— Конечно, — первым сказал я. — Мы тебя отвезем.
— Спасибо, — Элла едва улыбнулась, но тут же обернулась, словно кто-то мог подслушать. — Мне только взять пальто и пару вещей…
— Я тоже возьму пальто, — выпалил Арчи.
— У тебя его нет. — Эд закатил глаза.
— Это… фигура речи, — пробурчал Арчи, краснея.
Пока Элла пошла за вещами, Арчи немедленно занялся стратегическим планированием своего обаяния:
— Мне стоит поправить волосы? Я вообще симпатичный? Ну, серьезно — может, я слишком бледный? У меня же вечно вид человека, которого только что вытащили из подвала… Надо было не пить три кружки кофе…
— Слишком поздно. Ты уже выпил и выглядишь как трясущаяся лань, — отозвался я, проверяя, все ли взял.
— Зато лань с характером и природным обаянием, — гордо заявил он и тут же получил лапкой по лицу от Тильды, которая вылезла из рюкзака и фыркнула.
— Ага, белка не одобряет, — заметил Эд. — Возможно, ревнует. И даже не смотри на меня так, экспресс-чистку не получишь!
— Эд, но ты же мой лучший друг! Вспомни, кто помог тебе в юности? А все те девушки, которые смотрели на тебя только благодаря моей улыбке?
— Вот после этого ты точно от меня помощи не дождешься… Белку свою успокой — а то она тебе сейчас все лицо раздерет.
— Да что вы понимаете в чувствах животного! — возмутился Арчи, оборачиваясь на Тильду и касаясь ее мордочки. — Тильдочка, милая, я просто вежлив с девушкой. Это не значит, что ты мне не дорога… Ну, в смысле… эм…
Он запутался. Белка демонстративно повернулась к нему спиной.
— Вы видели это лицо? Эти глаза? Я влюбился. Прямо сейчас. Навсегда, — расплылся в улыбке Арчи.
— Дай срок — до следующей остановки, — хмыкнул Эд. — Помнишь ту, с веснушками и короткой стрижкой?
— Это была химия! — возразил Арчи. — На уровне флюидов.
— Ага. А потом ты предложил ей сбежать на окраину и нарожать с тобой сотню детей…
— Идея была отличная, — надулся Арчи. — Просто она…
— …оказалась адекватной, — закатил глаза Эд.
Я молча усмехнулся, но краем глаза смотрел на трактир. На окна. Одно из них — на втором этаже — приоткрылось, и тонкий шевелящийся туман выбрался наружу, будто прислушивался. Элла вернулась с пальто и маленьким узелком буквально через минуту. Эд подхватил ее вещи, а Арчи приободряюще улыбнулся — с усилием, будто старался выглядеть обворожительно.
— Готова, — сказала она, кивая. — Машина далеко?
— Чуть дальше, в лесу. Дорога размылась, но справимся, — отозвался Эд, направляясь к выходу.
Шли молча. Земля под ногами была мягкой, размытой ночным дождем, и каждый шаг отзывался влажным чавканьем. Я старался не оглядываться. Элла шла быстро, будто боялась, что вот-вот ее позовут обратно — или что вернется то, от чего она бежит. Арчи, конечно, не мог упустить шанс заговорить.
— А… ты давно работаешь в трактире? — спросил он, тут же покосившись на Тильду.
— С полгода, — ответила Элла, не оборачиваясь. — Я раньше жила в Таверере, но устала от суеты, людей, города… и подвернулась работа здесь. Показалось… простым. Платят мало, но еда и крыша над головой. А главное — тишина.
— А, ну, еда — это важно, — кивнул Арчи. — Особенно когда ты… эээ… питаешься. Как и мы. Люди. Ну… питаемся.
Эд закашлялся, сдерживая смешок. Я едва не споткнулся. Элла бросила на Арчи легкий, почти жалостливый взгляд — словно он был раненым птенцом, которого непременно нужно пожалеть и накормить червячком. Я кое-как сумел сохранить серьезное лицо, но быстро отвернулся от этого жалкого зрелища.
