— Нужно было мне за это взяться, — вздохнул Брай. — Я неплохо ориентируюсь в современной фергийской астрологии, но здесь нужно учитывать, что существует ещё киотитская.
— Каждый храм имел свою систему, — поведал Эдди. — И каждый клан Небесных Всадников.
— В самом деле? — Джон покосился на него. — Тогда дело безнадёжное.
— Всё равно будем искать, — настойчиво произнёс Брай.
— Ищи, — проворчал Джерри. — Но я и без всякой астрологии знаю, что грядёт что-то мерзкое.
— Старые раны ноют перед грозой? — невесело усмехнулся Джон.
«А ещё я сюда заявилась, — вдруг подумалось мне. — Не к добру всё это. Ох, не к добру!»
Старая дорога почти по прямой вела через Эйк. Глядя на экраны, я видела тёмные трущобы по обе стороны от неё и нигде ни огонька, ни движения. Мои спутники были заняты или приборами, или своими мыслями. Неожиданно слева что-то вспыхнуло, и по броне машины застучали пули, а впереди раздался взрыв, разворотивший дорогу.
Брай, поморщившись, переключил тумблер на пульте, и «Слеза дьявола» приподнялась над дорогой на полметра и без проблем миновала образовавшуюся воронку.
— Ну, вот, — тихо заметил Эдди, — а я думал, что все вымерли. Но если грабят, значит, живы.
Мы мчались дальше. Изредка нам попадались другие машины, но их было мало. Потом стало чуть больше, и по левой стороне появились вполне приличные дома с освещёнными окнами. Чем дальше, тем более роскошными становились здания, тем больше было света, ярких переливающихся витрин и неоновых, а потом и лазерных вывесок. Да и Эйк справа замерцал, выставляя на продажу свои пороки и вечную жажду денег и наслаждений.
Неожиданно Брай резко повернул штурвал и «Слеза дьявола» свернула в тёмный неприметный переулок. Вокруг снова воцарилась темнота, глухие стены домов, казалось, смыкались где-то над нами, и сближались по мере нашего движения, норовя раздавить в своих каменных тисках.
— Приехали, — Брай вырулил на узкую треугольную площадь и приткнул машину возле покосившегося строения в самой тёмной её части. — Дальше пойдём пешком.
— Почему? — тут же поинтересовался Эдди, но Брай не удостоил его ответом.
— Эдди и Джон, держаться ближе ко мне. Джерри, замыкаешь. Не отставать, на провокации не реагировать.
— А какие здесь могут быть провокации? — не унимался Эдди.
На сей раз Брай ответил. Мрачным взглядом.
— Здесь всё — провокации. У нас есть цель. Мы здесь только для того, чтоб достичь её. Будет хорошо, если ты просто будешь смотреть по сторонам и перестанешь задавать глупые вопросы.
— Это можно, — согласился Эдди и, открыв дверцу машины, вышел из салона. — Всё чисто, — сообщил он, оглядевшись.
Брай, смотревший на экран биолокатора, удовлетворенно кивнул и тоже вышел.
Мы шли по тёмным узким улицам Лабиринта. Глухие стены домов всё так же высились над нами, редкие окна смотрели пустыми глазницами без стёкол, погашенные фонари на кривых кронштейнах покачивались, издавая жуткий скрип, хотя никакого ветра не наблюдалось.
— И куда же мы идём? — поинтересовался Брай, шедший впереди. Его чёрные, как ночь, кудри тоже будто перебирал ветер, а пентаграммы на плаще горели так, что вокруг струился голубоватый призрачный свет.
— В Пустой храм, — ответил Эдди, настороженно оглядываясь по сторонам. Он не боялся и не любопытствовал, просто был готов к любым неожиданностям.
— Следовало догадаться, — пробормотал Джерри позади нас.
— О чём?
— Кто здесь примет чужака? Никто. И есть только одно место, куда он может сунуться. Пустое. Пустой храм — лучшее, что может быть.
— Почему ж его никто не займет постоянно? — поинтересовалась я, заметив на крыше впереди белую фигуру.
— На то он и пустой, — пояснил Брай. — Никто не может находиться там постоянно. Каждый раз что-то случается, и жилец съезжает.
