— В винтовку вставлено столько аппаратуры, включая сверхчувствительные датчики, генератор луча, компьютер. Это дорогая вещь.
— Вот и я говорю. Дорогая и… кому она у нас нужна? У нас каждый день в перестрелках гибнут случайные прохожие. Те, у кого есть деньги на такую машинку, как правило, не думают о подобных мелочах. Да и не стреляют сами.
— Вот и я так думаю, — вздохнул Берри. — Это не может быть уличная банда и не может быть кто-то из крупных рыб.
— А как он описал покупателя?
— Сравнительно молодой землянин в сером плаще и мятой шляпе. На руках перчатки, на лице — тёмный грим, под шляпой — чёрный парик. Глаза за тёмными очками, форма лица искажена защёчными прокладками. Короче, если он не врёт, парень беспокоился не о естественности своего вида, а о том, чтоб его не узнали. При этом хрипло шептал.
Эдди улыбнулся.
— Ладно, если что услышу, сообщу.
— Спасибо, — кивнул инспектор. — Позвони Илси, а я пойду отсыпаться.
Он попрощался и ушёл. Эдди медленно прошёлся по холлу, и присел рядом со мной, поглядывая на маленькое голубое личико Мышки.
Она по-прежнему молчала.
— Ты на неё благотворно влияешь, — заметил он.
— Я умею обращаться с детьми.
Он кивнул.
— Я сам отвезу её на виллу и передам Браю. Потом позвоню Илси в приют. И съезжу на встречу со своим информатором, который наблюдает за Хиталоуном. Только ехать мне придётся одному. Они не выносят лишних свидетелей.
— Я понимаю, — кивнула я. — А чем заняться мне?
— Можешь съездить в «Нефритовый клинок» и встретиться с Джерри. Он сегодня должен быть там. Заодно расскажешь ему о Мышке и о пропавшей винтовке «Чодо-Чак».
— Но ведь Берри просил никому об этом не говорить, — напомнила я.
Эдди взглянул на меня, видимо, пытаясь понять, шучу я или нет. Потом наверно решил, что шучу, но смеяться настроения у него явно не было.
— Возьми какую-нибудь машину в гараже. Эрик тебе покажет. Школа фехтования находится в том же здании, что и галерея Фарги, но вход с соседней улицы. Найдёшь?
— Постараюсь, — пообещала я.
В гараже я выбрала чёрный автомобиль пелларского производства, очень изысканный и блестящий. Мне уже надоели белые машины. Я заехала ненадолго в Чесстауэр и переоделась в чёрные брюки с белой сорочкой, жакет из чёрной кожи, покрытой тонкой тисненой серебряной сеточкой и длинные сапоги. Этот костюм позволил мне надеть потайную кобуру с бластером и прицепить к брючному ремню под жакетом эфес лучевого меча. За голенище сапога я сунула стилет в кожаных ножнах.
Уже спускаясь в нижний холл дворца, я увидела у перил второго этажа Терренса. Он задумчиво и очень серьёзно наблюдал за мной. Но, сообразив, что я на него смотрю, заулыбался и махнул рукой.
— Прекрасный день, Лора.
— Лучше не бывает, — проворчала я.
Галерея Фарги представляла собой изящное белое строение из пластика и алмазного стекла. Внутри оно было похоже на сказочный многоуровневый лабиринт, где на стенах, мольбертах и в стереоэкранах были воспроизведены все творения Фарги, которые он сам предназначал для демонстрации. Размеры, форма и освещение залов были подобраны специально, чтоб подчеркнуть достоинства картин и позволить зрителям наслаждаться созерцанием, не отвлекаясь на посторонние детали. Мне кажется, эта экспозиция была по-своему гениально устроена и подобрана. Поэтому я не стала объезжать здание, чтоб добраться до входа в школу, а остановилась на стоянке возле галереи и вместе с другими посетителями вошла внутрь. Вход был бесплатный, поэтому публика оказалась весьма разношерстной. Коммерческая деятельность галереи заключалась в том, что любую из выставленных картин можно было тут же заказать и спустя минуту получить отличную копию на высококачественном носителе.
Я брела по залам и галереям, скользя взглядом по прекрасным, как детские сказки и древние легенды, полотнам, едва прислушиваясь к отрывочным фрагментам сопровождающих их мелодий и тихому голосу ушедшего друга, нашептывающему что-то о любви, свете, надежде и бессмертии.
