— Он бы не успел и звука произнести!
— Да?! Я не знал! — бросил капитан, возвращаясь к кровати.
Причем по манере его речи было вполне отчетливо понятно, что всё он понимал.
— Без знания языка за него нормально не дадут! — как можно тише прошептал напарник подошедшему Сенатору.
— Ты, главное, молчи! — прошипел капитан. — Торговаться буду я. Для того чтобы махать мечом и кулаками, язык не нужен. А это он умеет. Вчера сами результат видели.
Сквозь ресницы Анарион наблюдал, как Сенатор с Беном подошли и чуть наклонились. Чувствительность к телу вернулась, и демоны побери, если он не воспользуется этим шансом.
Анарион сделал резкий выпад и саданул со всей силы сжатыми руками, капитану в нос. И потом сразу с размаху Бену в ухо. Удар, видимо, получился мощным, так как «ежик» отлетел к стене, дополнительно стукнулся о нее головой и стек бессознательно вниз. Капитан, хотя и был в крови, уже оклемался, но его величество успел заскочить ему за спину и с силой придавить шею кольцом сцепленных рук. Сенатор был силен, но молодой король все-таки сильнее. Наверное, тут бы и нашла похитителя его смерть, если бы Анарион не увидел мигающее окошко вызова охраны на комме. Демоны побери, капитан успел! Понимая, что в считаные минуты тут будут люди и он однозначно проиграл, Анарион выпустил впавшего в обморочное состояние Сенатора и сдернул с его руки комм. Слава богам, межпланетка была!
«Я жив», — набрал он быстро на номер Тиадры. И следом, заглянув в программу геолокации, еще одно. Его величество ни за что не стал бы втягивать иномирных друзей в это опасное дело, но под угрозой была не только жизнь его сына и любимой женщины, но и мир всего королевства. А у Леграсса, кажется, во всех структурах есть связи.
Последнее, что успел сделать Анарион перед тем, как его сшиб с ног первый удар, это бросить комм на пол и с силой на него прыгнуть. Раздался хруст, так что его величество очень надеялся, что информацию о номерах изъять уже не удастся.
Удары сыпались градом, король свернулся на полу калачиком, стараясь защитить живот. Он не сопротивлялся, надеясь, что так больше шансов остаться в живых. Такую роскошь, как смерть, теперь, когда от него зависит будущее Тиадры и их нерожденного ребенка, он себе позволить не мог.
***
— Стойте! Стойте! Идиоты, мать вашу! — Сенатор, пришедший в сознание первым, кинулся оттаскивать взбеленившуюся охрану от Анариона. — За ним завтра покупатель приедет!
Удары прекратились, но пленник не мог даже открыть глаза — из рассеченной брови текла кровь, скованные руки не давали ее оттереть, да и в целом он выглядел… как человек, которого четыре остервенелых охранника били кулаками и пинали.
— Придурки! Какие же вы конченые придурки! — орал капитан, пытаясь прощупать на шее у эльфа пульс. — Вы мне теперь скинетесь до ляма исов?!
Охрана сконфуженно молчала.
— Живой, — облегченно выдохнул Сенатор. — Срочно тащите в сканер и вызовите доктора. Мне он завтра нужен дееспособный! Пусть врач сделает всё, что можно, и ширнет ему регенералки! Две дозы пусть ширнет! Блин… Надо же быть такими ушлепками! Попортили дорогущий товар!
Доктор явился к нему с докладом минут через сорок. Бен уже давно оклемался и сидел рядом с капитаном, прижимая пакет со льдом к огромной шишке на голове.
— Ну что сказать, — виновато начал медик, — наши молодчики перестарались. Могло бы быть и хуже…
— Короче, Зазо!
— Три сломанных ребра. Какие были сильные рассечения, я зашил. Регенералку вколол, как сказали. Почки отбиты, но внутреннего кровотечения нет. Повезло чудом парню. Я добавил обезболивающее и антибактериалку… Через неделю будет как новенький!
— Неделя?! — вскипел Сенатор. — Мне он нужен завтра! Зубр наверняка захочет посмотреть их в деле! Кто же станет покупать кота в мешке?!
Доктор обреченно развел руками.
