- У тебя удивительный склад ума, - задумчиво произнесла Катарина.
- Меня натаскивали на быстрые решения, - пожала плечами Мадди. - Иногда нужно что-то выбрать за несколько секунд. Когда времени на размышления нет... Решения становятся очень оригинальными.
Вскрыв письмо, Мадди вздохнула:
- Ну кому охота целый день смотреть эти унылые танцы?
- Мой танец унылым не будет, - хмыкнула Катарина. - Я вот даже затрудняюсь предугадать, в какой момент я упаду. Сразу или спустя три вращения.
За время проведения Отборов сложилась определенная традиция. Одиночный танец невесты - девушка кружится под медленную музыку, олицетворяя собой бабочку, запутавшуюся в потоке ветра. Что подразумевает под собой пышное платье, множество лент и довольно сложные движения как руками, так и ногами.
- Ты хотя бы хромая, - фыркнула Мадди. - А я здоровая падаю. На редкость идиотский танец.
- Говорят, что этот танец становится искусством.
- Не думаю, что его все оценят.
Катти пожала плечами. Было дело, она кружилась по комнате, взмахивала лентами и воображала себя птицей. Ей нравилось, нянюшке нравилось. Но как это выглядело со стороны - да кто ж его знает?
- Интересно, с кем принц сегодня ужинает, - протянула Мадди и отбросила письмо на стол.
- Тебе действительно интересно?
- Ты рассказала о вине, - ванен Скомпф выразительно подергала бровями, - вот я и думаю, следили за всеми или только за тобой? И следили ли или же просто подкупили прислугу? У меня есть пара-тройка грешков, о которых знаю только я. Скорей бы поужинать с принцем. Уж я-то не постесняюсь чесночной подливы откушать!
Засмеявшись, Катти осела в кресло и чуть поерзала - в комнате Мадди все горизонтальные поверхности были завалены подушечками.
- Откуда богатство?
- Маменька, - Мадди погладила рукой одну из подушек, - очень любит шитье.
- А я думала, вы все такие... - Катарина пожала плечами. - Боевые.
- Матушка раньше заведовала лавками, пока папенька за голову не взялся, - тихо сказала Мадди. - Вот теперь и шьет - заняться-то больше нечем.
Мэдчен ван Ретт прикусила язык. Ей так и хотелось спросить, не боится ли Мадди, что и с ее солеваренным женихом будет то же самое? Нагуляется, наскучат ему девки и пьянки, и перехватит у жены управление семейным предприятием.
- Давай, что ли, погуляем, - откашлявшись, предложила Катарина. - Сходим на третий этаж.
- Да, давай, - кривовато улыбнулась Мадди и вымученно улыбнулась. - Все хорошо. Это был секундный приступ хандры.
Встряхнувшись, Мадди поправила волосы, мазнула по губам помадой и подошла к двери:
- Идем?
- Конечно, - легко улыбнулась Катарина.
Но далеко они не ушли - кроме библиотеки, все остальные комнаты были закрыты.
- Можно предположить, что это комнаты невест-избранниц, - протянула Мадди. - Но не думаю, что их расселяли по разным этажам.
Катти вытащила зернышко, бросила на пол и запустила лиану в щель между полом и дверным полотном:
- Много пыли.
Почти все комнаты оказались заполнены пылью. Но одна... В одной комнате не только было свежо, но еще и пахло свежими чернилами.
- Я все понимаю, но как ты это-то определила? - поразилась Мадди.
Катарина улыбнулась и пожала плечами:
- Приходи через пару лет ко мне на лекции. Узнаешь.
И, осмотрев замок, добавила:
- Я смогу его открыть.
- Тогда - ночью. Потому что днем слишком много людей. - Мадди потерла руки. - Обожаю приключения. Мы как-то с подружкой на псарню залезли. Хотели кобеля призового посмотреть.
- Посмотрели?
- Ага, у меня на левой ляжке этот, как его, автограф остался, - гордо ответила ванен Скомпф.
- У меня на пояснице есть автограф от яблони, - засмеялась Катарина. - Буду выходить замуж - сведу все шрамы.
- Все? - выразительно переспросила Мадди.
- Три, - со вздохом уточнила Катарина. - Один из-за... из-за происшествия с хромотой, один из-за падения с яблони, и один достался от лучшего друга.
Девушки дошли до конца коридора и вышли на небольшой балкончик.
