Осада Кастеллакса (ЛП) - Вернер К. Л.

Алгол гневно смотрел на них, оптика его черепоподобного шлема, казалось, тлела от ярости.

— Какая Плоть здесь командует? — потребовал Железный Воин.

Заметно побледнев, с дрожью в шаге, которой не было даже в разгар боя, майор Куантай выступил вперёд и поклонился бронированному гиганту.

— Майор Куантай, полк 4/5 Розикрейских Тигров…

Алгол преодолел расстояние между ними одним шагом, его плащ из человеческой кожи хлестнул на ветру. Железный Воин на мгновение замер, словно прислушиваясь к звукам битвы, бушующей в других частях города, затем его внимание вернулось к дрожащему человеку перед ним.

— Потери: сто пятьдесят четыре, — прорычал Железный Воин. — Убито ксеносов: семьдесят пять. — Алгол поднял руку, когти его перчатки указали в лицо Куантаю. — Это сражение длилось сорок две минуты. — Заявление завершилось презрительным хмыканьем. — Один Железный Воин справился бы за три.

Куантай снова поклонился.

— Простите, лорд-капитан, — взмолился он. — Я исправлюсь.

— Это сделает твой преемник, — прошипел Алгол. Его бронированная рука обрушилась вниз, пробив спину склонившегося офицера. Куантай закричал, когда стальные пальцы вонзились в его плоть и вырвали несколько сантиметров позвоночника.

— Похоже, у тебя всё-таки был хребет, — сплюнул Алгол, бросив окровавленный трофей на дрожащее тело Куантая. Железный Воин вытер кровь с его плаща, затем повернулся к остальным офицерам. — Один из вас теперь майор, — объявил он.

Космодесантник повернулся, начал уходить, но остановился.

— Оставьте это для утилизации, — сказал он, указывая на тело Куантая. — И помните, чего от вас ждут.

Шлем в форме черепа гневно уставился на потрясённых янычар.

— Глаза Легиона повсюду, — предупредил он. — Если вы слабы, мы узнаем. На поле боя нет места слабости. Помните это.

Шкуродёр взмахнул плащом и зашагал прочь, наслаждаясь запахом ужаса. Пусть боятся, подумал он. Страх — семя послушания. Если оно не приживётся, всегда найдётся место для нового лица на одеянии Алгола.

Юйцзянь пошевелил плечами — единственное движение, которое позволяли тесные стены ямы, чтобы размять затёкшее тело. Его сосед по заключению, крепкий сварщик по имени Шенлау, бросил на него злобный взгляд, когда его рука задела грудь мужчины.

— Хватит, — выругался Шенлау. — И так мало места. — Он хлопнул мозолистой ладонью по прикладу лазгана. — Хочешь испортить мне прицел?

Юйцзянь встретил сердитый взгляд товарища.

— Во что ты собрался стрелять отсюда? — потребовал он ответа. Несмотря на гром артиллерии и лазерный энергоблок, брошенный янычаром в яму несколько часов назад, ему казалось немыслимым, что что-то может прорвать периметр Вораго, не говоря уже о том, чтобы добраться до огнеупора.

Короткими, шаркающими толчками Шенлау отодвинулся от узкой щели в стене ямы. Протянув лазган, он жестом предложил Юйцзяню взглянуть самому.

Огнеупор возвышался над соседними зданиями, открывая панорамный вид на Вораго, прерываемый лишь ещё более высокими зенитными башнями. Юйцзянь видел весь район внизу, улицы, прорезающие лабиринт фабрик и перерабатывающих заводов. Впервые он столкнулся с безумной планировкой города. Улицы, дороги и даже железные пути извивались вокруг зданий, редко позволяя себе больше нескольких кварталов прямых участков, прежде чем возобновить свои извилистые привычки. С высоты это выглядело как запутанный лабиринт. Не требовалось много воображения, чтобы представить, каково это — оказаться в этих улицах.

Яркая вспышка взрыва привлекла взгляд Юйцзяня к огромной стене периметра. Он видел орочьи штурмовики, похожие на гигантских металлических мух, гудящих вокруг парапетов, обрушивающих убийственный огонь на защитников. Чужацкие воины, высаживающиеся из зависших машин, бесчинствовали на стене, убивая любого человека, попавшегося на пути. Это была сцена, одновременно завораживающая и ужасающая. Но вскоре её затмило ещё более потрясающее зрелище.