— А ты всегда такой… эээ… обаятельный? — спросила она.
— Только при луне… и в определенные фазы Венеры, — пробормотал Арчи. — Вообще, я лучше, когда молчу.
— Это правда, — сказал я.
— Убедительно, — подытожил Эд.
— Поняла…
До машины мы добрались измазанные по колено в грязи. Я с трудом открыл дверь — замок заклинило. Арчи, не упустив шанс, галантно придержал ее для Эллы, старательно вытирая сапог о камень, чтобы не выглядеть болотным чудищем. Хотя это не сильно ему помогло.
Белка забралась на панель, зыркнула на Эллу и демонстративно улеглась, свесив хвост. Элла, заметив ее, улыбнулась:
— Это Тильда?
— Да, — мрачно подтвердил Арчи.
— Очаровательная. Она часто прибегала на кухню в «Костяном Зайце», лакомилась овощами и воровала орехи…
— Да, знаешь, типичная белка, любит орехи и красивых девушек, — Арчи в очередной раз поправил волосы. — Хотя, думаю к орехам у нее особая страсть…
— Джеймс, если это продолжится, высади меня прямо здесь, — шепнул Эд. — Говорит он, а стыдно мне…
Белка фыркнула.
— Тильда, скажи своему человеку, чтобы не позорился, — буркнул я.
Тильда вздохнула. Очень выразительно, по-беличьи.
Завестись удалось с третьей попытки. Двигатель закашлялся, вздохнул и с неохотой пошел вперед. Машина виляла на мокрой глине, как пьяный на льду, но все-таки выехала на основную дорогу. Мы все выдохнули, будто сбросили камень с души. Позади осталась гостиница, странные зеркала и тени.
— Не знаю, что бы я делала, если бы вы не уехали сегодня… — тихо сказала она. — Спасибо.
— Если что — мы еще можем тебя вернуть, — подмигнул Арчи.
— Арчи. — Эд кашлянул укоризненно.
— Ладно-ладно, — Арчи поднял руки. — Просто хотел добавить немного легкости. Мы же не можем быть все время мрачными героями.
— Мы и так — трое идиотов в поиске неприятностей, — сказал я. — Уравновешивать мрак глупыми шуточками — вот наша специализация.
Мы выехали на основную дорогу. Солнце поднялось выше, лес остался позади — и на душе стало чуть-чуть легче.
Только зеркало — или то, что было за ним — не отпускало мысли.
И хотя мы ехали прочь, у каждого из нас внутри жило ощущение: нас уже пометили. И кто-то ждет встречи.
Глава 6. О взрослении.
Стоило нам свернуть на главную дорогу, которая казалась чуть ровнее лесной тропки, как туман будто рассеялся. Я с удовольствием втянул прохладный воздух, замечая, как сквозь тучи начинает пробиваться солнце. Машина вынырнула из тени мрачного леса, словно из дурного сна. «Костяной заяц» остался позади, а вместе с ним — почти исчезло липкое чувство страха. Впереди только проселочная дорога, деревни и новые загадки.
Элла молчала, закутавшись в алый платок, словно в кокон. Сидела на заднем сиденье, уткнувшись лбом в запотевшее стекло, и казалась почти бездыханной. Только пальцы время от времени сжимали край сиденья — будто ей нужно было за что-то держаться, чтобы не провалиться обратно во тьму.
— Все хорошо? — тихо спросил Арчи, обернувшись через плечо.
Голос его прозвучал тише обычного. Она не ответила сразу. Потом едва заметно кивнула. Я наблюдал за ней в зеркало заднего вида, подмечая, как на лице понемногу разглаживаются морщинки, а в глазах загорается огонёк.
— Спасибо, — сказала она спустя пару минут. — Я… я бы не выбралась сама.
Я вел машину спокойно, размеренно. Я тоже не торопился нарушать тишину — пусть проветрится после всего, что пришлось пережить. Все-таки иногда просто необходимо помолчать, собираясь с мыслями.
— Куда ты теперь направляешься? — наконец спросил я.
