— Я расскажу Тино и о вашем поведении, — радостно заверил его Эдди и вышел из подворотни.
— Ты специально их спровоцировал, — упрекнул его Бобби.
— Не спорю. — Эдди сыто улыбался. — Я много лет трясся от страха перед такими, и теперь возможность в одиночку кастетом расколошматить троих… Перед таким искушением мне трудно устоять.
Он сел за руль. Бобби и Джо уселись позади. Марго уже успел слинять. Эдди завёл мотор и направил машину в сторону Лунна. По дороге он позвонил Тино Рохосу и поведал ему о том, как передал деньги Хаску, и что последовало за тем. Тино божился, что Марго с ним в расчёте, а Хаск и его придурки получат по первое число за свою глупость. Нашли с кем связываться! Потом долго рассыпался в извинениях. Эдди отключил его, снова набрал номер и с улыбкой произнёс:
Твои губы — Кааба, я ими божусь.
Я с одною молитвой встаю и ложусь.
Я — паломник, а губы — священный порог.
За ночь тысячу раз я к нему приложусь.
— Ловлю на слове! — рассмеялся из динамика женский голос, и Эдди блаженно расслабился на сидении, предвкушая заслуженную награду за нелёгкий день.
Вечер
День у меня ушёл на обследование Чесстауэра. Я нашла множество белых помещений, среди которых оказались два огромных зала. В центре одного из них искрился и журчал роскошный фонтан в итальянском стиле, а стену другого занимал грандиозный камин, в который можно было въехать на «Кадиллаке». К тому же в моём распоряжении, помимо прочего, находился крытый бассейн из белого мрамора, окружённый скульптурной группой изящных наяд.
Все эти открытия почему-то безмерно развеселили меня. Я испытала жгучее желание пошалить и, отыскав чёрный бассейн, украшенный симпатичными русалками африканского происхождения, разделась и прыгнула в воду. Какое-то время я изображала из себя дельфина, и вскоре на бортике бассейна возник жутко недовольный Макс Делман. На сей раз, он блистал в чёрных шёлковых брюках и белой сорочке с открытым воротом и отложным воротником. Главным украшением его наряда была серебряная чеканная пряжка на широком ремне. Убедившись, что я заметила его, он заявил:
— Это мой бассейн. Ваш — этажом ниже, по галерее — налево.
— Я знаю, — улыбнулась я, подплывая к бортику. — Но мне хотелось искупаться в чёрном. Это так возбуждает, — я ухватилась руками за кромку и легко выбралась на гладкий мрамор. Поглядывая на Макса, я принялась отжимать волосы. — Неужели вы мне запретите?
Макс холодно смотрел на меня.
— Хочу вас предупредить, мисс Бентли. Женщины меня не интересуют.
В конце фразы его голос предательски дрогнул.
— Я уже догадалась, — кивнула я. — Не думаете же вы, что в противном случае, я бы рискнула купаться нагишом в вашем бассейне? Я просто уверена, что рядом с вами моя добродетель в безопасности!
— Я надеюсь, больше это не повторится, — прохрипел он и, закашлявшись, поспешил ретироваться.
— Есть ещё порох в пороховницах, — удовлетворённо пробормотала я и снова прыгнула в воду.
Звонок Эдди застал меня в ванне. Я как раз думала, что надеть вечером. При всей моей решимости принять участие в его делах, я по-прежнему наслаждалась жизнью богатой идиотки, и почему-то сегодня она меня не тяготила.
Он приехал ровно в семь. Я немного путалась в здешнем времени. Киотские сутки в Луарвиге были по земному образцу разбиты на двадцать четыре часа, имевшие в себе по шестьдесят минут длиною шестьдесят секунд каждая, хотя, как мне казалось, их минуты длиннее тех, к которым я привыкла на Земле. Поэтому за час я успела, наконец, выбрать из гардероба чёрный костюм с белой хризантемой на лацкане удлинённого жакета, широкополую шляпу и чулки с кружевными резинками. Я причесалась, накрасилась, оделась, а этот час всё тянулся и тянулся. В конце концов, я улеглась на диванчик в холле и, скинув туфли, принялась болтать ногами. Ничего умнее мне в голову не пришло.
— Мистер Грандер, — неодобрительно буркнул Кинг.
