Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

Бодрас знал эти голоса. Он уже слышал их раньше, на Восточной Границе.

Теперь он понял, почему астероид лежит прямо у торгового пути между Импексом V и Кастеллаксом.

— Все по местам! — проревел Бодрас, врываясь на мостик и разбивая кулаком стеклянный корпус сигнала тревоги. Завыли клаксоны, а с потолка вспыхнули яркие малиновые огни.

— Всем орудийным командам, — прорычал Бодрас, обращаясь к своим офицерам. — Навести все батареи на этот астероид! Торпеды наготове! Я…

— Капитан, мы фиксируем тридцать… нет… сорок энергетических залпов с поверхности астероида, — крикнул один из офицеров. — Капитан, он стреляет по нам!

Бодрас поднял кувшин с каффом и сделал быстрый глоток. Они опоздали. Враг успел сделать первый залп. Теперь оставалось только надеяться, что их пустотные щиты выдержат этот шквал.

Ведь то, что находилось снаружи, скрываясь за космической трассой, уже не было астероидом. Он был выдолблен и превращен в космическую крепость самым кровожадным видом в галактике.

Орками.

Глава II

День I минус четырнадцать

Он появился из пустоты, огромная тьма, затмившая звезды. Левиафан из космоса, чудовище, которое металось между мирами, как мстительный дьявол. Он родился в котле разгневанного космоса — глыба камня и металла диаметром семьдесят килограммов, молодая планета, которая так и не нашла своего места и была выброшена в пустоту между галактиками.

Там, во тьме, дикие разумные существа нашли её, спустились на эту заброшенную почти планету и с помощью своих варварских технологий дали ей цель, место в космосе. Место ужаса, хаоса и разрушения.

Стервятник был похож на муху, жужжащую над крыльями ястреба, настолько огромным было расстояние между патрульным кораблем и каменюкой. Она была достаточно велика, чтобы иметь собственное гравитационное притяжение, медленно притягивая корабль к себе, позволяя перепуганной команде все отчетливее видеть своего огромного противника.

Каменюка была вся в ямах и шрамах, изрезанная ударами мелких астероидов о её поверхность и изрытая грубыми раскопками орков. С поверхности астероида выступали башни и бункеры, в стенах каньонов зияли ангары, с зубчатых гор громыхали орудийные установки. Циклопические двигатели, выхлопные трубы которых достигали сотни метров в ширину, выступали из боков каменюки, извергая потоки атомного пламени, а орки внутри астероида пытались направить его траекторию, чтобы хоть как-то контролировать стихийную силу, которую они пытались поработить.

Это были тщетные усилия. Лучшее, чего смогли добиться орки, — это заставить свой импровизированный транспорт вращаться, крутиться вокруг своей оси, пока он мчался сквозь пустоту. Однако для ксеносов этого было достаточно, чтобы скорректировать положение своих самых тяжелых орудий и направить их против тех жертв, которым не повезло столкнуться с ними.

Экипаж Стервятника был почти настигнут астероидом, прежде чем осознал всю свою опасность. Непонятные орудия и ракетные батареи, которыми орки оснастили полый астероид, открыли дикий огонь на поражение. Целая армада инопланетных кораблей вырвалась из ангаров в каньонах и из пусковых кратеров, усеявших поверхность. Каменюка предоставила убежище ветхой флотилии небольших кораблей орков — уродливой массы металлолома, каким-то образом умудрявшейся быть пригодной для полетов. То, чего кораблям орков не хватало в изяществе, они компенсировали огневой мощью. Некоторые из орудий, которыми они могли похвастаться, были настолько массивными, что корабли, на которых они находились, распадались на части в момент выстрела.

Пустотные щиты фрегата не выдерживали такого испытания. Все больше и больше инопланетных снарядов проникало внутрь, разрывая корабль Бодраса на части.

Стервятник накренился, когда в него врезался очередной снаряд. Искусственная гравитация корабля пыталась компенсировать крен судна, создавая дикую путаницу сил на мостике. Бодрас наблюдал, как один из его телохранителей устремился вперёд, а затем его схватил и потащил за собой неисправный гаситель инерции. Кричащий человек врезался в стену, словно выпущенный из торпедного аппарата, его грудная клетка развалилась, когда демпфер попытался протащить его тело сквозь переборку.