Впереди улица расходилась на две. Фигура на крыше слегка светилась. Это была женщина в белом с маской белой совы на лице. Мы свернули направо, и она продолжала смотреть на нас, поворачивая голову. Вскоре я уже начала сомневаться, что это маска, поскольку так вывернуть шею человек не может. Зато сова — запросто. И словно в доказательство она взмахнула руками, которые оказались большими белыми крыльями, и спикировала вниз. Промелькнув над нашими головами, она улетела дальше по переулку.
Мы продолжали наш путь. Улицы то и дело поворачивали под невероятными углами, расходились на две и даже на три, однажды нам даже попался настоящий перекресток с повешенным. Он висел на своей виселице и таращился на нас, высунув язык. Брай одарил его одним из своих коронных убийственных взглядов, и невежливый висельник прикинулся, что давно умер.
Тихое пение раздалось где-то впереди, и Брай чуть приостановился. Я догадалась, что он не хочет двигаться вперёд, но никаких ответвлений улицы здесь не было.
— Может, нам вернуться? — предложил Джон.
— Здесь нельзя возвращаться назад, — вмешался Джерри. — Можем попасть не туда, откуда пришли. И вообще никуда не попасть, — он подошёл ближе, всё время, для верности, оглядываясь назад. — Это Сестрички Лесного Грота?
— Они, — кивнул Брай, поправляя чёрную кожаную наручь с вмонтированным огнемётом. — Ладно, постараемся проскользнуть. Только не обращайте на них внимания и не отвечайте на их вопросы.
Он зашагал дальше и теперь уже не только его волосы, но и плащ развивался под порывами ночного невидимого ветра. Голоса тем временем сливались в хор, словно пели собравшиеся отпраздновать Рождество ангелы. Вскоре показался свет, ясный золотистый свет, который струился из распахнутых дверей красивого воздушного здания с тонкими колоннами. Мы подходили всё ближе, и тут навстречу нам выбежали дети, хорошенькие, как ангелочки, девочки в белых рубашонках с золотистыми кудряшками. Они радостно бежали и, смеясь, протягивали розовые ручки. Их смех был так заразителен, что хотелось раскинуть руки и подхватить их, закружить по улице, смеясь вместе с ними. Радостный гимн заполнял всё вокруг, свет разгонял тьму.
Мы шли вперёд, и я следила за Эдди, чтоб он не сделал глупость. Он был явно неравнодушен к детям, но сейчас его глаза подозрительно щурились, а губы зло кривились. Первая малышка подбежала к Браю, и он резким ударом столкнул её с пути. Ангелочек с плачем полетел в грязь. Детский крик был таким испуганным и горьким, что моё сердце почти дрогнуло. Почти, потому что я помнила предостережение Брая. Ещё одна девочка подбежала к Джону, но он холодно отстранился от неё. Она бросилась к Эдди, но тот брезгливо отдёрнул руку, словно это была змея. Дети окружили нас, они пытались схватить нас за руки, толклись под ногами, мешая идти, что-то забавно и трогательно щебетали.
— Прочь! — не выдержал Эдди, и тут же одно из существ вцепилось в его руку. Из маленьких розовых пальчиков выскользнули железные когти, и оно потянуло его вниз, к красной пасти, полной острых зубов. Джерри рванулся на помощь, но ещё одно существо кинулось ему под ноги, и он запнулся.
Протянув руку назад, я подхватила Налорант и сдвинула выключатель. Лучевой меч с выпущенным клинком лёг мне в ладонь. Я молча рубанула по руке маленького монстра. В тот же миг Брай, добравшийся до дверей их храма, резко развернулся и, выбросив руку, как я догадалась, в сторону алтаря, выпустил огненный шар. Взрыв, раздавшийся внутри, заглушил райский хор, а следом раздался истошный многоголосый визг маленьких ведьм. Существа, похожие на гарпий, вылетали из полыхающих алым огнём окон и дверей и присоединялись к тем, что носились вокруг нас. Объектом их ярости был Эдди, может, потому, что он всё же заговорил с ними и тем самым сделал себя уязвимым. Но они не решались всерьёз напасть на него, потому что боялись моего лучевого клинка.
Эдди уже отцепил от себя отрубленную лапу и теперь стоял, прижавшись спиной к стене. Двигаться вперёд у нас не было никакой возможности. Брай молча смотрел в глубину мрачных развалин, в которые превратился красивый дом с колоннами, словно видел там что-то, что нужно было уничтожить, но он не знал как.
