- А дверь закрыта была?
- Открыта. Но это и не удивительно - утро уж было. Обычно на ночь девушки мои запирают на засов, а булки всякие через окошко отпускают. Стражники же каждую ночь к нам заглядывают за перекусом. Так может, это стражник и был какой, а?
- А Элиса магом была?
- Небольшим совсем. Огневиком. Ничего не умела, только огонь в печи разжечь, но и то хорошо. Я ей за это доплачивал. Оттого она на ночь чаще других и оставалась, что можно было крем ореховый в печь поставить и совсем на слабом огне держать. Тогда он нежный получался, такой гладкий. Эх, жалко девчонку, как же жалко!
Карл кивнул, протирая витрину ладонью. Дождь закончился. Во дворец? Поздно уже. Спит его величество. К нему лучше вечером. Домой тоже не хочется, там пусто и пыльно.
- А положите мне, уважаемый, самых лучших пирожных, - попросил он. - И ваших известных пирожков с яблоками тоже.
Андрэ, вроде бы, любит пирожки. Или нет? Ну что-то же должен любить шестилетний парнишка? Сладкое все дети любят!
Полчаса быстрого шага по лужам, промокшие ботинки, мучительные сомнения... и вот он уже стоит у небольшого домика с белыми деревянными ставнями, замечая, что яблоня совсем исчахла - надо бы срубить ее, пока не упала, и качели висят криво, а у лавочки перекладина сломана. Нет здесь мужика. Это и радовало, и печалило. Постучался в двери. Хотя дом принадлежал ему, право сюда входить, как хозяин, он потерял давно.
Дверь открыла молодая рыжеволосая женщина с живыми черными глазами. Она серьезно поглядела на растерявшегося вдруг мужчину и молча сделала шаг назад, пропуская его в дом.
- Папа! - раздался восторженный вопль, и в живот Карлу с силой влетел рыжий вихрь. -Папа пришел!
- Привет, Андрэ, - засмеялся мужчина, прижимая к себе мальчика. - Ты все растешь и растешь, скоро меня догонишь! Я тебе пирожных принес!
- Папа, а у меня качели сломались!
- Я видел, я посмотрю. Давай чай пить!
Когда Жаклин Рюссоле принесла в гостиную поднос с чайником и чашками, Карл уже крепко спал на диване. Женщина грустно улыбнулась, уложила его поудобнее, сняла с мужа ботинки (мокрые насквозь, что за человек! Так и простудиться недолго!) и укрыла одеялом. Как всегда. Погладила украдкой по непокорным кудрям и прошептала опечаленному сыну, что папа устал на работе, а чай можно попить и в кухне. Зато им пирожных больше достанется.
Глава 14. Подозрения
Карл проснулся ближе к вечеру, что было для него совершенно невероятно. Обычно он спал урывками, то и дело просыпаясь, или вовсе просто дремал, проваливаясь в серую муть, а чтобы так спокойно - и не помнил, когда. От запаха капустного супа закружилась голова и заурчало в животе.
- Выспался? - насмешливо спросила Жаклин. - Иди обедать, засоня. Андрэ без тебя суп есть отказывается.
Карл задумчиво поглядел на свои ноги - из дырок в носках выглядывали большие пальцы ног. Стыдно. С его жалованьем он мог бы каждый день себе новые носки покупать, но зачем? Кто видит его ноги? Теперь было неловко. А где, кстати, его ботинки?
Рыжеволосая женщина, едва сдерживая улыбку, достала из комода пару носков - женских, розовых в полоску и вручила растерянному супругу. Чертыхаясь, он натянул это непотребство на ноги, а дырявое нечто, бывшее некогда носками, Жаклин отобрала и сразу же сожгла.
Когда-то Карл с женой ссорился из-за каждой мелочи. Три года назад она бы разоралась из-за его неряшливости, а он ни за что не надел бы женскую вещь, да еще упрекнул бы ее в том, что она плохая хозяйка - раз вовремя носки не штопает. Сейчас же делить им было нечего, и они только переглянулись смущенно.
Теперь же Карл с явным удовольствием поглощал прежде ненавидимый капустный суп, переглядываясь с сыном, а потом разыскал в кладовке ящик с инструментами и починил эту бесову качель. Он бы и яблоню срубил, да некогда уже было. Скоро стемнеет - самое время спешить к королю. У него был к его величеству разговор, который откладывать совсем не следовало.
