— Я такими делами не занимаюсь.
— Неужели? А я слышал, что ты лет пятнадцать назад был лучшим хакером в городе, взламывал сети одну за другой, кидал деньги со счёта на счёт, убирал нули при проводке сделок, которые тебе казались противозаконными, переводил крупные суммы с наркобизнеса на счета больниц и школ. Или не из-за этого твой папа ночами не спал, а бедняга Тэнг столько башмаков стоптал, шастая по кабинетам и доказывая, что ты шалопай, а не бандит с большой дороги.
— Это тебе судья Риппер напел? — уточнил Макс.
Эдди кивнул. Макс какое-то время смотрел на него, потом бросил взгляд на меня и кивнул.
— Ладно, займусь.
— Хорошо, — Эдди улыбнулся. — Терренс, это не твоя таинственно исчезнувшая тётушка увлекалась всякой чертовщиной и собирала книги по чёрной магии?
— Скажи прямо, ты хочешь, чтоб я поискал что-то об обрядах киотитов? — уточнил Лесли.
— Хочу, и могу попросить тебя об этом, но выбор за тобой.
— Это хорошая мысль, — поднял голову Хиталоун.
— Да, учитель, — без энтузиазма откликнулся Терренс.
— А что я должен делать, по-вашему? — склонился в притворном поклоне Джефри.
— Ты чем занимаешься на службе? — спросил Эдди. — Ты, вроде как, аналитик? Так вот и займись анализом. За последнее время столько всего произошло, может, мы упустили из виду какую-то важную деталь. А ты, может, что-то заметишь. И потолкуй с учителем, он ведь у вас очень мудрый и много знает.
— А чем займёшься ты? — спросил Джефри.
— Я? Как всегда. Пойду на улицы, общаться с презренными смертными, отбросами общества. Возможно, кто-то что-то мне и подскажет.
— За тобой охотятся, — напомнил Макс.
— Наёмники, потому что ни одна уличная банда ни за какие деньги не стала бы со мной связываться. А наёмники просто не знают, насколько это глупо и опасно. Я не собираюсь беседовать со столь неосведомлёнными источниками.
— Я с тобой? — спросила я.
— Ты останешься здесь и побеседуешь с Кингом, — улыбнулся он. — У него, оказывается, куда более светлая голова, чем кажется.
— Тем более что по сообщению Кинга, он уже получил первую информацию с вашей базы, — Делман деликатно, но твёрдо взял меня за локоть. Я так удивилась, что не стала возражать.
Эдди направился к лестнице.
— Будь осторожен, — крикнул ему вслед Терренс.
Эдди обернулся и с любопытством взглянул на него.
— Нам пригодятся твои связи в преступном мире, — пояснил рыжик.
Эдди понимающе улыбнулся, а спустя мгновение его улыбка превратилась в презрительную усмешку. Он ушёл.
— Стервец, — прокомментировал Джефри.
— Идёмте, — настойчиво повторил Макс,
В подвал мы спустились на скоростном лифте, и я кожей чувствовала, как проскользнула через детекторные и силовые уровни защиты, находящиеся в пассивном состоянии. Камера, а, вернее, зал, действительно, был шестиугольным с серо-стальными мягкими стенами, на которых были развешаны квадратные экраны. В центре возвышался красивый шестиугольный монумент, похожий на макет Вавилонской башни. Он был прозрачно-янтарным, внутри мерцали серебристыми бликами подвижные звёздчатые кристаллы, а цвета граней переливались различными оттенкамикрасного: от нежно-алого до винно-бордового. Это сооружение было заключено в прочный каркас из золотистогосплава, на котором крепились небольшие экраны, табло и вереницы индикаторов. На уровне около метра от пола компьютер обрамляла широкая полоса серебристого пульта с яркими сенсорными пластинками, помеченными неизвестными мне символами.
— Добрый вечер, мисс Бентли, — прозвучал рядом со мной приятный мужской голос.
Я вздрогнула от неожиданности и только потом поняла, что это ещё один голос Кинга.
— Кончай выпендриваться, — фыркнул Терренс и усмехнулся. — Он в вас втрескался, Лора.
