ли испугалась. Не столько даже потому что кошка была совершенно посторонней и непонятно как попала во дворец.
Взгляд её красных глаз навевал пугающие воспоминания. Воспоминания о той ночи, когда императорский дворец оказался в осаде демонского воинства. Пожалуй, в личном списке самых страшных воспоминаний Жунь Ли этот случай занимал почетное третье место.
— П-привет, — пролепетала императрица, — Ты заблудилась? Ты голодная?
Не выдержав взгляда кошачьих глаз, Жунь Ли отвернулась — и увидела красивую фиолетовую бабочку, порхавшую прямо посреди комнаты. На мгновение залюбовалась девушка причудливым узором крыльев.
А затем бабочка молвила человеческим голосом:
— Мяогуй, не пугай Ли-эр.
Этот голос…
Жунь Ли узнала его.
— Сестрица Аосянь?!
Одетая в роскошное сиреневое платье, наложница Инь ступила на пол покоев императрицы. Совершенно не заботясь о протоколе и правилах приличия, девушки обнялись.
— Подожди минутку, я сейчас кликну слуг, принесут чаю, — вспомнив об обязанностях хозяйки, сказала Жунь Ли.
Однако Инь Аосянь жестом остановила её.
— Еще увидит кто-нибудь посторонних во дворце. Не беспокойся, я все подготовила. Цзяи!
Молодая, какого-то капризного вида служанка в черном платье с белым передником появилась в углу комнаты, — Жунь Ли не успела рассмотреть, как она выглядела до того, как принять человеческое обличье, но кажется, это было какое-то членистоногое вроде рака или скорпиона. В белых изнеженных руках незнакомка несла поднос с чаем и закусками. На столик в покоях она его поставила аккуратно, — но с таким видом, будто делает одолжение.
— Я вижу, ты тоже неплохо поднялась в статусе, — отметила императрица, — За поместьем Цзянь ты присматривала в одиночку, а сейчас тебе благородные барышни прислуживают.
Инь Аосянь бросила короткий взгляд на служанку и ответила:
— Поднялась, пожалуй. Ты только не пугайся… Я теперь Королева Демонов.
Именно этот момент выбрала красноглазая кошка, чтобы принять человеческий облик, — и Жунь Ли слегка вздрогнула, узнав в ней убийцу, что атаковала Даомина в ту ночь. Ту, что едва её не убила.
Но несмотря на это, она улыбнулась:
— Сестрица Аосянь, ты невозможна! Мало того, что ты не осталась на мою свадьбу, так еще и не пригласила меня на свою.
Упрек её был, впрочем, скорее шутливый. Императрица Западной Вэй не держала зла, напротив, она была искренне рада видеть названную сестру.
Когда царственные дамы расселись за столиком, Демон-Кошка присоединилась к ним без вопросов и церемоний. А вот служанка в черном и белом осталась стоять до тех пор, пока госпожа не указала ей на место рядом с собой непосредственно.
И даже тогда сохраняла вид настолько надменный, что Жунь Ли он вдруг показался хорошо знакомым.
— Она случайно не влюблена в братца Вэйана? — склонившись к подруге, шепотом спросила императрица, — В смысле, я хочу сказать, в… Ичэня. В Короля Демонов. Короче, в Бао-Бао, — махнула рукой она.
По сдавленному смешку Демона-Кошки она поняла, что как минимум от неё скрыть сказанное не удалось. Цзяи же то ли не слышала, то ли делала вид.
— Она хотела за него замуж, — поделилась Инь Аосянь не скрываясь, — Все знатные барышни Царства Яростных Духов хотели. Но он выбрал меня и никогда не сомневался в выборе. Как и я не сомневалась в нем.
Служанка на секунду склонила голову, и за мгновения в ее алом взгляде промелькнула сложная гамма чувств от бессильной злобы до какого-то своеобразного уважения.
Но комментировать слова своей госпожи она не стала.
— Так у вас тоже было что-то вроде отбора? — уточнила Жунь Ли, подавшись вперед от любопытства.
Инь Аосянь засмеялась:
— Совсем нет. Но мне тоже есть что рассказать. Перед тем, как Ичэнь сделал мне предложение, меня пытали и едва не казнили.
— В первый раз слышу, чтобы кто-то рассказывал об этом так вдохновенно… — как-то сконфуженно отметила императрица.
— Меня спас Ичэнь, — пояснила Аосянь, и обеим девушкам мигом стало все понятно.
— Он пришел со сватами прямо на казнь, — продолжала рассказывать Фея-Бабочка, — Вон, Мяогуй подтвердит: она там была.
Демон-Кошка подтверждающе кивнула. Сперва она хотела этим ограничиться, но потом все-таки пожаловалась:
— Почему смертные выбрали официальным атрибутом сватов гуся? Почему нельзя было найти что-то, что хотя бы не гадит?
— Гуся можно было отравить дурманом, — неожиданно подала голос Цзяи, — По традиции достаточно, чтобы он был живым. В каком состоянии — неважно.