Капитан ещё раз отхлебнул из своего кувшина и вздрогнул. Раздавлен, как жук, — не самый приятный способ умереть.

— Доложить о повреждениях, — прорычал он окровавленным людям в командной рубке. Между перегруженными цепями, сбитыми механизмами и обломками корабельной инфраструктуры ни один человек в яме не избежал тех или иных травм. Мертвых бесцеремонно сбрасывали на дорожку, где их хватал гаситель инерции. От самых тяжелых раненых избавлялись таким же образом, пока Бодрас не приказал прекратить эту практику. Даже если они мешали, к раненым следовало проявлять внимание. Иначе это плохо сказывалось на моральном духе.

Лейтенант Коллорус изучил один из мерцающих экранов и вернулся к командному трону.

— Пробоина в корпусе на корме, в результате чего три палубы находятся в вакууме. Гравитационные генераторы не могут компенсировать это, поэтому мы колеблемся между семью и десятью градусами. Батареи «Альфа» и «Бета» уничтожены прямыми попаданиями. Батарея «Гамма» все ещё ведет огонь, но мы потеряли связь с артиллерийской командой.

— Пошлите гонцов, — огрызнулся Бодрас. — Нам нужно сохранить контроль над огнём. Единственный способ выжить — это сконцентрировать огонь!

Даже отдавая приказ, Бодрас сомневался, будет ли от этого толк.

— Только одна макропушка ещё работает, — доложил офицер с раной на лбу, и его терминал выплюнул в него сноп искр. — Вокс-связь потеряна на всех нижних палубах!

Бодрас застонал. Это были те мерзкие ракеты, которые выпустила по ним Каменюка. В тот момент, когда они попали в цель, экипаж вздохнул с облегчением, решив, что это пустышки. Затем начались электронные импульсы, постепенно увеличивающиеся в объеме и интенсивности. Каким-то образом ракеты одновременно поглощали и излучали энергию. Эффект был похож на взрыв огромной гранаты, которая вывела из строя механизмы вблизи места падения и полностью оборвала линии связи, проходящие через эту часть корабля.

— Возгорания на кухнях, в казармах и на офицерской палубе! — крикнул другой офицер.

— Вызовите туда группу пожарной команды, — приказал Бодрас. Если пожар в этой части фрегата не будет ликвидирован, корабль будет фактически разрезан на две части.

— Команда, назначенная на этот участок, погибла из-за пробоины в корпусе, — доложил лейтенант Коллорус. — Сейчас мы пытаемся перенаправить туда другую команду.

— Не пытайтесь, а перенаправляйте! — прорычал Бодрас. Он уставился на обзорный экран рядом с собой. Астероид медленно приближался к фрегату, поворачиваясь, чтобы навести на Стервятник неприлично огромную пушку, установленную на его поверхности. Некоторые из мелких кораблей орков разбегались, напуганные приближением своего громадного товарища. Другие же, слишком потерянные в своём бездумном стремлении к разрушению, продолжали носиться вокруг фрегата.

— Ещё больше пробоин в корпусе на палубах с девятнадцатой по двадцать четвертую!

— Управление огнём повреждено! Не могу поднять управление огнём!

— Последняя макропушка замолчала!

— Дельта-батарея сообщает о перегреве двух плазменных батарей!

Бодрас перевернул кувшин вверх дном, сливая последние капли со дна. Он отбросил пустой сосуд в сторону, наблюдая, как гаситель инерции подхватил его и разбил о переборку.

— Доложите на Кастеллакс, — холодно произнёс капитан, наблюдая, как каменюка поворачивается на месте. — Передайте им, что мы задержали орков настолько, насколько смогли.

Бодрас наблюдал, как в пасти огромной пушки разгорается яркое свечение.

— Передайте нашим грозным хозяевам, чтобы ожидали гостей, — проворчал Бодрас. Он опустил взгляд на свой элегантный пиджак. Было очень жаль, что столь изысканная одежда будет испорчена.