"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений

- Едем, - кивнул демон. – Не шуметь, не разговаривать, сбруей не звенеть. Может, нам повезёт.

Мы двинулись в дальнейший путь. Я держалась возле Кратегуса, который постоянно прислушивался и принюхивался. Ночь быстро опустилась на степь, и затопившая её тишина подхватывала и разносила далеко вокруг каждый звук. Демон недовольно покачал головой.

- Надо было обмотать тряпками копыта лошадей, - едва слышно прошептал он.

Его зверюга ступала совершенно бесшумно, так же как Эльвер, который крался в ковыле неподалёку, только его глаза таинственно сверкали из темноты.

Довольно долго мы ехали так по ночной беззвучной степи, и я уже начала надеяться, что мы проскочим. Однако когда мы поднялись на очередной холм и поравнялись с очередным каменным идолом, снизу из низины послышались крики, и я увидела ватагу здоровенных воинов в клетчатых накидках и шлемах. Они были как раз такие, как их описывал Кратегус. Должно быть, они шлялись по всей степи, ища лёгкой и не очень лёгкой добычи. И вид у них был весьма воинственный. И, как назло, именно в этот момент над горизонтом взошла полная луна. Я не видела её в прошлые ночи, потому что рано засыпала. Оказывается сейчас полнолуние.

- Чёрт… - пробормотал Кратегус, и в этом я была с ним вполне согласна. – До башни не больше мили. Но ехать нужно как раз туда, - он махнул рукой в сторону, где скопились всадники.

А они быстро сообразили, в чём дело, и с бодрыми криками помчались в нашу сторону. Некоторые из них натягивали на скаку луки. Мгновение и стрелы засвистят в опасной близости от нас, в лучшем случае. А в худшем мы станем похожими на подушечки для портновских булавок.

Но тут раздался голос Джексона, который, подняв над головой посох, выехал навстречу всадникам и что-то заговорил на незнакомом мне языке. Всадники слегка сбили строй и даже опасливо приостановились. Они видимо знали, что такие старички бывают далеко небезвредны. Джексон допел своё заклинание до конца, закончив каким-то угрожающим возгласом, от которого всадники испуганно попятились вместе с конями.

Мимо нас повеял ветер, который спустился вниз. Накидки и конские хвосты на шлемах затрепетали, но больше ничего не произошло.

- Если чуть посильнее, то, может быть, их продует, и они подхватят насморк, - прокомментировал демон.

Ларс что-то пробурчал и вытащил изо рта камень.

- В крайнем случае, мы можем закидать их булыжниками, - добавил демон и поднял руку: - Давайте я, пока они не очухались.

- Нет! – возразила я. – Знаю я твои штучки. Ларс сосредоточится и попробует ещё раз.

- У нас нет времени!

Всадники тем временем быстро пришли в себя и, пришпорив коней, выпустили в нас первую порцию стрел.

- Хааа! – завопил Джексон и махнул посохом.

Все стрелы вонзились в склон холма у наших ног, а он снова затянул какое-то заклинание. Но всадники не очень этим обеспокоились. Они неслись на нас со скоростью ветра.

- Бежим! – крикнул Ларс и, резко развернув коня, помчался в сторону.

Это было мудро, и я решительно последовала его примеру, не слишком, впрочем, надеясь на скорость наших усталых коней. И тут что-то произошло. Всадники во весь опор промчались мимо нас, а потом вдруг подняли страшный шум, хватались за мечи и, крутясь на месте, размахивали ими, словно отбиваясь от приведений. Парочка тут же была повержена своими же соплеменниками.

- Что это? – закричал на скаку Джексон. Голос его был радостным. – Я хотел вздыбить под их ногами землю, а они набросились друг на друга.

- Ори громче, старый идиот! – раздосадовано проворчал демон. – Это приступ куриной слепоты. У них нарушена светочувствительность, и они ничего не видят в потёмках, зато прекрасно слышат!

И действительно, услышав голос Джексона, они моментально развернули коней и помчались за нами. Мы были на пути к нашей цели, но за нами гнался отряд злющих дикарей с головами врагов у сёдел. Я не хотела, чтоб моя голова присоединилась к тем, что у них уже были. Однако мы не успели уйти в такой уж большой отрыв и дистанция между нами и нашими преследователями постоянно сокращалась. Они пытались стрелять из луков на звук, но пока безуспешно. Зато их крики становились всё ближе и всё свирепей.

