Эдди протянул ему пачку банкнот, которые Моран тут же начал аккуратно пересчитывать.
— Тысяча шестьсот кредитных единиц, — произнёс Эдди. Если к вечеру сообщишь мне, что она там и где именно она там, получишь ещё четыре сотни.
Моран спрятал деньги во внутренний карман пиджака, и я успела увидеть у него подмышкой небольшую замшевую кобуру.
— Я всё выясню, можешь не сомневаться, — и снова взглянув на меня, кивнул. — Очень красивая.
Лабиринт
— Лабиринт, — тихо повторил вслед за мной Брай. Он стоял у окна и смотрел в сад. Мне вдруг подумалось, что теперь он даже в обычных джинсах и вязанном сером свитере выглядит как чародей. Чародей в домашней обстановке. От его высокой стройной фигуры, длинных пышных кудрей и узкого лица с пронзительными тёмными глазами и длинным с небольшой горбинкой носом веяло чем-то древним, загадочным и… жутковатым. Он повернулся и, скрестив руки на груди, взглянул на меня. Я вдруг заметила, что его пальцы стали длиннее и тоньше, а на мизинце поблескивал перстень-печатка из голубого золота. Я ошалело уставилась на этот перстень и пропустила мимо ушей его вопрос.
Заметив причину моего замешательства, он быстро сдёрнул перстень с пальца и сунул в карман.
— Я спросил, действительно ли нам туда нужно.
— Не знаю, — мотнула головой я. — Откуда мне знать? Аола — это ниточка, которая может привести нас к тем, кто интересуется Мышкой и амулетом. Но скажет ли она нам о своём заказчике?
— Скажет, — Джон оторвался от чтения какого-то журнала и поверх страницы взглянул на меня. — У нас достаточно средств, чтоб получить от неё информацию, начиная с «сыворотки правды» и кончая опытными телепатами, которые просто считают эту информацию с её мозгов.
Брай поморщился. Джон пожал плечами и снова уткнулся в журнал. Дверь тигриного зала отворилась, и вошёл Джерри в махровом халате, его волосы были влажными, он тёр шею пушистым полотенцем.
— Как тренировка? — поинтересовалась я. Выглядел он очень даже неплохо.
— Нормально, — он с сосредоточенным видом подвигал плечами и кивнул: — Полный ажур. Что ты там говорила по видеотектору о Лабиринте?
— Там спрятан конец нужной нам ниточки в виде чокнутой ягуарки, — ответил из-за журнала Джон.
— Значит, нужно туда идти, — заявил Джерри, но его зубы вслед за этим скрипнули.
Джон опустил журнал и внимательно взглянул на него.
— Мы никуда не пойдём, пока вы меня не убедите, что нужно…
— Но ты же сказал! — вспыхнул Джерри.
— Это Эдди сказал. Он до сих пор трясётся от злобы из-за того, что Аола похитила и до полусмерти напугала его ребёнка, а ты не можешь простить ей то, что она сделала с тобой. И вы оба туда рвётесь. Заметь, мы трое, не испытывая к ягуарке смертельной ненависти, не разделяем вашего энтузиазма.
— Ты что! — возмущенно рявкнул Джерри и швырнул полотенце на полосатый диван. — Я же не щенок какой-нибудь, чтоб тащить группу в аномальное место, чтоб кому-то отомстить!
Брай внимательно посмотрел на него и вздохнул.
— Как хотите, — махнул рукой Джерри. — Но у нас нет ничего, кроме этой бешеной твари.
— Так уж и ничего? — поинтересовалась я. — Брай, эмпат работает с Мышкой?
— Да, но безуспешно, — проговорил он. — Она помнит только то, что случилось с того момента, как её нашла полиция. Ведёт себя как пойманный в лесу зверёк. И пока никакого просвета. Я не смог добиться от наших специалистов даже более-менее оптимистичного прогноза.
— А сам амулет что-нибудь дал?
Он пожал плечами, и это движение было очень усталым.
— Ничего стоящего, хотя я озаботил целую бригаду экспертов. Экстрасенсы в один голос твердят: сие есть зло, а один… — он замялся, подбирая слова, — в общем, мой друг и наставник, вообще, заявил: «Убери от меня эту гадость».
— Ничего нового, — кивнула я.
— А Эдди выяснил, кто продал Мышку тому киотиту? — поинтересовался Джон.
— Лучше б знать, кому он её продал, — проворчал Джерри.
— Он не говорил, — ответила я.
— Где он? — раздражённо поинтересовался Джерри. — Почему его не позвали?
