Спрыгнул с туши гиганта. Вытер руку о штаны — слизь и кровь размазались, оставив тёмные пятна.
— Насчёт ближайшей вылазки, — продолжил Матросов, доставая новую сигарету. — Ты с нами? Это важно, Володя. Очень важно.
Посмотрел на него.
— Мне нужно ядро для активации чистой силы, — повторил я свои условия.
— Знаешь… — Борис задумался. — Теперь твоя просьба выглядит по-другому, когда я увидел твою магию земли. Понимаю, в чём дело. Ты не хочешь показывать стихию в корпусе, чтобы тебя не схватили. Правильно думаешь, кстати.
Умный, собака. Быстро соображает, выводы делает верные. Опасно это или полезно — пока не ясно.
— С тем, что у тебя в руках, — Матросов кивнул на мой карман, где лежало ядро, — я смогу тебе помочь. Договоримся с одним человеком. И тогда наш договор в силе, да?
— Да, — кивнул я.
Если он действительно достанет ядро для активации стихии, то сделка честная. Я участвую в его вылазках, он обеспечивает меня ресурсами.
— Вот и ладушки, — улыбнулся Борис. — Тогда поехали, в одно место съездим. Прямо сейчас. У нас есть улика, — он похлопал по карману, где лежал тот обрывок бумаги, — в корпусе пока шумиха, под это дело и провернём всё. Никто не заметит, что мы отлучились. Спишем на расследование.
Кивнул. Звучит разумно.
Выбрались наружу. Солнце уже светило достаточно ярко. Часов десять утра, не меньше. Воздух прогрелся, асфальт блестел от испарений.
— Что ты там говорил? — кинул я Матросову через плечо, усмехнувшись. — Можешь бегать как олимпийский чемпион?
— А? — Борис поднял бровь, не понимая.
Затем его взгляд скользнул туда, куда смотрел я. Лицо побледнело.
— Твою мать… — выдохнул он.
Два гиганта. Метрах в пятидесяти, но быстро приближаются. Бегут. Земля дрожит под их шагами, пыль поднимается облаком.
— Бежим! — рявкнул Матросов.
Мы рванули к сетке.
Ноги сами несли вперёд — сила Титана пульсировала в мышцах, два процента, но уже чувствуется разница. Быстрее, легче, земля под ногами словно пружинит.
Я чуть сдерживался — не хотел оторваться от Матросова. Нужно прикрыть задницу того, кто собирается мне помочь. Если он сдохнет, то и ядра мне не видать.
А мужик, надо отдать должное, бежал неплохо. Пошустрее Коли будет — то ли старые навыки, то ли страх окрылил. Дышит тяжело, лицо красное, но темп держит. Не отстаёт.
Позади грохот. Топот гигантов. Они близко, метров тридцать.
Ещё немного. Сетка впереди. Рывок. Пересекли границу аномалии. Остановились. Развернулись.
Гиганты замерли у сетки. Не переходят. Смотрят на нас, но дальше не идут.
— Пронесло… — выдохнул Матросов.
И что сделал он первым делом? Достал сигарету. Руки дрожали, пока он чиркал зажигалкой. Прикурил. Глубокая затяжка. Выдох.
— Твою мать… — тяжело дышал он, согнувшись, опираясь ладонями на колени. — Думал, сердце из горла выскочит. Или в штаны наложу. Или всё вместе.
Усмехнулся.
— Ещё жив, значит, рано паниковать.
— Лёгко тебе говорить, — Борис распрямился, вытер пот со лба. — Ты бегаешь как… Чёрт, даже не знаю, с кем сравнить. Видел, как ты в гиганта врезался, будто танк, а не человек.
Промолчал. Пусть думает что хочет.
Матросов докурил сигарету, затушил об асфальт. Отдышался. Кивнул в сторону транспорта.
— Поехали. Время не ждёт.
Мы забрались в машину. Я плюхнулся на пассажирское сиденье, захлопнул дверь. Матросов завёл двигатель.
И тут почувствовал.
Моё тело… сопротивляется. Изнутри. Словно шарик надули слишком сильно, и он вот-вот лопнет. Кожа натянулась, мышцы напряглись сами собой, нервные окончания вспыхнули болью. Два процента силы Титана — для этой человеческой оболочки многовато.
Получается, если я получу больше силы, чем тело способно выдержать, то… Взорвусь? Разорвёт на куски? Или просто сгорю изнутри, превратившись в обугленный труп?
