– Так создайте иллюзию, – предложила Маргарет. – Где-нибудь на полу. И чтобы черви кишели.
– А там можно будет предложить ей перейти в тело, – продолжил король. – И, м-м-м, пригрозить, что обрядите труп в бальное платье и выведете на прием. Чтобы все увидели истинную заговорщицу.
– Вы такая милая пара, – восхитился некромант. – Я-то всего лишь хотел пригрозить ей тем, что выйдет статья о ее грехопадении и бастарде.
– Так и скажите, – улыбнулась Маргарет. – Что-то одно точно должно сработать. Но вообще, мне показалось, что вы ею управляете.
– Нет, я подкармливал ее силой. А для призраков это как крепленое вино для людей. Много крепленого вина на пустой желудок, – пояснил дерр Серый.
Некромант прищелкнул пальцами, и к призраку вернулась способность двигаться и говорить. Правда, свой насыщенный цвет Вирриона стремительно теряла – дерр Серый перекрыл канал подпитки. И через три минуты истеричная и капризная женщина исчезла. Вместо нее над алтарем висела жесткая, хладнокровная и уверенная в себе мора.
– Какое интересное ощущение, – процедила она. – Опьянеть после смерти – это дорогого стоит. Что за дрянь?
А на полу медленно проявлялось полуразложившееся женское тело. В обрывках савана.
– Это твое тело. Мне нужна информация, а ты отказываешься делиться знаниями. Я не могу тебя принудить, но потешиться – могу. Запру тебя в этом теле, наряжу в роскошное бальное платье и гарнитур с черными морионами и выведу в приемную залу. Покажу всем истинную заговорщицу. Люди твои схвачены, а мотив… Знаешь, и без него обойдемся. Главное, что опасность выжжена. Вот, к слову, заодно и статью в газету дадим – про бастарда твоего. Это ж надо, выйти замуж и отдать девство другому. Я ведь правильно понимаю, что имени своего случайного любовника ты не знаешь?
Вирриона дернулась, сжала кулаки и враз потеряла всю свою уверенность.
– Ты не сможешь.
В этот же момент Серый потер ладони друг о друга, что-то пафосно произнес на неизвестном языке, и призрака начало подтягивать в подергивающееся тело.
– Нет! Не-ет!
– Итак, ты предпочла спасительную исповедь? – ехидно спросил некромант.
– Ни я, ни ты не можем сейчас лгать, – выпалила Вирриона. – Клянись, что развеешь мою душу. Не хочу ни к богам, ни на перерождение. Хочу в небытие.
– Уверена? – нахмурился некромант.
– Да. И сейчас ты поймешь. – Она неприятно усмехнулась. – Видишь ли, я не дура. И даже в юности ею не была. Знай я, что наш слабак-король влюблен в Лавиру, – я бы не полезла. Корона стоит многого, но есть границы. И я даже сейчас не о святости любви, нет. Вынужденный брак с нелюбимой женщиной повергает мужчин в ярость. А вынужденный брак с нелюбимой женщиной тогда, когда уже есть возлюбленная… О, это практически подписанный смертный приговор. Знаешь, я бы не удивилась, если бы, родив наследника, вдруг скончалась от простуды. Или не пережила родов.
– Но?
– Но Далборн игрался. Он дарил всем одинаковые подарки, звал на свидания – меня и ее. Он будто стравливал нас. Я оказалась сильней. А он оказался дураком. Как я пыталась вызвать его ревность, так он пытался растормошить Лавиру. Он ведь не смог на ней жениться. Второй Отбор – и знак Богини на руке Лавиры не зажегся.
Призрак попытался вздохнуть, но не вышло. Хмыкнув, она проворчала:
– Не понимаю, как это работает. М-да. Так вот, Далборн страдал по Лавире, Лавира ждала, пока все это закончится и она сможет уехать, а я смертельно боялась будущего. Я пыталась напомнить королю о приличиях, в конце концов, в третий тур перешло одиннадцать девушек. Не хотел меня – выбрал бы другую. Итогом стала моя беременность незнамо от кого и ссылка в монастырь. Там были ужасные условия. Меня ненавидели и пытались сломать. Но клинок закаляется в огне. Знаешь, некромант, я бы пережила это все. Если бы он женился на Лавире. Тогда было бы не обидно. Но нет, он запустил второй Отбор, выбрал какую-то курицу, и она получила то, что хотела я, – корону и ровные, дружеские отношения с мужем!
– Ты решила мстить, – кивнул некромант.