- А ты когда в следующий раз придешь? - повис на нем сын, жалобно заглядывая в лицо.
- Не знаю, - честно сказал Рюссоле. - А когда нужно? У меня сейчас очень много работы. Но я обещаю, что забегу.
- И спать не будешь?
- Андрэ, - мягко окликнула мальчика мать. - У папы очень важная работа. Он ловит преступников. Помнишь нашу соседку Мелу? Ее убили, ты плакал... а твой папа нашел злого человека и арестовал его.
Карл кивнул. Он и не догадывался, что его сын знал убитую девочку.
- Жаклин, - тихо сказал он жене. - Будь очень осторожна. Сейчас нехорошие дела происходят. Прошу, незнакомцев в дом не пускай. И сестре своей скажи. Убивают молодых женщин. соблазняют и убивают. Пожалуйста, будь осторожна.
- Но я здесь одна, - испуганно сказала женщина. - Только я и Андрэ. Может быть, ты. поживешь у нас некоторое время? Если так опасно.
- Я подумаю, - кивнул Карл. - Это очень хорошая мысль. А сейчас мне, правда, пора, у меня аудиенция у его величества.
- Что это? - с недоумением спросил Маркус, глядя на список, который Карл положил перед ним. - Косой переулок, 12, девица Маргрет Уллис; улица Плотников, 41, вдова Эльвира Герзе... кто эти женщины?
- Это я у тебя хочу спросить, Маркус, - хмуро посмотрел на него друг. - Знаешь хоть кого-нибудь из списка?
Маркус внимательно проглядел все имена и радостно ткнул пальцем в одно из них:
- О, улица генерала Вальгера, дом 2. Это кондитерская! Там такие пирожки с яблоками, пальчики оближешь! Я туда раньше любил заглянуть. Да, там еще девушка такая рыженькая работает, с веснушками. Элиса, вот. Да здесь так и написано: Элиса Меллер.
- И давно ты в булочной был?
- Ну... - Маркус честно попытался вспомнить. - До коронации точно. А то и до свадьбы. Нет, заглядывал, когда уже женился. Ивви, кстати, пирожных купил. А в чем дело?
- Дело в том, Маркус, что все эти женщины мертвы. И все одинаково - у них выпиты жизненные силы после свидания с любовником.
Некромант застыл, а потом так холодно, как умел, поглядел на главного дознавателя.
- Это официальное обвинение? - тихо спросил он.
- Не смеши меня, - фыркнул Карл. - Ты король. Какое тебе еще обвинение? Никто и никогда...
- Ты не увливай от ответа, - Маркус исподлобья смотрел на того, кого считал единственным другом. - Ты и в самом деле так считаешь?
- Посмотри на ситуацию с моей точки зрения. Ты - единственный некромант в столице. Ты женат и сверкаешь как медный чайник. Как? Как это возможно? Я ведь знаю всё о твоих особенностях.
- Я понял, - некромант побледнел. - Но для чего ты пришел ко мне со всем этим?
- Потому что ты мой друг, Маркус. Я прошу тебя, ответь: ты причастен к этим смертям? Тебе нужна помощь?
- А если я скажу, что да? - откинулся на спинку стула некромант, скрещивая руки на груди и надменно глядя на дознавателя. - Что тогда?
- Тогда я посоветую тебе забрать супругу и уехать прочь из страны, пока об этом не узнал кто-то другой.
- Это не я, Карл, - вздохнул Маркус. - Я не могу никак доказать свои слова, но это не я. Хотя знаешь... - он взял в руки список и усмехнулся. - Косой переулок 12 - там отличная лавка с травами. И да, в лавке работала такая... чернявая. С сиськами. Может, и Маргрет. Дальше. Плотников 41, не там ли книжная лавка? Припоминаю, я заглядывал туда. Книги покупал. Там знаешь, интересные продают.
- Романы? - ухмыльнулся дознаватель. - Неприличные. Типа "Сломанного цветка", да? Ты что, читаешь такое?
- Конечно, нет! - возмущается Маркус. - Я что, похож на читателя подобных опусов?
- А я купил, - признается Карл, барабаня пальцами по столу. - А кто мог знать, куда ты ходишь?
- Да кто угодно. Я не скрываюсь. Даже к тебе в участок хожу по улице, а не тайными ходами.
- Я так и думал. А ты, случайно, не знаешь, как найти некроманта, если он прячется? И, может, есть какие-то яды, которые создают подобный эффект?
