- С тобой, - прищурилась Катти. - Но хочу подробностей. А то мало ли какая трава растет на том лугу, куда ты меня зовешь.
- Не на лугу, а в прекрасно освещенной беседке, - широко улыбнулась Германика. - Ты, я, мора Рохет и два охранника. Ты ведь в прошлый раз насчитала пятерых человек, верно?
Катти резко выпрямилась и звенящим от гнева голосом произнесла:
- Это что, развлечение?
- Да, - откровенно ответила мора Ровейн. - Отбор - огромное развлечение, как для благородных людей, так и для простых эйтов. Главный приз - брак с принцем. Никто не обещал мед с сахаром.
Вот только выглядела Германика так, будто произносила заученный текст: прямая спина, руки по швам и взгляд такой... будто прилежную ученицу изображает.
- Конечно, - осторожно, в тон ей отозвалась Катарина, - стать частью семьи Льдовин - великая честь. Вот только я не уверена, что могу так поступить с подругой. Я бы обиделась, если бы узнала, что Мадди наблюдала за моим общением с принцем.
Мора Ровейн бросила взгляд за спину Катарины. Там, в дверях, замерла Мадди.
- А что, - с интересом спросила Германика, - тебе дорога эта дружба?
- Конечно, - удивилась Катти. - Мадди настоящее сокровище. Знаешь, чем бы ни кончился этот Отбор, но свой бонус я уже нашла. Уверена, что мы с ней будем дружить всю жизнь.
Мора Ровейн усмехнулась, глядя на Мадди. По лицу ванен Скомпф было видно, что в ней борются два желания - броситься на шею Катарине и стукнуть Германику. В итоге победила честность:
- Катти, я подслушала. Но случайно, - виновато пробурчала Мадди. - Я просто хотела посоветоваться, надеть свой жемчуг или подарок принца. Ты что надевала?
Катти медленно повернулась, призадумалась и честно ответила:
- Не помню.
- Надень жемчуг, - одновременно с ней сказала Германика.
- Спасибо, мора Ровейн, я надену подарок. Катти... Они ведь все равно кого-то приведут, да? Так пусть это будешь ты.
Коротко поклонившись, Мадди развернулась и ушла к себе.
- Вы часто так ходите? Через ванную комнату, спальню и в гостиную?
- А почему нет? Если кто-то из нас будет непосредственно в ванной - дверь не откроется.
- Славная девочка, - невпопад произнесла Германика, глядя на пустующий дверной проем. - На меня похожа.
- Она добрее, - улыбнулась Катти.
- Так ей и не семьдесят два года, - фыркнула мора Ровейн. - Ну что, шевелись. Эх, я уже давно так не веселилась.
Катарина с некоторым опасением покосилась на дуэнью:
- Страшно представить, где вы веселились в прошлый раз.
- На прошлом Отборе. Знаешь, принцы всегда считают себя самыми умными. Вот отец сегодняшнего жениха такое наворотил, что у него было сто восемьдесят невест. И отсеивать их приходилось жестко и быстро.
- Вы уверены, что это было смешно? - с сомнением спросила Катарина.
- Ты не только болтай, но и переодевайся, - цыкнула мора Ровейн. - А почему нет? Первый публичный завтрак, сто пятьдесят мест. Невест-избранниц сто восемьдесят. И тут с некоторых мэдчен слетело все воспитание - они вытаскивали соперниц из-за столов и садились сами.
- Какой кошмар, - вздохнула Катарина и легко затянула шнуровку простого и удобного платья.
- Хуже всего было принцу, - с намеком и нажимом произнесла Германика. - Это ведь его ошибочный подход к Отбору привел к такому результату. Идем?
- Да. Трость не услышат?
- Ты же наших разговоров не услышала, - хмыкнула Германика.
- А с Мадди-то я смогу поговорить?
- Не попробуешь - не узнаешь.
- А кто наблюдал за мной?
- Не могу сказать, - развела руками мора Ровейн. - Одно плохо, гадкая мора Татен заняла мое кресло, и мне пришлось сесть на табурет. Поэтому мы с тобой идем пораньше - чтобы занять кресло моры Рохет.
Склонив голову, Катарина наметила себе узнать, чья дуэнья мора Татен. Не то чтобы это было ей так важно...Но хотелось, хотелось знать, кто же наблюдал за ее свиданием с принцем.