Это лицо, вдруг мелькнувшее на одной из верхних галерей, заставило меня вздрогнуть. Оно было слишком сильным диссонансом с тем, что окружало меня и что было у меня в душе. Красивое женское лицо, но какое-то неестественное, бледное, обрамлённое прямыми чёрными блестящими волосами. На нём выделялись ярко-синие глаза и кровавые полные губы. Она пристально смотрела на меня, а потом вдруг исчезла. Очарование пропало, я осмотрелась вокруг и поняла, что не знаю, в каком конце здания нахожусь. Мне пришлось прибегнуть к помощи кибер-информатора, установленного в затенённом проходе неподалёку, чтоб выяснить, как пройти в помещения, где располагалась школа фехтования.
Убранство просторного холла школы навело меня на мысль, что Джерри увлёкся коллекционированием японских древностей. Пройдя мимо циновок, свитков и вееров, я вошла в сумрачный коридор, куда выходило несколько дверей, из-за которых слышались возгласы и стук бамбуковых мечей. Я не знала, куда идти в поисках Джерри, когда мне показалось, что в сумраке кто-то стоит и смотрит на меня. Но едва я пригляделась, как неясная тень метнулась за поворот, и я услышала, как хлопнула дверь-ширма. Подойдя туда, я, и правда, увидела деревянную раму, на которую была натянута белая рисовая бумага. Из-за неё доносились голоса, и один из них был мне знаком. Я отодвинула ширму и шагнула в просторный низкий зал с деревянным полом. Это было всё, что я успела разглядеть, а в следующий момент уловила резкое движение сбоку, и ещё до того, как сообразила, что кто-то пытается ударить меня ногой в лицо, поставила блок. Мне удалось удержать себя от ответного удара.
Бледная брюнетка с кроваво-красным ртом криво усмехнулась.
— Я вас не заметила.
Она и не думала извиняться за свою неловкость. Или ловкость? Я была уверена, что она знала, что делает, но не ожидала, что из её затеи ничего не выйдет. Она смерила меня с головы до ног неприязненным взглядом и направилась к выходу. Я начала жалеть, что удержалась от ответного выпада.
— До свидания, месье Роже, — не обернувшись, бросила она на ходу. Её каблуки стучали по полу.
— Всего хорошего, Голда. — ответил ей Джерри.
Он стоял в нескольких шагах от нас и мрачно поглядывал на свою удалявшуюся клиентку. Он был босиком в чёрном льняном костюме. Теперь я могла осмотреться по сторонам, но не увидела ничего, кроме свитков с иероглифами, украшавших стены.
— В твоей школе занимаются не только фехтованием, — заметила я, взглянув на него.
— Некоторых интересует, что делать, если не удалось удержать в руках меч, — ответил он. — Хоть я и говорю им, что рука, не удержавшая меч, сама себя уже не защитит.
— Что это за особа? — я мотнула головой в сторону двери.
— Чёрная вдова, — усмехнулся он. — Голда Роуд. Вышла замуж за старого миллионера и свела его в могилу. Стерва и, к тому же, очень агрессивна. Она специально на тебя напала.
— Я догадалась.
Джерри смотрел на меня,
— Хочешь поразмяться или пойдём поговорим?
— Поговорим, — кивнула я.
В его кабинете было уютно и светло. На стене, между ветвящимися зелёными растениями висели голографии в рамках, где Джерри был изображён с какими-то людьми в амуниции фехтовальщиков кэндо, в каратеги и ярких кимоно, то на фоне горы Фудзи, то под цветущей сакурой, то возле синтоисксого храма. Он выглядел так, словно его снимали в разные годы. Тут же висели дипломы нескольких ассоциаций любителей и поклонников восточных единоборств. В стороне на почётном месте матово поблескивал небольшой стилизованный меч из нефрита, по клинку которого пробегала серебристая дорожка иероглифов.
— Приз зрительских симпатий на фестивале фехтования в Киото, — перевела я. Фестиваль, судя по дате, проходил в прошлом году. — Настоящий?
— Да. Им понравился мой стиль, но я не смог показать его в поединке. Не нашлось никого, кто достаточно хорошо знал бы кэндо и латоми одновременно. А остальное — подделки. Моя легенда.