— Ну я не волшебник! От третьей регенералки за сутки скопытится. Тогда ничего не получим. Сбагри ты его со скидкой, что ли? Видно, что он крепкий. Для шахт подойдет.
— Для шахт?! — глаза Сенатора вылезли из орбит, а кулаки аж побелели от злости. Если бы перед ним стоял не врач, который у контрабандистов на вес золота, а простой охранник, он бы уже ему вмазал. — За работягу красная цена триста тысяч!
— Если вколем, дополнительный эффект будет минимальный, а денег можем и тех не получить.
Капитан с шумом выдохнул и махнул рукой доктору, что тот свободен. Триста, конечно, больше нуля, но за такого бойца — и триста тысяч?!
— У меня идея есть… — неожиданно выдал обычно молчаливый Бен. — Ты же планировал на шестистах за каждого сторговаться? Я, кажется, придумал, как их получить.
Глава 25
Таурохтар не знал, сколько прошло времени, но по внутренним ощущениям довольно много. Анариона не возвращали, и это сильно нервировало. Да, князь, мягко говоря, недолюбливал его величество, но он был его король и валинорец. Поэтому, когда на ужин принесли тарелку с большим куском мяса и какой-то непонятной, цвета жухлой листвы кашей, он первым делом спросил:
— Где мой земляк?
— Завтра увидитесь! Ешь, спи и набирайся сил.
— Что вы решили насчет выкупа?
— Всё завтра, — уклончиво ответил похититель и вышел из ангара.
Пища на тарелке лежала далеко не княжеская, но голод не тетка. Поскольку освободили Таурохтару только одну руку, есть было сложно, тем более мясо, к которому ему с трех лет подавали вилку. Поэтому эльф решил начать с каши. Она оказалась на удивление съедобной и даже вкусной, а мясо — свежим и хорошо прожаренным. Тарохтар плюнул на манеры и, так и не сумев поддеть бифштекс ложкой, взял рукой и откусил. Сочное. Скорее всего, ему дали ужин, как всей команде, а не какие-нибудь отбросы. А это хороший знак. Вот только где и зачем они оставили до завтра Лаутиэля?
За посудой пришел опять Бен. Задавать ему вопрос второй раз было бессмысленно. Он забрал тарелку, не забыв примагнитить браслет пленника обратно к полу, и напоил его водой из своих рук. Всё. Похоже, до завтра о нем забудут. Насколько это позволяли оковы, Таурохтар повозился, стараясь занять более удобное положение. Лучше действительно попробовать выспаться и сэкономить силы. Если он начнет сейчас бузить, возможный вариант с выкупом наверняка сорвется.
Весь следующий день так же прошел в томительном ожидании. Тело порядком затекло от одного положения, хотя князя щедро, аж два раза, выводили в туалет, позволяя размяться. На Таурохтара всё чаще стали накатывать пессимистичные мысли: что будет, если похитители на выкуп не согласятся? И что, демоны побери, они делают с королем? Его, конечно, просто могли запереть в отдельном помещении, мешая им сговориться. Но князю почему-то казалось, что эта версия лишь для того, чтобы успокоить самого себя. В глубине души Таурохтар чувствовал, что происходит нечто нехорошее.
Ближе к вечеру (князь ориентировался по приемам пищи) за ним пришел сам капитан и, отковав, повел уже по новым коридорам. Шли довольно долго. Таурохтар даже не подозревал, насколько громаден корабль, на котором они с королем оказались волею судьбы. А точнее, по вине этого подонка Лоргана! Наконец открылся очередной шлюз, и после полутемных внутренних проходов пришлось зажмуриться. В зале, оборудованном вроде бы для спорта, ярко горели лампы дневного света. Людей здесь присутствовало много, но одеты они были совсем не так, словно собрались на тренировку. На уши сразу начал давить гул от нескольких одновременных разговоров, эмоциональных и громких.
Метрах в пятидесяти от входа в углу Таурохтар заметил короля. Тоже закованный, его величество стоял, опираясь на стену. Охранник и Бен на этот счет не возражали: даже с такого расстояния было понятно, что, если Лаутиэля заставить встать ровно, он просто рухнет. На лице и руках его величества «красовались» гематомы, над бровью — пластырь, а выступивший на лбу пот и общая бледность явно говорили о том, что и в сознании Анарион находится только благодаря усилиям воли.