- Я даже не знаю, что интересней, - проворчала Мадди. - Но так как про истоки своей хромоты ты рассказывать отказываешься, расскажи про друга.
- Да нечего рассказывать, - засмеялась Катарина. - Сын мельника, сильно обгоревший, - в их дом ударила молния, вот и... От него все девицы шарахались, да и парни вниманием не баловали - у него характер сильно испортился. Вот мы как-то и сдружились - Хромая и Страшный. Нас даже женихом с невестой дразнили.
Помолчав, Катарина продолжила:
- Его отец копил деньги, чтобы обратиться к белаторам. Но их обманули - вместо белатора попался шарлатан. Мой друг погиб.
- И ты вскрыла себе вены? - с придыханием спросила Мадди.
- Что?! Почему ты так решила?
- Так ты же говоришь - шрам остался. Или это этот, эвфемизм? Шрам на сердце, незаживающая рана души и все такое...Ты что делаешь?
- На коленке шрам. - Катти показала Мадди колено и полукруглый шрамик на нем. - Он из ратуши выходил, а я входила. И уронил меня. Да так, что я здоровую ногу ужасно разбила. Получилось, что идти я толком не могла.
- И?
- И... Правильнее всего сказать - поползла к карете. А он и говорит: что, от страшилища и помощь не примешь? А я ему: а толку от тебя помощи ждать? Все предместья знают - ты чужому горю только рад. Он схватил меня на руки и занес в карету. Потом прислал цветы. И как-то мы подружились.
- Плакала? Когда он умер?
- Рыдала, - вздохнула Катти. - Знаешь, я бы и впрямь за него бы замуж вышла. У него, конечно, все лицо обожжено было, и шея. И да, это выглядело так себе. Но между нами проскочила искра. И под самый конец мне уже было неважно, как он выглядит.
Мадди вздохнула:
- А мне рыбак нравился. Нищий, гордый и красивый. И меня любил.
- И?
- И пропал, - пожала плечами Мадди. - То ли отправился искать лучшей доли - а куда, если мы живем в столице и вокруг озер - плавай не хочу... То ли погиб, жил-то он в трущобах. Только не говори, что в Луизете нет трущоб. Есть они.
- Знаешь, прогулка на третий этаж подразумевалась как мероприятие, поднимающее настроение. А вышло как-то не очень весело.
- Сейчас я вам сделаю похохотать! - рявкнула мора Ровейн.
Катти и Мадди подскочили и обернулись.
- Вы почему не в своих комнатах? - сощурилась Германика.
- Ошейники и поводки не выдали, - флегматично отозвалась Мадди. - Вот и гуляют королевские суч...
- Мадди!
Захохотав, Германика поманила девушек за собой.
- Смотри, как бы твое желание не исполнили, ванен Скомпф! Но вообще-то предполагалось, что вы будете репетировать завтрашнее выступление.
- Два присяда и падение? - поразилась Мадди. - Я и так справлюсь. Катарина тоже не оплошает - рухнет на задницу безо всяких тренировок. Три минуты позора - и гранитный камушек наш.
- Кстати, можно устроить соревнование, - заразилась идеей Мадди Катти, - кому достанется самый гранитный гранит.
- С таким настроем вы далеко не уйдете, - протянула мора Ровейн.
- А нам далеко и не надо, - улыбнулась ванен Скомпф.
Спустившись вниз, мора Ровейн указала Мадди на дверь ее комнат:
- Тебя ждет мора Рохет. Идем, Цветочек, будем смотреть твои танцы.
И действительно, Германика целый час мучила Катти. Неизвестно, чего хотела добиться дуэнья, - ни с тростью, ни без у Катарины не выходили движения. И в итоге девушка, так и не поднявшись с пола, разрыдалась. Она не была готова упасть ничком на глазах у всех.
- Я просто никуда не пойду. Пусть что хотят, то и делают!
- Посмотри сюда, - позвала ее Германика.
Катарина приподняла голову и тут же уткнулась обратно:
- Да, я видела твой костюм. Наверное, по ошибке.
- Да нет, это мой тебе подарок. Шанс утереть всем нос. Конечно, придется приложить усилия. Да и нарушить два закона и одну традицию...Ты готова на это пойти?
Мэдчен ван Ретт медленно села, вытерла слезы и, сощурившись, спросила:
