И мы ушли, оставив «Дельфиний грот» с его мерцающими сталактитами, благоухающими цветами и танцующими адонисами, потому что впереди нас ждало нечто куда более чудесное и манящее.
День открытий
На следующее утро я проснулась раньше Эдди. Было ещё очень рано, первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь тонкие занавеси на окне. Моё тело слегка ныло, напоминая о том, о чём мне вряд ли когда-нибудь захочется забыть. Это была безумная ночь, и какое-то время я всерьёз размышляла о том, случалось ли мне когда-то раньше испытывать столь головокружительные ощущения. Это было глупо, потому что прошлого больше не существовало. Был только он, красивый, нежный и сильный, только с ним мне было хорошо. Я долго лежала, глядя на него, его смуглое лицо с высокими скулами, чёрные, смеженные ресницы, чётко очерченные изящно изогнутые брови и густые волосы пахнувшие, — я поняла чем, — амброй.
Даже во сне он продолжал обнимать меня, а мне совсем не хотелось будить его. Я лежала и просто смотрела на него. Потом его лицо вдруг напряглось, ресницы вздрогнули, брови сдвинулись к переносице, по скулам прошлись желваки. Пальцы сжались в кулак.
— Эдди, — нерешительно произнесла я.
Он проснулся. Его тревожный взгляд упёрся в моё лицо, потом он всё вспомнил, резко поднялся и сел, сжав пальцами виски.
— Кошмар, — пояснил он, когда я, молча, погладила его по плечу. — У меня иногда бывают кошмары.
— У меня тоже, — я хотела помочь ему, но знала, как болезненно иногда воспринимают мужчины попытку вторгнуться в их душу. А Эдди был скрытен и всё предпочитал держать в себе.
— У всех свои кошмары, — согласился он и вздохнул. — Всё в порядке, — он обернулся, на его лице снова появилась улыбка. — Я не напугал тебя?
— Нет, я беспокоюсь о тебе.
— Не стоит. Тяжёлое детство, которое давно осталось позади, — Эдди какое-то время смотрел на меня, словно решая, стоит ли говорить, но похоже мой дар исповедника оказал действие и на него. — Мои сны изменились с той поры. Раньше я просыпался с криком, потому что когти и клыки чудовищ впивались в моё тело, а теперь я сжимаю зубы и кулаки и кидаюсь на них. Правда, в твёрдой уверенности, что это мой последний бой.
— В следующий раз поищи под ногами меч с радужным клинком. Он где-то там, — посоветовала я.
Эдди задумчиво взглянул на меня и прищурился. Потом кивнул.
— Это мысль. Тогда я смогу их дожать. К тому же я неплохо управляюсь с мечом, — он потянулся к переговорному устройству на тумбочке. — Джанго, кофе! Джерри сам занимается со мной.
— И как?
Эдди усмехнулся.
— Ты б видела его физиономию! «Эдди, дорогуша, тебе б в балете выступать! Завязывай с пируэтами и просто руби гада!» Но прорваться сквозь мою оборону может далеко не всегда. А впрочем, — он откинулся на подушку и посмотрел в потолок, — для меня это не столь важно. Его школа — модное увлечение, там можно встретить многих, многих, многих… нужных людей. В том числе его самого.
— Значит, фехтование тебе душу не греет, — кивнула я, положив голову ему на грудь.
— Это красиво и полезно, но… не практично, понимаешь? Другое дело тренировки с Бобби и Джо. Пусть это грубый мордобой, но в кварталах Эйка головорезов и костоломов куда больше, чем рыцарей при мечах. Мне нужно уметь драться руками, ногами, головой, ножом, кастетом, палкой, камнем. Всем, что под руку подвернётся. Это иногда спасает жизнь.
— А просто не лезть на эти улицы нельзя? — поинтересовалась я с задумчивым видом. Эдди взглянул на меня как на несмышленого ребенка.
— Я же живу в этом городе. Я здесь работаю. Конечно, в Порт я без Джерри ни за какие деньги не сунусь, но Эйк… Тут я хочу чувствовать себя если не хозяином, то, по крайней мере, не гостем. Там все, кто посильнее, стараются настоять на своём. Так пусть знают, что я сильнее их.
— Свободный хищник.
Эдди настороженно взглянул на меня.
— Тебе что-то не нравится?
— Я с детства люблю львов, тигров и волков, — ответила я. — Но звери не так жестоки как люди.
