Эдди закатил к потолку глаза и монотонным голосом начал:
— Хиталоун. Ферг из Пинкайса. Потомственный Небесный Всадник, бантай, то бишь, профессор археологии. В начале карьеры работал на раскопках катакомб седьмых Фаресов. Потом улетел куда-то в экспедицию, пропадал лет десять. Недавно вернулся. Всё это время занимался в архивах императорского дворца. Жаждет порыться на нашей Жертвенной площади, потому что, как известно, именно там приносили в жертву захваченных в плен Небесных Всадников и рабов-фергов. Надеется выяснить ритуал, примерное количество жертв, в какой период место использовалось для этой цели, а так же найти украшения, амулеты и прочие сувениры, которые расскажут ему и всему миру о тяжёлой и самоотверженной борьбе фергов против киотитского владычества. Если надо, я сниму копию его прошения с приложенным докладом.
— Сними, — кивнул Джон.
— И любыми средствами тормозни принятие положительного решения в Совете, — добавил Брай.
Эдди повернул голову и взглянул на него. В его глазах вспыхнул огонёк любопытства.
— А в чём дело? Что случится, если ещё один болван съедет там с катушек?
— Ни один нормальный ферг туда не сунется, — произнёс Брай. — Это аномальное место. Открытое окно Тьмы, Очаг Зла, хоть, в отличие от Огненного Глаза, пассивный.
— Тебе кругом мерещатся чёрные маги, — заметил Эдди. — Этот тип — археолог. Они все чокнутые. Я не представляю, как можно спускаться в древние гробницы, чтоб откопать чьи-то кости, рискуя самому упокоиться рядом. А они ползут.
— Дело не в этом, — мотнул головой Брай. — Жертвенная площадь нами не изучена, и мы не знаем, почему её аура так интенсивна. Существует опасность нарушения баланса. Он отыщет какую-нибудь погремушку, а она распахнёт ворота активным энергиям Тьмы. Знаешь, что будет?
— Нет, но, думаю, не хуже, чем есть.
— Оптимист, — хмыкнул Брай.
Эдди внимательно взглянул на него.
— Это всё для меня — китайская грамота, но если вы считаете, что нужно тормознуть — тормознём. Только дайте мне факты и цифры. Я ж не могу выйти на трибуну в саване и вещать о конце Света.
— Факты подберём, — кивнул Джерри. — Меня, кстати, тоже беспокоит эта идея с раскопками. Я двадцать с лишним лет загорал возле Огненного Глаза и не могу представить, чтоб кто-то по своей воле полез в аномальное место. Дело даже не в дурной славе площади, а в том, что по мере продвижения к её середине возникают крайне неприятные ощущения. Беспокойство, страх, потом начинаются галлюцинации.
— Если это галлюцинации, — скрестив руки на груди, пробормотал Брай.
Эдди настороженно взглянул на него.
— Уговорили. Выберу другой маршрут для ночных прогулок. Но, если мне не изменяет память, там что-то строили и даже построили.
— Рабочие сходили с ума ещё во время строительства, — пожал плечами Джерри, — Потом сходили с ума, убивали друг друга и кончали жизнь самоубийством жильцы, а дома очень быстро превратились в руины.
— Вот! — кивнул Эдди. — Вот это всё, но с именами, датами и выписками из документов. Диагнозы, полицейские протоколы, выдержки из дневников жильцов. Всё, что может произвести впечатление.
— А проследить за этим парнем можно? — спросил Джон.
— Слушай, — поморщился Эдди. — Ну, почему опять я? У тебя же есть свои люди в городе!
— У меня там ценные кадры, а ты можешь нанять филёров, не выдавая себя.
— А ты не можешь?
— У него нет такой базы данных на профессионалов преступного мира, — усмехнулся Брай. — И, между прочим, если этот парень обнаружит слежку, то причастность соглядатая к миру отбросов только запутает дело.
— Там может быть золото, да? — неожиданно спросил Эдди. — Вы боитесь, что этот гусь — охотник за сокровищами?
— Не исключено, — вздохнул Брай. — Потому мы и просим тебя тормознуть и проследить, пока мы сами всё не выясним. К тому же там может быть что-то ценное, чем заинтересуется Национальная федерация фергов, а ведь всё в Луарвиге принадлежит городу.
— Намёк понял, — улыбнулся Эдди. — Сделаю.
