— Ясно, — пробормотала я и, сжав эфес Налоранта, пошла по коридору.
Это были не катакомбы, а магическая конструкция Мени, и, куда бы я не направилась, я всё равно попаду туда, куда он захочет. А вот буду ли я делать то, что он ожидает, это вопрос.
Словно в ответ на него, впереди раздалось рычание. Из темноты показались два чёрных дракона, огнедышащих и разъярённых. Ну, нет! Я не стану тратить время и силы на этот зоопарк. Я нужна Мени живой, стало быть, они меня не убьют. А драться с ними, с этими плодами чьего-то больного воображения… Увольте! Стиснув зубы, я шла прямо на них. Они рычали, извергали пламя и размахивали когтистыми лапами. Приблизившись, я всё же невольно шарахнулась от одной из этих конечностей, но, не сбавив скорости, прошмыгнула мимо.
И с размаху налетела на каменную стену. Коридора не было. Не было драконов. Я оказалась в большой квадратной камере, поверху которой проходила узкая галерея. Я была здесь не одна. Обернувшись, я увидела Мени. Он стоял, засунув руки в карманы чёрных брюк, и его белоснежная сорочка светилась в голубоватом сиянии.
— Играть ты не хочешь, — констатировал он, глядя на меня. — Жаль. Можно было бы скоротать время до Прорыва. И тебе было бы не так обидно погибать. Ряд предварительных побед над монстрами Тьмы подсластил бы горькую пилюлю.
— Как ты добр, — усмехнулась я.
— Я совсем не добр, — оскалился он. — Тебе эти победы дались бы очень нелегко. Ты испытал бы много боли от ран, почувствовал бы страх и отчаяние. Но нет так нет. Ты не хочешь сдаться?
— Чего ради?
— Ты проиграл, Джосер.
— Неужели?
— Ты в ловушке. — Мени поднял руки, показывая на стены камеры. Ведь это не катакомбы. Это другой Лабиринт, — он постучал себя пальцем по виску. — Здесь я хозяин. И я могу задать любые правила.
— Я не всегда играю по правилам, которые мне задают, — призналась я. — И тогда условия меняются.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь. Но я не буду раньше времени тебя разочаровывать. Просто признай, что зло, как всегда, побеждает добро.
— В конечном счёте? — уточнила я.
Он бледно улыбнулся. Я тоже.
— Видишь ли, Мени, это изречение так же верно, как и другое, о том, что, в конечном счёте, добро всегда побеждает зло. Потому что никакого конечного счёта не существует. Мы с тобой две стороны одной монеты. Весь вопрос в том, что выпадет на сей раз: орёл или решка.
Улыбка сползла с его лица. Он мрачно смотрел на меня.
— Обычно это мои доводы, — хмуро произнёс он. — Ты не терял зря времени, Джосер. Ты научился здраво смотреть на вещи. И почему ж ты продолжаешь упорствовать, если знаешь, что зло неистребимо и время от времени побеждает?
— Монета не может всё время падать вашей стороной вверх. Я обеспечиваю разнообразие. И вслед за ним множество приятных и светлых последствий. На сей раз, я собираюсь выиграть.
— И как?
— Хотя бы так, — я подняла эфес меча и до упора сдвинула выключатель.
Белый лучевой клинок вырвался из эфеса и вонзился в темноту, по пути пронзая Мени. Он не шелохнулся. Опустив голову, он посмотрел на луч.
— Ты думал, что я так глуп? — спросил он.
— Просто была какая-то смутная надежда, что ты не настолько труслив, чтоб посылать вместо себя голограмму.
Он злобно взглянул на меня.
— Куда б ты ни пошёл, чтоб ты не сделал, всё равно в миг Прорыва ты окажешься на алтаре, и первобытная энергия окрасится в цвет твоей крови!
Он исчез, будто его отключили. Я убрала лучевой клинок. Я была одна в огромной камере без окон и дверей. Хорошо, что я не страдаю клаустрофобией. Но выход конечно есть. Наверняка где-нибудь на верхней галерее. Я осмотрелась по сторонам и задержала взгляд на правой. И я наверняка смогу запрыгнуть наверх, поскольку лестницы здесь не предусмотрены. Собравшись с силами, я оттолкнулась от пола обеими ногами и взмыла вверх, после чего ювелирно приземлилась на краю галереи. Выход был именно там, где я и ожидала его найти. Теперь по сценарию я должна отправиться по этому коридору и… Я задумчиво смотрела на прямоугольный проём, ведущий в темноту. Почему дверь оказалась там, где я подумала? Может, я могу влиять на реальность? Например, сзади тоже есть дверь. Я обернулась. Двери не было. Тогда, быть может, я угадываю то, что задумал Мени? Попробуем. Я деловито уселась на пол галереи и закрыла глаза. Расслабившись и сосредоточившись на третьем глазе, я попыталась увидеть, что ждёт меня в конце этого коридора. Бесполезно. Я открыла глаза и уставилась в темноту. Может быть, я могу влиять на события, но не так явно? Что там говорил об этом Кларк? У меня никто не может отнять это право?