Кратегус скакал рядом с нами. Он мог бы умчаться далеко вперёд, он мог бы взмыть в небо, расправив серые крылья, он мог одной мыслью повергнуть врагов на землю, но он просто скакал рядом с нами, озабоченно оглядываясь назад.

Всадники были уже очень близко и, казалось, что вот-вот нам придётся вступить в бой. Я уже готова была отстегнуть от пояса меч и развернуть коня, когда вмешался Эльвер. С оглушительным рычанием, полным гнева и ярости, он бросился на всадников с фланга. Их кони испугано заметались в стороны, и мы снова ушли в отрыв. Обернувшись на скаку, я видела, как Эльвер носится между всадниками, то и дело, наскакивая на коней, отчего они падали на землю вместе с седоками, попадая под копыта других перепуганных животных. Но наездники, в отличие от своих коней, не испугались. С громкими криками они махали мечами, стараясь попасть по рычащему зверю, или стреляли в него из луков, но пока не попадали.

Мы тем временем взлетели на холм и в свете луны на вершине соседнего увидели высокий конус древней башни, сложенной из больших валунов.

- Вон она! – закричал Кратегус. – Я сейчас!

И с криком «Иди сюда, глупая кошка!» помчался назад. В одно мгновение мы проскочили лощину между холмами и взлетели к башне. Она была высокой и массивной, этакий маленький неприступный замок. Мы обогнули башню вокруг, но двери не было. Вернувшись назад, мы увидели, как по лощине мчится, не касаясь земли, чёрный скакун с демоном в седле, а рядом несётся масунт. За ним с гиканьем скакали разъярённые всадники.

- Где дверь? – закричала я, и вдруг вспомнила, что, когда через подвал спускалась в башню, никакой двери там не было.

- Здесь, - донесся до меня спокойный голос, и я, повинуясь ему, обернулась и увидела распахнутые ворота, куда мог въехать всадник. Именно на коне я туда и въехала. За мной поспешно проскочили Лия и Джексон, потом влетел Эльвер и, наконец, спокойно и с достоинством вошёл чёрный конь Кратегуса. Прямо за ним, не более чем в метре нёсся передовой всадник, но сразу за хвостом чёрного коня и перед носом коня нашего преследователя возникла стена из огромных валунов. Наверно, он здорово врезался, этот парень с рогами на шлеме.

Кратегус красиво взмахнул рукой и изящно спрыгнул с коня. На стенах вспыхнули факелы. Через окна башни слышались крики и ржание лошадей. Башня была пуста, никаких алхимических приборов, мебели и прочих предметов. Только лестница, которая, извиваясь вдоль стены, вела наверх, к чёрным закопченным стропилам.

Я слезла с коня. Наши кони теснились в узком пространстве башни и нервно всхрапывали, наверно, из-за близости Эльвера. Он поднялся на задние лапы и принял человеческий облик. Вид у него был возбуждённый и счастливый. Похоже, схватка с всадниками ему понравилась. Лия и Джексон тоже спешились и с сомнением озирались по сторонам.

- Что дальше? – нерешительно спросила Лия.

- Наверх, - проговорил демон и указал ей на лестницу.

Она настороженно смотрела на тёмные ступеньки. Но меня не нужно было приглашать. Мне хотелось принять душ. Поэтому я быстро взбежала наверх, замечая, как отдаляются и стихают крики диких всадников. Наверху была дверь подвала. Я взялась за ручку, задержалась на мгновение, набрала в грудь воздуха и толкнула дверь.

Она открылась. Впереди была темнота, из которой послышалось возбуждённое мяуканье.

- Иеремия! – выдохнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, и нащупала на стене выключатель. Свет вспыхнул. Я стояла на пороге своей кухни, и о мои ноги тёрся счастливый и упитанный чёрный кот.

68

Я не стала принимать душ. Я приняла ванну. Они зря пытались заинтересовать меня тем, что творится в городе, и повергнуть в изумление сообщением, что работают телефон и телевизор. Меня этим не удивишь, я видала штуки и покруче. Даже если разразилась война и мир гибнет, я не смогу его спасти, но я ещё успею исполнить свою заветную мечту. С утробным урчанием я залезла в тёплую ароматную пенистую ванну. Я пела, намыливаясь, и мурлыкала, сдувая пену с ладоней. Она порхала надо мной лёгкими облачками, искрясь в свете люминесцентных светильников. Я была счастлива. Счастливее, чем во сне, потому что я становилась чистой и благоухающей, а, значит, свободной и непобедимой. Так я это ощущала.