— Без нужды я не убиваю, — он спокойно выдержал мой взгляд. — Этому Джерри меня научил.
— Тогда всё в порядке, — кивнула я. — А что, Джерри всё ещё наведается в Порт?
— А где ещё может обретаться Пустынный Лев после того, как затонула его любимая пустыня? — усмехнулся Эдди.
— Пустынный лев? — изумилась я. — Он что, ещё носит этот маскарад?
— Чтоб Джерри отказался от такой игрушки? Нужно же ему где-то выпускать пар и отдыхать от светской жизни! Он же не железный!
— Разве?
Дверь открылась и в спальню, позвякивая, въехал кофейный столик по имени Джанго. Подкатив к кровати, он с дрожью нетерпения дождался, когда его поблагодарят, и затих.
— Какие у тебя на сегодня планы? — поинтересовался Эдди, подав мне чашечку с кофе.
— У меня? Ты же сказал, что мне не стоит тратить время на слежку за Макси Делманом. Я совершенно свободна.
— Тогда давай сгоняем на виллу Фарги. Я хочу доложить ребятам о результатах слушания в Совете. К тому же нужно передать кристалл и этот странный амулет.
— Согласна. Но мне нужно заехать в Чесстауэр переодеться.
— Сегодня можно не торопиться. У меня нет никаких срочных дел.
— А твой бизнес?
— Я всегда всё делаю сам. И мои преданные помощники подозревают, что яим не доверяю. Прекрасная возможность развеять их подозрения. Эрик со всем справится. Даже я имею право на отпуск.
— Да, — подтвердила я. — Более того, он тебе необходим, у тебя усталый вид. Я бы вообще порекомендовала тебе постельный режим.
— Правда? — просиял Эдди. — А как насчёт водных процедур? У меня здесь тоже есть мраморный бассейн.
— Отличная идея! Мы должны подумать и составить разностороннюю оздоровительную программу. Не забывая и о физических нагрузках…
— Но предпочтительнее в горизонтальном положении! — радостно подхватил Эдди.
Я рассмеялась, уткнувшись лицом в его плечо.
— И главное — разнообразие, — с усмешкой шепнул он, пощекотав меня за ухом. — Тогда успех нам обеспечен.
Из дома мы вышли не раньше полудня, и то без особого желания. Теперь я начала понимать, чем Эдди так выгодно отличался от всех мужчин, встречавшихся мне на пути. Они все были слишком серьёзны и озабочены своими проблемами и великими целями, а он мог забыть обо всём и резвиться как котёнок. Он был беспредельно ласков, весел и игрив, перемежая звонкий смех с бархатным рычанием. С ним действительно можно было напрочь позабыть обо всём, включая прошлое, настоящее и будущее. И я с наслаждением пользовалась этой возможностью.
— Не знаю, — вяло тянул он, небрежно поворачивая одной рукой штурвал своего белого «Мерседеса». — Так ли уж необходимо тащиться на виллу сегодня. Может, лучше завтра? Может, Джерри занят. Впрочем, нам нужен Брай, а он точно занят. Может, вернёмся? — он с надеждой взглянул на меня.
— Съездим, и больше не нужно будет об этом думать, — пробормотала я. — И завтра можно будет заниматься своими делами.
— Завтра опять что-нибудь случится, — обречённо вздохнул он. Вид у него был унылый с того момента, как пришлось одеться. Я посматривала на него, с трудом сдерживая смех. Он напоминал ребёнка, у которого отобрали игрушку, чтоб заставить делать уроки. — Ну что ты ухмыляешься? — он обиженно покосился на меня, — Тебя забавляет, что я предпочитаю тебя всем иным полезным занятиям?
— Меня восхищает, как ты умеешь переключаться.
— В одну сторону, — буркнул он. — Обратно — с трудом. Фарги здорово умел и то, и другое. Только щёлкало. Его теорию о том, что в жизни и без того слишком много плохого, чтоб уделять этому повышенное внимание, я затвердил без труда. А вот «делу — время…»
Я с любопытством наблюдала за его скучной мордашкой. Он был удивительно хорош, и мне показалось, уже просто играл роль, чувствуя, как она ему идёт.
— Я сейчас вдруг подумала, что ты оказался совсем не таким, как я себе представляла. Или ты изменился за эти три года, или я тебя совсем не знала.
