- Осаждали кролики, подкрадывался голодный облезлый лис и кружили козлодои. Я не вмешивался.
- Весна, - я села, завернувшись в плащ. – Природа не хочет зла. Ей слишком хорошо, а злыдням плохо. Они не любят света и красоты.
- Низкоорганизованные, - уточнил он. – Мне такие вещи никогда не мешали.
- Понятно. Ты не видел, тут нет случайно родничка или озерца? Умыться.
- Видел. Пойдём?
Я поднялась и, не снимая с плеч плащ, пошла следом за ним. Меня удивило, что он взял с собой посох Джексона. Подойдя к самому крутому склону холма, Кратегус, оценивающе посмотрел на Джексона и Лию, спавших неподалёку, а потом взглядом проследил расстояние от них до склона. Примерившись, он ударил посохом в склон, и из того места, куда воткнулось острие посоха забила вода. Я зачерпнула её ладонями и поднесла к лицу. Вода была ледяной и чистой, как хрусталь. Я попробовала её. Это была настоящая родниковая вода, вкусная, чуть сладковатая.
Я принялась умываться и пить. Это заняло у меня некоторое время, поскольку такой чудесной воды я не встречала давно, она освежала, и кожа от неё становилась упругой и в то же самое время мягкой и гладкой, как шёлк. Я подумала о том, что неплохо было бы сполоснуться этой водичкой целиком, когда меня отвлёк яростный вопль Джексона и последовавший за ним визг Лии. Они вскочили как ошпаренные. Вернее, наоборот. Я увидела, что ручеёк родниковой воды, пробежав по склону, начал скапливаться в лужицу как раз там, где спали Лия и Ларс. Они проснулись, поскольку их окатили ледяной водой, причём снизу.
Ругаясь и приплясывая на месте, Джексон принялся отряхиваться, как вдруг его взгляд упал на посох, до сих пор находившийся в руках демона. Взглянув на посох и родник, он всё понял и заорал:
- Собачий сын, как ты посмел взять мой посох!
- Я решил увековечить твоё имя в веках и создать озеро, которое назовут Озером мокрого друида, - спокойно и очень серьёзно ответил Кратегус.
- Ах ты, тупой баран! - завопил ещё громче Ларс, - Криворогий козёл, адская обезьяна…
Но Кратегус неожиданно развернул посох горизонтально, приподнял колено и занёс над ним посох, явно собираясь его сломать.
- Нет, - испуганно замахал руками Джексон. – Не ломай!
- Ладно, - кивнул Кратегус, - Обезьяну, барана и собачьего сына я тебе прощу, а вот за козла ты ответишь. С этой минуты любое твоё ругательство, относящееся ко мне, моим родственникам, предкам и потомкам будет камнем оборачиваться у тебя во рту. Отныне и до века!
Отчеканив последние слова, он бросил посох старику. Тот поймал его и зло пробормотал:
- Собачий сын…
И тут же икнул, его передёрнуло, глаза испуганно округлились, и он вытащил изо рта круглый серый камень размером с куриное яйцо.
- Действует, - определил демон и свистнул. – Пять минут на сборы и поехали. Если поедем так же быстро, как вчера, то, пожалуй, к ночи будем возле башни.
Его конь привёл наших рыжих. Уже садясь в седло, я увидела, как Джексон озадаченно разглядывает три камня, лежащих у него на ладонях. А в лощине уже серебрилось маленькое прозрачное озерцо.
Когда взошло солнце, мы были в пути. День был такой же радостный, как и вчера. Я любовалась зелёными холмами и бегущим по ним голубым львом с развивающейся синей гривой. Картина была настолько великолепной и сказочной, что я то и дело поворачивала голову, чтоб посмотреть на Эльвера, а он ещё успевал погнаться ради забавы за пробегающим мимо кроликом или вспугнуть какую-нибудь прячущуюся в траве птичку.
Полдня пролетели незаметно, солнце уже миновало зенит, когда мы остановились на краткий привал, чтоб дать коням передохнуть и пощипать травки. Джексон тоже нуждался в отдыхе. Он держался стойко и, вроде как, превратившись в друида, он стал крепче, но возраст всё-таки брал своё. Присев на траву, он мрачно уставился на свои руки.
- Вы устали, Ларс? – спросила я, присаживаясь рядом.
- Нет… - буркнул он, пошевелив бровями. – Зачем вы держите эту нечисть при себе?