Неприятная перспектива.
Закрыл глаза. Машина тронулась. Звуки отдалились — рёв мотора, скрип подвески, голос Матросова что-то говорящего. Всё стало приглушённым.
Сосредоточился на внутреннем мире.
Пришлось повторять то, что делал, когда только попал в этот мир. Тогда, в первые дни, сила Титана рвалась наружу, не умещалась в хрупком человеческом теле. Я учился её сдерживать. Запирать. Контролировать.
Сдерживал силой Титана силу Титана. Парадокс и снова работало.
Призвал энергию ядра в позвоночнике. Она откликнулась — тёплая, мощная волна. Направил её внутрь, обратно к источнику. Свернул в спираль. Сжал. Удерживай. Не давай разлиться по телу бесконтрольно.
Отключился от внешнего мира полностью, чтобы это лучше работало. Погрузился глубже в транс.
Прошли секунды. Минуты. Не знаю сколько.
Проверил расход энергии. Внутренним взором ощупал ядро, оценил запасы.
И… что? Да ладно?
Она не тратилась. Сила оставалась на прежнем уровне — те же два процента. Облегчение накрыло волной.
Это было бы фиаско — если я только получу то, что так жажду, и тут же потрачу на простое удержание в теле. Вся охота впустую. Но нет, сработало. Сила моя, и она никуда не денется.
Но вот кое-что пришлось всё-таки сделать.
Человеческая магическая структура не привыкла к такому объёму энергии Титана. Нужно адаптировать её. Постепенно. Аккуратно.
Начал прогонять магию по нервным окончаниям — тонкие струйки человеческой силы смешивались с энергией Титана. Медленно. Осторожно. Ощущение как прокладывать новые дороги в теле, расширять каналы, укреплять связи.
Фокусировал силу Титана в ядре, потом чуть выпускал в тело, давая мышцам и костям привыкнуть. Снова втягивал обратно. И опять.
Цикл за циклом.
Похоже, у меня только что добавилась ещё одна тренировка, которую придётся делать постоянно.
Спину садило — ядро в позвоночнике пульсировало активнее обычного, отзываясь на манипуляции. Всё тело горело изнутри — не болью, а жаром, словно в лихорадке. Пот выступил на лбу, потёк по вискам. Дыхание участилось.
— Володя! — толкнул меня в плечо Матросов, голос встревоженный. — Что с тобой? Ты весь красный и потный. Заболел?
Открыл глаза. Мир поплыл перед взглядом, краски слишком яркие. Повернул голову к Борису — движение далось с трудом, шея затекла.
— Не трогай, — выдавил из себя.
Снова закрыл глаза. Пришёл в себя на секунду и тут же снова отключился, нырнул обратно в транс. Не время отвлекаться. Процесс не завершён.
Боль примерно на пятёрку из десяти по человеческой градации — несмертельно, но неприятно. Мышцы ломило, суставы ныли, в голове стучало. Плевать!
Продолжал удерживать силу Титана, вплетать её в магическую структуру человеческого тела. Нервные окончания светились в моём внутреннем видении — сеть искр, протянувшаяся по всему организму.
Сколько я провозился — не отследил, но открыл глаза, когда машина резко затормозила и двигатель заглох.
Приехали.
Выдохнул. Медленно. Разжал пальцы — не заметил, что всё это время сжимал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Мышцы расслабились, тело обмякло.
Лучше. Намного лучше. Сила Титана больше не распирала изнутри. Тело приняло её, адаптировалось. Два процента стали частью меня, а не инородным элементом.
Глава 10
— Город, — Борис посмотрел на меня с беспокойством. — Саблинск. Ты точно в порядке? Может, в больницу?
— Всё нормально, — отмахнулся.
Огляделся в окно.
Город. Настоящий, не деревня и не военный корпус. Много кирпичных и каменных зданий — трёх-, четырёхэтажные, старой постройки, со следами времени на фасадах. Люди по тротуарам куда-то спешат. Машины везде: припаркованные, проезжающие. Жизнь кипит.
Непривычно после аномалий и корпуса.
— Что мы тут делаем? — спросил, выбираясь из машины.
— Тут живёт человек, что поможет тебе с тем, что ты хочешь, — ответил Матросов, захлопывая дверь. — С ядром активации стихии.
Кивнул. Последовал за ним. Мы пошли по улице, мимо витрин, мимо скамеек, мимо киоска с газетами.