— Твоего мнения никто не спрашивает, — фыркнула я, вскакивая на ноги.
Эдди уже поднимался по лестнице. На нём был изысканный вечерний костюм из синего бархата, а в руках он держал алую розу. Я сбежала ему навстречу, и он с лёгкостью подхватил меня на руки. Пока мы смеялись и целовались, я не могла избавиться от ощущения, что Кинг подглядывает из-за угла. Мне жутко хотелось показать ему язык.
— Я соскучился, — шепнул Эдди, обнимая меня, когда мы спускались вниз.
— Я тоже, ещё как! — мурлыкнула я. — Как прошёл день?
— Как обычно, — он пожал плечами. — Интриги, секреты, драки… Всё как всегда. А у тебя?
— А я потихоньку схожу с ума, — сообщила я, вспомнив свой фортель в максовом бассейне. — В юности я не была такой безумной. Я вела себя хорошо и много училась.
— Должно же быть в жизни что-то хорошее, — усмехнулся он.
-Лучше поздно, чем никогда.
Мы вышли на улицу, и я увидела роскошный белый «Мерседес» «земля-космос». Заметив, как сверкнули мои глаза, Эдди кивнул:
— Наследство Фарги. Ребята решили, что именно это я должен получить в память о нём. Должно быть, я очень долго бросал на него томные взоры. Садись!
Он распахнул дверцу, и я села на сидение, обтянутое нежно-бежевой мягчайшей замшей.
— Куда поедем? — поинтересовалась я, когда он устроился за рулем и принялся что-то переключать на расширенном пульте флаера. — Ты что-то говорил о приюте.
— Да, — он серьёзно кивнул и нажал очередную кнопку. Флаер медленно пошёл вверх. — Мне нужно съездить туда, выяснить, как там дела, и ещё кое-что узнать, — он откинулся на спинку сидения и обернулся ко мне. Флаер начинал разворот. Должно быть, он шёл на автопилоте. — Я сегодня провернул пару дел. Мне вообще-то не хочется тебя во всё это втягивать, но Джонни сказал, что не будет ничего плохого, если ты будешь в курсе.
— К тому же я сама хочу знать, — добавила я. — И, возможно, смогу помочь.
Эдди задумчиво кивнул. Он рассказал мне о заседании Совета и о своём разговоре со Смитом Сароу, а потом о беседе с инспектором Радеску.
— Притоны и детская проституция — это мой интерес, — уточнил под конец рассказа Эдди. — Моя головная боль и моя драка. Но секты — это немного другое, особенно, если там замешана настоящая магия. Это уже хлеб группы. И я должен дать им максимум доступной информации.
Я задумчиво кивнула. Три года назад был разрушен Храм и уничтожено злобное божество, но надежды на то, что культ Кусирата умрёт вместе с ними, было мало. К тому же со слов Брая я знала, что в городе, и, помимо них, полно источников тёмной магии. Не исключено, что сразив главного дракона Тала, группа продолжала отслеживать и уничтожать гадин размером поменьше. Задумавшись, я прослушала, что сказал мне Эдди.
— Извини? — переспросила я,
— Я сказал, Хиталоун, — рассеянно пробормотал он. — Слишком старый. По моим расчётам он должен быть моложе.
— И что? Он же куда-то летал, может, попал в какую-нибудь временную аномалию или просто скверно выглядит.
— Может быть.
Флаер тем временем замедлил полёт и начал постепенно снижаться. Я увидела впереди мрачное сооружение с высокой бетонной стеной и натянутой поверху колючей проволокой.
— Это приют? — изумилась я.
— Да, — ответил Эдди и положил руки на штурвал флаера.
Мы пролетели прямо над стеной и увидели внизу зелёные лужайки, подстриженные кусты и большое серое здание, которое, несмотря на все ухищрения, напоминало тюрьму. Эдди посадил флаер на площадку перед домом. Открывая дверцу машины, он посоветовал:
— Сними серьги и колье и оставь в машине. Сумочку не бери и следи за карманами, если в них что-то есть.
— Понятно, — пробормотала я, расстегивая замочек цепочки.
Когда мы вышли из салона, по ступеням навстречу нам уже спускалась высокая особа в строгом сером костюме. Она была довольно симпатичной, но всеми силами пыталась это скрыть. Сейчас она к тому же была в гневе.