Линнарт осторожно достал блокнот. На случай, если придется сделать пару заметок.
– Год ушел на то, чтобы войти в доверие к настоятельнице. Я рассказала ей душещипательную историю о том, как меня опоили зельем. И правда, какая идиотка побежит к любовнику, выиграв Отбор? Еще три года ушло на то, чтобы понять, как работают эти проклятые кристаллы Богини. Ну а дальше все по мелочи. Годы шли, мое влияние росло. Я собирала вокруг себя недовольных. И растила свое орудие. Вначале он хлебнул дерьмеца в сиротском приюте. Ему было восемь, когда я его забрала. – Призрак рассмеялся. – Такая трогательная встреча: рыдающая мать в роскошных одеждах и тощий, полудохлый босяк. Для него была приготовлена иная история – он истинный Дарвийский. Но нас разлучили, и долгие годы я, сходя с ума от страха, искала его.
– Как ты объяснила то, что Богиня не признала тебя? Будь твой ребенок от короля, тебя бы не отправили в монастырь. Никто не позволит плодить королевских бастардов.
– Очень просто – я сказала ему, что королева – это аватара Богини. И что нам нужно укрыть Кальдоранн от распоясавшейся Богини. Дальше было просто. Недовольных всегда очень много. И очень много тех, кому мало имеющегося. Алая Ночь – так поэтично бал назван триумф человеческой жадности! Одни хотели вернуть дочь в семью, да еще и на правах рабыни. Другим подавай земли и счета в банке. Причем последних было больше. Кто-то хотел мести – я старательно вникала в их мелкие страстишки. Ах, старший брат отхватил жену красивее и талантливее моей. Ну конечно, я помогу тебе. Убьем их обоих, и вот уже ты старший в семье. Но самое главное, что все эти смертники были преданы Далборну. Они были его хорошими знакомыми, кто-то с ним дружил. Это был удар именно по нему.
– Он уже был мертв к тому моменту, разве нет?
– Не-ет, он пытался выжить. Но людям, людям объявили о его смерти. Его дурной сынок разделил с ним Черную Порчу. Далборн отрекся от трона и закрылся в этом самом покое. Видать, тебя ждал, некромант. Но гибель стольких друзей подкосила его, и он сдался. Сдох.
Призраку не было нужды переводить дух. И она продолжала изливать тонны яда и желчи.
– Пришлось затаиться. Орудие медленно развивалось. Он туповат. И сильно. Я даже засомневалась, что это от моей плоти родилось. Через пару лет мы закрыли Кальдоранн от Богини, еще через пару лет наш человек стал Дарованным. А затем король задумался об Отборе. Точнее, его заставили объявить Отбор. Мол, а вдруг Богиня появится? На первом Отборе у нас ничего не вышло, на втором помешала сучка Кодерс. Вот уж кто оказался не там, где нужно. И сожрал не то, что нужно. О, кто, ну кто мог предположить, что какая-то Избранница осмелится взять соленые бобы, предназначенные для короля?!
– Цель была в уничтожении династии Дарвийских?
– И в унижении. На мужчин этот яд действует иначе. Он бы стал бесплодным и остаток Отбора провел в раздумьях о том, что на нем прервется род. И только после этого он должен был умереть.
– А потом умерла ты, и дело всей твоей жизни перешло к сыну. – Некромант усмехнулся и продолжил: – Знаешь, король сразу догадался, что в стане заговорщиков произошла рокировка. Твой мальчик допускал ошибку за ошибкой. Его не вычислили только из-за Алой Ночи. Слишком уж она была невыгодна. Кому-то одному. А оказалось, что это мелкая выгода для всех участников.
– Я повязала их кровью. И уже никто не мог соскочить. Если бы душка Линнарт узнал, кто принимал участие в Алой Ночи, – призрак закатил глаза, – он бы сам взялся за каленые щипцы. Одного не отнять, этот Дарвийский честнее и смелее отца. Отчего я умерла? Отравили?
– Простуда, – хохотнул некромант. – Ты постоянно молодилась, накладывала все новые и новые косметические заклинания. И когда простудилась, выпила зелье. Зелье вошло в реакцию с заклятьями – и ты в могиле. Позорная смерть для такой интриганки. Как ты закрыла Кальдоранн от Богини?
– Я не знаю, – широко улыбнулась Вирриона. – Я уничтожила все расчеты и черновики, а затем стерла сама себе память. Месть должны быть необратимой. Убить Богиню невозможно. А вот подтолкнуть мир к новой войне богов – запросто.