- А куда я его дену? Он же не отстанет. К тому же так я могу контролировать его и при возможности направлять его энергию на мирные цели.
- Он вас обманывает.
- А я – его. Это жестокая игра, но пока страдаем от неё только мы.
- А потом? – он хмуро взглянул на меня.
- Скорее всего, потом она просто кончится. Но не спрашивайте меня чем, я вам не Веледа. Скажите лучше, что произошло с вами в Зеркале?
- Я родился, – нехотя ответил он. – Друид дал мне имя Даголит, что значит приверженный священному обряду, и сказал моим родителям, что в жизни я не должен хулить людей в ржавых доспехах, которые ездят на чёрных конях, иначе меня постигнет кара. Мальчиком меня отвели к друиду-отшельнику и он начал меня учить. Он рассказывал мне о светилах и их движении, о величине мира и земли, о свойствах камней и трав, о бессмертных богах. Он заставлял меня заучивать наизусть древние стихи и заклятья. Потом старик умер и меня взял в помощники другой друид, которого звали Владыка Вод. Он умел вызывать шторм на море и поворачивать вспять небольшие реки. Я учился у него. Потом он отправил меня с письмом к другому друиду, которого звали Серебряный Бык. Я остался у него и снова учился. Потом я стал Посвящённым и меня позвал вождь Верцингет. Я помогал ему выиграть войну. Он завоевал соседние земли, но ему было мало. Он хотел получить другие, но там правил король, который имел войско в сто раз больше. Верцингет велел собрать велетов и наслать на того короля заклятье. Мы составили заклятье и пошли на священный холм. Шесть велетов произнесли свои слова, а когда я произнёс часть заклятья, обращённую против короля, мы провалились сквозь землю, потому что боги не любят, когда их силу используют неправые против невинных. Мы были наказаны. Я скитался в глубинах и многое забыл. А потом встретил эту девчонку, - он мотнул головой в сторону Лии. – Она сидела в углу и ревела, а, увидев меня, набросилась на меня с бранью. Злая девчонка. Она сказала: чтоб выбраться, нужно бросить кости, но у неё только одна. А у меня нашлась другая. И мы бросили. Нас схватило и закружило, и я подумал, что эта гусыня что-то напутала и разозлился. А она решила, что напутал я.
- Дальше я видела, - кивнула я.
- Странно это… - проговорил он, глядя в голубую даль, парящую над холмами. – Проснуться от своей жизни и понять, что она была лишь сном. А твоя настоящая жизнь так не похожа на реальность. Я ещё не проснулся и, честно говоря, мне не хочется просыпаться.
- Верю, - пробормотала я.
Привал был недолог и скоро мы снова сели на коней. Прежде чем тронуться в путь, Джексон подъехал к демону и, обиженно глядя на него, спросил:
- Как снять заклятье?
- Никак, - покачал головой Кратегус. – Не снимается.
- Это не по правилам.
- Я демон. И играю без правил.
- Саб!.. – начал Джексон и заткнулся, зажав рот ладонями.
- Просто не ругайся, - посоветовал демон, отъезжая от него. – Считай, что это терапия от дурной привычки.
Кажется, Ларс всё-таки вытащил изо рта очередной булыжник.
67
Мы мчались весь день. Зелёные холмы постепенно сменились ковыльной степью. Это была седая равнина, кое-где в низинах попадались заросли кустарника, а на курганах стояли, глядя вдаль, каменные истуканы. Здесь было уже не так весело, но мы и не собирались задерживаться. Кратегус мчался впереди, задавая темп, и явно торопясь проделать большую часть пути до темноты.
Однако мы не успевали, красный закат окрасил полнеба позади нас. В его тревожном свете было что-то нехорошее, словно он пропитался свежей кровью, а потом начало быстро темнеть. Кратегус нехотя попридержал коня. Когда мы поравнялись с ним, он приподнялся в стременах, глядя вперёд.
- Мы уже близко, но что-то мне подсказывает, что они бродят где-то рядом, - похоже, он не очень доверял магическим способностям нашего друида. – Попробуем проскочить. Вы видите в темноте?
Лия сосредоточенно кивнула, Ларс тоже. Почему все вокруг меня видят в темноте и я одна – нет? Я вздохнула и полезла в сумку за линзами. Когда я налепила их на зрачки, темнота не то, чтобы отступила, а как-то засветилась изнутри. И без того унылый пейзаж стал каким-то призрачным.