Город содрогнулся от мощного взрыва, даже стены ямы осыпались феррокритовой пылью, когда дрожь прокатилась по огнеупору. Грохот, словно треск планеты, разнёсся по воздуху. Юйцзянь почувствовал, как потные пальцы Шенлау вцепились в него.

— Что это? — взмолился мужчина. — Что происходит? Что ты видишь?

Юйцзянь заколебался, гадая, как словами описать хаос разрушений, свидетелем которого он только что стал. Целый участок стены периметра взлетел на воздух, вырванный из земли, словно гигантской рукой, и разбросанный по ландшафту. Сила взрыва сровняла с землёй ближайшие здания и повалила далёкие дымовые трубы. На месте участка теперь была лишь густая пелена дыма и чёрный кратер, испещрённый редкими феррокритовыми блоками и искорёженными титановыми балками.

— Стена… Орки взорвали стену… — выдавил Юйцзянь. Он прижался ближе к щели, пытаясь заставить глаза проникнуть сквозь дым. Возможно, это было его воображение, но ему показалось, что он видит движущиеся фигуры. Неужели кто-то выжил после взрыва? Это казалось невозможным.

Следующее мгновение разрушило наивную мысль, что что-то человеческое могло уцелеть при прорыве стены. Фигуры, двигавшиеся в дыму, были орками, их приземистые, обезьяноподобные силуэты ясно различимы даже с такого расстояния. Сначала небольшими группами, но затем в возрастающем числе, чужаки хлынули через разрушения, их дикие мозги не выказывали ни малейшего колебания, ни страха перед местом недавнего катаклизма.

Ручей воинов-ксеносов вскоре превратился в поток, число которых Юйцзянь не мог сосчитать. Ревя и стреляя, орки бросились в извилистые улицы, жаждущие найти, что можно убить.

Лишь когда они углубились в лабиринт, орки обнаружили ловушку, в которую так безрассудно ринулись. С высоты огнеупора Юйцзянь наблюдал, как скрытые оборонительные системы района вступили в действие. Автоматические ловушки, спрятанные в каждой фабрике, канализации и мастерской, использующие опасности производственных и перерабатывающих центров Вораго. Башни регенерации обрушивали потоки расплавленного шлака на головы наступающих орков. Токсичные пары вырывались из воздухоочистителей, встроенных в стены фабрик. Сырые промышленные отходы хлынули на улицы, изливаясь из канализационных линий и сточных канав. Целые здания содрогались и рушились, подорванные зарядами, заложенными у их оснований, обломки хоронили целые толпы орков и перекрывали пути тем, кто шёл следом.

Наблюдая, как одна ловушка за другой срабатывает против орков, Юйцзянь пришёл к тошнотворной мысли. Железные Воины планировали это. Эти ловушки были встроены, когда здания только возводились. С самого начала они готовились к тому, что враг атакует Вораго, прорвёт периметр и попадёт в смертоносный лабиринт внутри. Более того, возможно, космодесантники даже заманили орду ксеносов в лабиринт, как крысолов, расставляющий приманки. Был ли это невероятно точный орочий обстрел, разрушивший стену периметра, или безжалостная махинация самих Железных Воинов?

— Дай посмотреть! — потребовал Шенлау, схватив Юйцзяня за плечо. — Дай посмотреть, — повторил он низким рыком, когда раб не шевельнулся. — У меня оружие, — прошипел он. — Моё место у окна!

Юйцзянь повернул голову и гневно посмотрел на другого мужчину.

— Что ты сделаешь? Застрелишь меня?

Шенлау холодно улыбнулся.

— Если бы я думал, что команда утилизации вытащит тебя отсюда, пока ты не начал вонять, я бы задумался. — Его палец напрягся на спусковом крючке, глаза были словно льдинки. — И всё ещё могу.

— Давай, — сказал Юйцзянь, бросая вызов блефу другого раба. Он ткнул большим пальцем в щель за спиной. — Судя по тому, что я вижу, мы оба скоро будем мертвы.

Глаза Шенлау расширились.

— Орки побеждают? — воскликнул он.

Юйцзянь покачал головой, неловко отодвигаясь от окна.

— Орки или Железные Воины — без разницы, — сказал он. — В любом случае, кто бы ни победил, мы проиграем.

— Орки заглотили приманку. Они хлынули в пролом в Омикрон-Сигма. По данным, переданным Стальной Кровью Ориакса, мы можем рассчитывать на уничтожение свыше пятидесяти тысяч этой мерзости.