— Он знает, — усмехнулся Брай. — Просто не хочет лезть тебе на глаза. Вон, сидит возле беседки и переживает.
— И правильно делает! — фыркнул Джерри. — Не хватало ещё, чтоб он не переживал! — подойдя к окну, он открыл раму и махнул рукой. — А ну, иди сюда! Вечно тебя не доищешься, когда ты нужен!
Спустя несколько секунд Эдди возник в окне и, легко перемахнув через подоконник, уселся на нём, насупившись глядя на Джерри. Тот хмыкнул и пожал плечами:
— Не знаю в чём дело, но прошу прощения. Не хотел тебя обидеть. А теперь говори: выяснил о продавце и покупателе Басума?
— Мало, — покачал головой Эдди. — Продавец неизвестен, а передал он Мышку Пикану, но тот мёртв, и кто стоял за ними, мы не знаем.
— У нас ничего нет, — констатировал Джерри и взглянул на Джона. Тот обернулся к Браю, но тот всё так же стоял, скрестив руки на груди, и мрачно смотрел в пол.
Джерри щёлкнул у него под носом пальцами. Брай хмуро взглянул на него.
— Я слышу.
— Ты боишься туда идти? — с недоверием прищурился Джерри.
— Я? Нет, — Брай задумчиво взглянул на меня. — Я боюсь вести туда вас. Может, я справлюсь один?
— Ис-клю-че-но, — заявил Джерри.
— Я не смогу обеспечить вам всем магическую защиту.
Джерри мотнул головой.
— Обо мне можешь не беспокоиться. Пустыня Огненного Глаза выработала у меня мощный иммунитет против этих штучек.
Брай посмотрел на него и неохотно кивнул.
— Я имею свою защиту от магии, — напомнила я. Он снова кивнул, потом обернулся к Джону.
— Тебя я смогу прикрыть, у нас с тобой близкий диапазон волновой структуры полей. А вот Эдди…
— Его можно оставить, — предложил Джон.
— Меня? — вскочил Эдди, стиснув кулаки. — С какой стати? Почему не оставить Джона? Он всю жизнь сидит за столом и перебирает бумажки! Его задача — думать. А я на этих улицах с детства! К тому же должен достать эту стерву!
— Вот! — неожиданно рявкнул Брай. — О чём и речь! Достать! Это не сафари, чёрт тебя возьми! — он тут же успокоился. — Ты жил в борделе старого Кларка, а улицы обходил стороной. Согласен, сейчас ты там чувствуешь себя, как волк в лесу, но Лабиринт — не лес. Это дьявольское место, где тебя если не сожрут, то превратят в оборотня или чего похлеще. А из-за каши в твоих кипящих яростью мозгах я не смогу тебя ни контролировать, ни защитить. Ясно?
— Ясно, — Эдди спокойно сел обратно на подоконник. — Мне не доверяют. Так? Почему бы меня вообще не выгнать на улицу?
— Ты слишком много знаешь, — доверительно сообщил ему Джерри.
Мы все воззрились на него: Эдди — испуганно, я — возмущенно, Джон — задумчиво, а Брай — с любопытством.
— Шутка, — поднял руки Джерри. — Возможно, жестокая, но я последнее время стал нервным.
— Извини, — пробормотал Эдди, отвернувшись. — Мне очень жаль, правда. Я больше не буду. Я постараюсь придумать что-то другое и…
— Я знаю, — перебил его Джерри, — я не люблю, когда извиняются. Ты всё понял и решил, я вижу. Но дело не в этом. Там опасно, понимаешь? У нас у всех есть защита, а ты рвёшься туда на чистых эмоциях. Хочешь отомстить и доказать, что ты верный и преданный друг. Но там ты будешь для нас обузой.
— Не буду, — Эдди взглянул ему в глаза.
— Будешь, — подтвердил Джон.
— Нет.
— Спор неуместен, — заявил Брай. — Парадом командую я, и я тебя не возьму.
— Не уверен, — Эдди усмехнулся.
Брай подозрительно прищурился.
— В чём дело?
— Вам нужна Аола? — уточнил Эдди.
— Чёрт возьми! — рявкнул Джерри. — Шантажист!
Эдди победно вскинул голову.
— Я скажу вам, где она, только внутри Лабиринта.
— О, боже, — пробормотал Джон.
— Я могу повлиять на твоё решение? — уточнила я, сев рядом с Эдди.
Он обнял меня за плечи и, чмокнув в щёку, доверительно сообщил:
