— Непременно, — кивнула Люсинда. — Более того, я предоставлю вам здание под офис на год без аренды, чтобы снизить ваши затраты на первом этапе.
Благо такого добра, как брошенные дома, в Лунном Камне было навалом.
— С вами приятно иметь дело, — расплылся в улыбке управляющий.
Затем открыл дверцу небольшого сейфа, расположенного прямо в его кабинете, и отсчитал деньги. А потом, пару секунд помявшись, добавил:
— Леди Морвэн… У вашего папеньки есть еще один счет. О котором никто не знает.
Глава 23
— Счет? — растерявшись, переспросила Люсинда.
— Да. У нас четкие указания по этому поводу от лорда Бериана. К нему сможет получить доступ его наследник, предъявив фамильный перстень и ответив на тайный вопрос, ответ на который знают только члены семьи. Ах да! И должен пройти год с момента смерти досточтимого лорда. Вам осталось подождать чуть больше квартала. Но, простите, вопрос я обязан задать.
Княжна внутренне собралась, в голове прокручивая имена и даты рождений и смерти всех предков рода Морвэн, о которых помнила, и кивнула.
— Где в кабинете вашего папеньки располагался тайный сейф?
«А там был сейф?!» — чуть не брякнула Люсинда, но вовремя придержала язык. Так куда же он мог его спрятать? В стол? Слишком доступно. За картину? Банально. В итоге, перебрав около десятка мест, Люсинда вздохнула и решила сказать правду. Ну не знала об этом счете она раньше и ничего. Значит, не судьба.
— Простите, я не знаю ответ. Отец всегда считал, что кабинет в случае захвата княжества будут обыскивать в первую очередь. Поэтому единственный тайный сейф, о котором мне известно, был спрятан в фальшивой каморке с инвентарем для уборки дома.
Гном взял в руки конверт, который вытащил из хранилища вместе с деньгами, но на который Люсинда, занятая подсчетами предстоящих трат, не обратила внимания. На темной грубой бумаге стояла сургучная печать с оттиском герба рода Морвэн. Управляющий сломал ее, пробежал глазами текст и, расплывшись в широкой улыбке, протянул лист Люсинде.
О боги! Сама в это не веря, княжна прочитала строчки дважды. Несмотря на кажущийся абсурд ответа, она сказала именно то, что и требовалось!
— Поздравляю! Через несколько месяцев вы станете обладательницей еще пяти тысяч мирианов!
У Люсинды аж дыхание перехватило. Ничего себе возможности! Это ж они… Княжна оборвала поток мыслей и вернула себя с небес на землю.
— Скажите, а если бы я не знала ответ, что тогда?
— Вклад бы остался храниться в банке, пока один из потомков не выполнит условие. Вероятно, вечно.
— Почему вы тогда о нем мне сказали? — неделикатно спросила княжна — все, что она слышала о гномах, не слишком вязалось с понятием «честность». — Вы ведь не эльф и могли просто скрыть существование вклада.
Управляющий оскорбленно надулся.
— Да, я не эльф. Однако опрометчиво считать, что все гномы — прохвосты. Если бы так было, кто бы стал пользоваться услугами наших банков? А они, без преувеличения, самые надежные на Валиноре. Да, технически гномы могут обманывать. Но это не значит, что у нас нет чести!
— Извините, — промямлила Люсинда, краснея и торопясь уйти. — Я еще сегодня, наверное, вернусь оформить покупку лошадей.
— О! Вам нужны лошади? Для каких нужд?
Люсинда не собиралась раскрывать свои истинные планы, поэтому ответила обтекаемо:
— Я люблю верховую езду. С ветерком. Но моя кобылка теперь принадлежит Эванеску, и требуется замена.
Управляющий порылся в столе и достал карточку с вензелями и золотым оттиском коня, вставшего на дыбы.
— Вот, может пригодиться. Это мой шурин. Он разводит лошадей, которые покупают армии многих княжеств. Его поместье, правда, в дневном переходе в сторону Омьяжгере, впрочем, вы же на аэрокаре?
Какой проницательный! Хотя чему удивляться? Гномы — народ хваткий, а этот к тому же работает с самой элитой. Карточку княжна, естественно, взяла, хотя ехать на «живой» рынок не передумала.
Располагался он за городской окраиной и пах… далеко не розами. А еще здесь стояла дикая какофония: собачий лай, мычание коров, блеяние овец и десятки других звуков животного мира. Чтобы покупатели не пачкались, между рядами проходил деревянный настил, однако Люсинда все равно пожалела, что на ней длинное платье, а не костюм для верховой езды. Во избежание казусов приходилось его все время поддерживать руками, и мышцы совсем скоро одеревенели и заныли.
Чего, точнее, кого тут только не было! Кроме того, что планировала найти Люсинда.
— Ваша светлость, вы так не расстраивайтесь! — приободрил ее конюх. — Настоящий бриллиант редко когда купишь на рынке. Но для скачек я уже пару подходящих животных приметил. Там же не столь важна чистокровность. На первых этапах можно выставить и полукровок. Возьмем разной масти, чтоб зрители не путались…
— Скачек?! — раздался рядом голос внезапно появившегося Реитаса. — Вот значит, что за идея, о которой я узнаю последним…
Обиженным он, правда, не выглядел, наоборот, светился, как начищенная диадема. В рукавах рубашки эльфа переливались вставленные визоплазы. Люсинда ахнула и еле сдержалась, чтобы прилюдно не обнять друга детства. Она была за него очень и очень рада! Амнистировали!
— Не последним, а всего лишь вторым. Элус же должен был понимать, для чего выбирает лошадей! Как же я счастлива за тебя… за вас, лорд Реитас, —вовремя поправилась княжна, надеясь, что конюх, придирчиво рассматривающий животных, ее не услышал. — А как вам удалось сохранить визоплазы?
— Камни не мои — дедовы. Они лежали в Аэркарасе в банке. И не краснейте, Люси, — тихо, с хитрющей улыбкой проговорил казначей, — конюх уже отошел далеко, и его куда больше волнуют возраст и здоровье кобыл, а не наш разговор. У вас устали руки. Отпустите ткань, дайте им хоть короткую передышку.
— Платье может испачкаться, как мы тогда пойдем в ресторацию? — пояснила Люсинда, ощущая в желудке неприятную пустоту.
Действительно, она же с утра так ничего и не поела. Сейчас, конечно, витающие вокруг «ароматы» отбивали аппетит, но так ведь не будет до вечера.
— Вы мне доверяете? — совершенно серьезно, заглядывая ей в глаза, спросил Реитас.
И голос такой… фух, аж мурашки по коже. Словно он не про платье спрашивал, а про что-то в разы более серьезное. Люсинда кивнула, растворяясь в синих глазах Рея, и... отпустила подол. Какое же блаженство просто размять пальцы! В следующую секунду княжна поняла, что край платья не коснулся настила, а по-прежнему висит в воздухе, сантиметрах в двадцати над землей. Казначей держал распрямленные ладони, и по его лицу растекалось удовольствие.
— Вы не представляете, какой это восторг — снова прикоснуться к Силе! Почувствовать ее потоки…
Люсинда рассмеялась.
— Вы выглядите, как алкоголик, дорвавшийся до рюмки!
— Фу! Какое низменно сравнение. Я ощущаю единение с планетой. Это чувства скорее божественного рода, нежели потребительского.
Неожиданно княжна поняла, что сейчас находится во власти своего друга детства. Если бы Реитас захотел, она бы и ахнуть не успела, как юбка бы оказалась задрана выше ее головы, а она опозорена… на весь Валинор. Слухи с рынка разлетятся мгновенно. Нет, она знала, что он так не поступит, но… ситуация почему-то крайне будоражила. Кажется, щеки Люсинды снова порозовели, и она поспешно отвела взгляд от колдовских озер Рея. Его присутствие рядом, ощущение его власти над ней… В этом было что-то запретно-восхитительное. О боги! Может, ей действительно пора замуж?
— Ваша светлость, я вроде бы определился! — раздался невдалеке голос Элуса. — Подойдите посмотреть.
Люсинда торопливо подхватила юбки и устремилась к конюху, бросив:
— Спасибо, дальше я сама!
— Предлагаю взять вот этих двух жеребчиков и вон ту черную кобылку. На первые скачки можно выставлять и по четыре лошади. Четвертым, естественно, нашего Пегаса. У этих животных оптимальные форма и возраст, только непременно нужно нанять для них тренера. А лучше сразу и жокеев, чтобы они учились работать в связке.