В беседку они залезли как воришки - через перила.
- Это чтобы никто нас не увидел. Люблю неразбериху, - улыбнулась Германика.
- Давай не будем занимать кресло моры Рохет? Ты лучше возьми с нее слово, что она при случае займет кресло моры Татен.
Германика только пожала плечами. Она и не собиралась заниматься такими глупостями. Просто нужно же было как-то ответить на вопрос подопечной.
- Во время моего свидания мне показалось, что принц знает обо мне больше, чем должен, - негромко произнесла Катарина.
- Я бы не удивилась, - пожала плечами Германика, - вас всего семь. Это было что-то ужасающее?
- Да что у меня может быть ужасающего? - покачала головой Катти. - Просто получается, что меня продал кто-то из очень близких людей. Няня, наша кухарка или моя личная служанка. И подозрения отравят мне общение с ними.
Ответить Германике было нечего - Катарина права по всем статьям.
- Ты сможешь спросить у него, - наконец произнесла мора Ровейн. - Только его высочество способен дать ответ на этот вопрос. Я не слышала ничего об особом контроле за избранницами.
В беседку степенно вошла мора Рохет.
- Добрый вечер, - скупо бросила она. - Мэдчен ван Ретт, вам известны истоки чрезмерно боевого настроения моей подопечной?
- Нет, мора Рохет. Мадди не стала делиться со мной планами. Она хочет удивить его высочество.
Принц в беседке появился неожиданно. За минуту до того, как Мадди поднялась по ступеням.
Со стороны все казалось простым. Мадди с аппетитом кушала, отвечала на вопросы принца, но сама вопросы не задавала. Катарина видела, что подруга напряжена, и не зря - дерр Хиллиард поинтересовался, разбирается ли мэдчен ванен Скомпф в ловле озерной рыбы. И для чего она так мечтает получить под контроль солеварню.
- У меня очень простые мечты, мой принц, - спокойно произнесла мэдчен ванен Скомпф. - И они достижимы. Я умею планировать, но самое главное - я способна следовать своему плану.
- Благодарю за прекрасный вечер, Мадди, - произнес принц.
Мора Рохет выдохнула и расслабилась. Вечер прошел в рамках приличий.
- Да, мой принц. Я уже знаю, что вам положено целовать. Давайте сократим?
С этими словами Мадди подошла к Хиллиарду и оставила короткий, безразличный поцелуй на его губах. После чего развернулась и вышла.
- Твою мать, - искренне произнесла мора Рохет.
- Одно хорошо - тут только мы, - кивнула Германика.
- И слуга, - хищно сощурилась дуэнья Мадди.
- Я прослежу, чтобы он молчал. А ты проводи Катарину.
Катти же с трудом сдерживала смех. Она многое могла представить, но до такого додуматься не смогла. И сейчас мэдчен ван Ретт с нетерпением ожидала момента, когда можно будет поболтать с подружкой.
- Это невообразимо, - вздыхала по дороге мора Рохет. - Конечно, это придворное поцелуйное поветрие тоже неправильно... Но вот так вот, взять и подарить мужчине поцелуй! Мало ее пороли. Мало.
- Зато его высочество Мадди не забудет, - утешила мору Рохет Катарина.
- Слабое утешение, - покачала головой дуэнья. - В этом Отборе все невесты на диво оригинальны.
- А мора Татен, чья она дуэнья?
- Исиры ванен Хальф. Глупая и чванливая женщина. Дуэнья, про мэдчен Исиру мне ничего не известно.
Мора Рохет проводила Катарину до самых дверей. И попросила:
- Убедите Мадди умерить пыл. Я понимаю, что у нее свои планы на жизнь, но не стоит дергать дорфа за усы. От яда этих лесных тварей противоядия нет.
- Я приложу все силы, - склонила голову мэдчен ван Ретт.
Выполнить обещание у нее не вышло - Мадди первым делом отправилась мыться. Так что Катарина устроилась на постели и решила немного почитать. А то скучно просто так сидеть и ждать.
Но жизнеописание благочестивой Элторны оказалось прекрасным снотворным. И Мадди, пришедшая к подруге, посмеялась и укрыла соню свободным концом покрывала. Затем, вздохнув, ослабила ей шнуровку на платье и вытащила шпильки из волос.
- Совсем себя не бережёт. Вот что бы ты без меня делала, эх.