— А мы займёмся Жертвенной площадью и прошлым Хиталоуна, — пробормотал Джон.
— Теперь, второе, — вздохнул Джерри. — «Звёздный щит». Я не обижаюсь на них за Генри Хулста, но всё же это не метод.
— Перестаньте, — поморщился Эдди. — Парни делают хорошее дело. Я уже думал, что Генри от нас уйдёт. Его папаша подкупил присяжных. Они вынесли оправдательный вердикт, и даже мой старик Риппер ничего не смог сделать. Эти продажные шкуры простили ему пять душ и Фарги.
— Про Фарги они не знали, — заметил Брай.
— Я знал! — воскликнул Эдди. — Я сделал всё, чтоб эту шкуру допекли, но он ускользнул. А эти мальчики его дожали.
— Эти мальчики берут на себя функцию правосудия.
— И что в этом плохого, если само правосудие явно не справляется?
— Не кипятись, — похлопал его по плечу Джерри. — Дело в том, что, в сущности, это преступная группа, занимающаяся убийствами. Мы должны знать, кто они и зачем это делают.
— А потом? — обернулся к нему Эдди. — Что вы сделаете потом?
— Решим, когда узнаем.
Эдди мрачно взглянул на него и отвернулся. Я воспользовалась паузой, чтоб задать вопрос.
— Что это за «Звёздный щит»? Я слышала в новостях, но толком ничего не знаю.
— Никто не знает, — ответил Джон. — Примерно с год назад судом был оправдан некий бизнесмен, жестоко убивший проститутку. На следующий день его нашли мёртвым. Выстрел из бластера в сердце, а на лбу — переливчатый кружок, впечатанный в кожу и мышцы. Голографическое клеймо золотого цвета с изображением треугольного щита с надписью «Звёздный щит».
— На каком языке?
— На том варианте английского, который распространен в Луарвиге, щит стилизован, похож на алкорские щиты, используемые на турнирах с применением лёгкого вооружения, но отдалённо. Материал, из которого изготовлена голограмма, — быстро распадающийся волокнистый пластик. Из этого ничего не смогли выжать. Потом убили содержателя притона для любителей поразвлечься с малолетками. Снова лучевая рана в сердце и клеймо на лбу, и пошло-поехало. Каждую неделю кого-нибудь да хлопнут. Потом появились свидетели. Говорили, что это были молодые люди на гравициклах в одинаковых комбинезонах и закрытых шлемах. За раз не больше трёх. То ли они работают звеньями по трое, то ли их всего трое. Очень хорошо информированы. Прекрасно оснащены и тренированы по высшему разряду.
— Нет, — покачал головой Джерри. — Не космический десант. Но для любителей — неплохо. Гибкие и сильные как кошки.
— Кстати, — припомнил Брай, — Известна кличка одного из них. Кугуар.
— Это пума, мощная серая кошка с Земли. Её ещё называют горным львом, — вспомнила я.
Джон кивнул.
— Иногда им приходилось изменять почерк. Пару раз подкладывали в машины и дома взрывные устройства. Один раз устроили перестрелку в Эйке и перебили из армейских лучемётов целую банду. В общем, упорные ребята. Ими занимается Мелис. Ты его знаешь, хитрая бестия. Пытался устраивать ловушки, засады, следил за потенциальными жертвами, подсовывал подсадных уток. Всё зря. Они не попадались. Подсадных не трогают. А тех, кого охраняют, достают позже, когда охрана снята. Через неделю, через две, месяц…
— У них есть информатор в полиции?
Джон пожал плечами.
— И не только в полиции, — добавил Джерри. — Последнее дело. Они знали заранее, что Генри в этот день выпустят, и знали планы его отца. Они выяснили план дома, вентиляционной системы, системы наблюдения. Смонтировали необходимую аппаратуру, а она была собрана из обычных деталей, продающихся в магазинах, загодя установили и как по маслу осуществили свой план.
— Занятная компания, — пробормотала я.
— Кстати, это не первый толстосум, которого прихлопнули в собственном доме, — заметил Эдди. — Они очень хитро проникают в дома и каждый раз утекают до того, как их успевают заметить. По мне так пусть трудятся. Этому лесу нужны санитары.
— Мы не будем это обсуждать, — спокойно произнёс Джон. — Мы должны знать, кто это и какие у них цели. Потом будем делать выводы.