— Выбирайте выражения, мистер Лесли, — укоризненно проскрипел Кинг брюзгливым старческим голосом.
Рыжик рассмеялся. Макс мрачно взглянул на него.
— Может, займемся работой? Учитель, сядьте к грани Норн, Кинг свяжет вас с Эрнаной. Кинг, что за информацию ты получил?
На одном из экранов появилось изображение небольшого спутника весьма непрезентабельного вида. Такое чувство, что он болтается на орбите со времён потопа, если на Киоте когда-нибудь был ещё больший потоп.
— Сигнал идёт с этого спутника, он очень чёткий и узконаправленный. Информация шифруется с помощью двоичного кода и третьего раздела кибернетической теории профессора Ермакова.
— Земляне… — негромко пробормотал Макс, и по его тону не понятно было, как он к этому относится.
— Уже переданы аэрокосмические снимки в различных спектрах, и электромагнитные и температурные графики, а также развёртка схемы химического и спектрального анализа. Попутно передаются расшифровки и аналитические пояснения к переданной информации. По её качеству и объёму могу сказать, что на другом конце находится компактная система аналитических, но лишённых собственного интеллекта компьютеров, а также группа людей. Исходя из лингвистического анализа, можно сделать вывод, что это натуральные земляне, их шестеро. Я прав, мисс Бентли?
Терренс с улыбкой взглянул на меня.
— Что они передают конкретно, Кинг? — спросила я, не отреагировав на столь впечатляющую демонстрацию способностей компьютера.
— Пока ясно одно, — немного обиженным тоном ответил он. — В центре площади находится мощная аномальная зона. Там сильно понижена температура, имеются очаги колеблющихся магнитных полей. Источник колебаний расположен под землей. Причём поверхностные слои почвы имеют странный химический состав. В большинстве это кристаллические породы, нехарактерные для Киоты.
— Откуда такой вывод? — поинтересовался Джефри.
— В основном это связано с воздействием перепадов температур от уровня, присущего поверхности светила системы до абсолютного нуля. Но имеются и очень редкие химические вещества, практически не встречающиеся в этом районе галактики.
— Тут был древний космодром? — спросил Терренс, рассматривая диаграммы, всплывающие на экранах.
— Не лишено смысла… — пробормотала я, глядя на них через его плечо. — Вот хладоген, который ещё пять тысяч лет назад использовался для охлаждения двигателей на Амоне.
— Пять тысяч лет назад эти шавки летали в космос? — изумился Джефри.
— Не отвлекайся, — поморщился Макс, глядя на снимки площади. — Что это за серые линии, Кинг?
— Это пустоты под поверхностным слоем на глубине около пятнадцати футов.
— Катакомбы… — тихо проговорил Хиталоун, подойдя к нам. — Кинг, дай схему.
На соседних экранах появились сразу три схемы. Это были странные лабиринты с множеством узких коридоров, камер и комнат различной формы и размеров.
— Ультразвуковое сканирование позволяет предположить, что под этими тремя уровнями есть другие с более разветвлённой сетью помещений, но плотные промежуточные слои сплавленных минералов являются препятствием для их подробного изучения, — пояснил Кинг.
— Это могильник? — спросила я, подходя ближе к экранам со схемами. — Это — погребальные камеры?
— Возможно, — кивнул Джефри. — В крупных городах на разных планетах нередко могильники устраивали под землёй.
— Посмотрите, — Терренс запустил ещё один снимок на экран. — Видите, в камерах словно что-то светится. Судя по спектральному анализу, это вполне могут быть окаменевшие останки живых существ.
— Но с чем связано такое состояние самой зоны? — спросил Макс. — Пересечение магнитных полей или состав минералов?
— Ваше предположение отчасти верно, доктор Делман, — подтвердил Кинг. — Под воздействием резких перепадов температур ипересечения переменных магнитных полей некоторые химические вещества пришли в реакцию с другими, из-за чего возникла смертельная комбинация. Одним из следствий является постоянное выделение на поверхность газа, в состав которого входит соединение мортазан.
— Галлюциноген, в больших дозах разрушающий нервную систему, — кивнул Терренс и обернулся к Максу. — А мы собирались туда идти.