— А что там за гул внизу? — спросила я вслух, настороженно прислушиваясь.
Никакого гула не было. Но я думала, что он есть. Я думала, напрягая все органы чувств, чтоб, наконец, ощутить его. И вот камень донёс до меня слабую вибрацию, а потом далёкий низкий шум. Он нарастал, и вибрация становилась всё сильнее, каменные стены исходили дрожью, с них сыпался песок, где-то там внизу бушевала прорвавшаяся из ядра планеты лава, она булькала, вспенивалась, выбрасывала алые языки и обдавала всё вокруг нестерпимым жаром.
Я пошатнулась и едва устояла на ногах. Вокруг было темно, но из-за спины у меня виднелся рассеянный свет. Я обернулась и увидела улицу, Дорогу Жертв и Фарги, махнувшего мне рукой.
Чёрт возьми! Ладно, пока Мени разбирается с вулканом у себя в мозгах, мне нужно его найти и убить. Я решительно направилась в темноту.
Страха не было. Я одержала первую маленькую победу. Но самое сложное было впереди. И я была совершенно уверена, что смогу победить в любом случае.
Коридор вскоре закончился, а вместе с ним и пирамида. Я стояла посреди замусоренного пустыря, и неподалёку от меня светились красноватым светом знакомые руины. Я обернулась назад и увидела чёрную арку входа, в контуре которой белой звездой сияла фигура Фарги. Он не видел меня. Мне хотелось вернуться за ним и сказать, что на самом деле никакой пирамиды не существует, но я прекрасно понимала, что если б всё было так просто, он никогда не оставил бы меня.
Вздохнув, я снова направилась в сторону руин. Я прекрасно помнила о тех ужасах, которые рассказывали про это место Брай и Джерри, и что обнаружилось при исследовании площади, но я надеялась, что высшие силы или силы Тьмы, которым я нужна живой, защитят меня.
Красноватый свет исходил от пыльных замшелых плит и балок, оставшихся на месте развалившихся домов. Из разбитых свай лилось багровое сияние, словно там разместился киотский филиал преисподней. Стоны и вздохи раздались, едва я вступила в этот мёртвый квартал. Вокруг меня испуганно заметались лилово-чёрные тени, и кто-то напряжённо зашептал мне на ухо: «Беги отсюда! Спасай свою душу! Пропадёшь…» Не думаю, что это были происки Мени, просто в этом жутком месте погибло столько несчастных существ, и вряд ли они смогли найти покой после своих ужасных смертей.
Я брела по пыльной тропинке, вытоптанной кем-то в кирпично-рыжей пыли. Она вела меня к одному из уцелевших домов, вернее это был лишь угол — две стены, вонзившиеся в тёмное небо, как монумент. Возле этого угла всё было расчищено, плиты и мусор откиданы в сторону, а в самом основании угла темнел пролом, сравнительно свежий. Подходя ближе, я вспомнила, что по калогским поверьям, зло входит через углы.В тот же миг где-то внизу раздался отчаянный вопль, и изнутри пролома полыхнуло алое пламя. Впрочем, огня не было. Я спустилась вниз и оказалась в подвале, в котором тоже был расчищен проход в дальний угол, а там — ещё один пролом, ведущий вниз. Он выводил в глубокий колодец, на стене которого поблескивали ржавые ступени-скобы.
«Мне кажется, я всё делаю правильно», — попыталась я убедить себя, когда пристёгивала Налорант к ремню, чтоб спуститься вниз. Там в глубине краснело и дышало жаром что-то похожее на магму. Но выбора у меня не было.
Я спускалась довольно долго и, когда оказалась на дне колодца, мои ноги коснулись холодного камня, а не раскалённой лавы. Вокруг всё алело, старые сводчатые катакомбы были пронизаны кровавым сиянием, а издалека всё также доносились истошные крики. Снова взяв в руку меч, я направилась туда.
