Реитас так же внезапно отстранился, оставив Люсинду обескураженно хватать ртом воздух. Друг детства, правда, и сам выглядел не лучше — таких ошалелых, потемневших глаз она не видела у него никогда.
— Простите! Простите, Люси! Боги свидетели — я вас люблю больше жизни! — и Рей резко опустился на одно колено. — Выходите за меня! Я знаю, что не имею средств и княжеского титула, но гарантирую быть для вас поддержкой во всех начинаниях и защитой! Я никогда не стану претендовать ни на право голоса в Совете, ни на ваши деньги. Не стану навязывать своей воли. Просто разрешите мне любить вас и быть рядом!
Княжне и так с утра было как-то нехорошо, а теперь и вовсе стало плохо. Она пошатнулась, к счастью, опершись на стену конюшни. Люсинда точно не ожидала подобного порыва, во всяком случае сейчас. Может, когда они все отладят, года через два-три…
— Рей! Гномы, кони, архитектор! Ей-боги, не время! Я подумаю! Обещаю подумать! Только не торопите меня.
— Конечно, — произнес парень вставая. — Я все понимаю и умею ждать.
Люсинда облегченно выдохнула и постаралась улыбнуться.
— Пойдемте, сперва к Авре. Посмотрим, что в письме леди Вестеле.
Однако подарок встретил княжну быстрее, чем они с казначеем успели вернуться в замок. Навстречу им шел Элус и вел под уздцы Медь. И по неохватным объемам ее живота Люсинда поняла, что княжеству срочно требуется ветеринар. Впрочем, сперва она ринулась к любимице, обняла ее за морду и… разревелась. Княжна не могла вспомнить, когда она вообще плакала в последний раз. После известий о смерти отца, заключении сестры и решении матери ее глаза оставались сухими. А вот сейчас слезы текли водопадом.
— Куда вы ее ведете? — спросила Люсинда у конюха, когда наконец буря внутри от радости встречи успокоилась.
— Хотел показать новую конюшню. Чтобы постепенно привыкала, — смутился Элус.
Он знал, что над его отношением к лошадям многие посмеивались, но не княжна! Люси, наоборот, была просто счастлива, что ей достался такой работник. Так что девушка кивнула и, потрепав любимицу по гриве, пошла на встречу с Аврой, которая, наверное, ее уже заждалась.
Экономка сидела возле кабинета на специально принесенном откуда-то стуле и, похоже, не доложив госпоже, о чем считала нужным, покидать пост не собиралась. Люсинда усовестилась, что заставила бывшую горничную так долго ждать, и, извинившись, позвала ее в кабинет.
Авра сразу же с гордостью положила на стол заветный конверт и принялась перечислять события прошедшего дня. Сколько она наняла дополнительной обслуги, их обязанности и прочие мелочи Люсинда пропустила мимо ушей. Во-первых, доверяла экономке, во-вторых, голова что-то болела все сильнее. Пересып, что ли, так сказывается?
«Доброго вам дня, ваша светлость! Нам с супругом было приятно узнать, что вы заезжали в Ясеневый Лес познакомиться. Очень надеюсь, что наша встреча в скором времени состоится. Мне бы хотелось навсегда зарыть топор войны между нашими родами и наслаждаться миром и благоденствием. В подтверждение своих добрососедских намерений возвращаю вам Медь. Надеюсь, встреча с ней вас порадует.
С превеликим уважением, княгиня Серебряного Ручья Вестеле Эванеску».
Боги мои! Вестеле так богата, что может себе позволить просто отдать ценнейшую породистую кобылку?! Или все написанное в письме правда? Люсинда бы мечтала иметь с соседями прекрасные отношения, тем более это бы сильно помогло в развитии Лунного Камня и ее будущей масштабной идеи. Однако уже наученная относиться ко всему с недоверием княжна решила не делать скоропалительных выводов. Сейчас же непременно надо что-то отправить в ответ. Что-то равноценное… Жеребенка! Это был бы очень достойный и доверительный жест. И княжна принялась за письмо, но тут вспомнила, что экономка все еще стоит перед столом, видимо, ожидая ее распоряжений.
— Авра, ко мне есть какие-то вопросы?
— Нет, ваша светлость. Может, у вас?
— Ах да! На днях прибудут гномы для осмотра шахты. Выдели, пожалуйста, для них одну комнату в основной части дворца и несколько в крыле для прислуги.
— Гномы?! — шокированно вскинула брови экономка.
До чего же живучи некоторые стереотипы! Отец считал их поголовно ворами, мошенниками и прелюбодеями, и, конечно, вся прислуга в Ясеневом Лесу думала так же. При этом про тех немногих гномов, что давно жили в княжестве, никто плохого слова сказать не мог. Да их и за гномов-то не считали!
— Да. Они лучшие специалисты в вопросах горной разведки. И приходила ли Талатиэль?
— Да, ваша светлость! Я определила ее в горничные, а сынишка пока играет с детьми Кетлис. Вы не против, если я ее научу и навыкам прислуживания госпоже? Ведь к вам рано или поздно начнут приезжать гости.
— Конечно, Авра! Учи, чему считаешь нужным, я тебе полностью доверяю.
Поймав Люсинду на слове, экономка выпалила:
— Тогда вам непременно стоит поесть! Уже прошел обед, а Кетлис сказала, что вы до сих пор и не завтракали. Вон какая бледная!
При мыслях о еде во рту стало солоно.
— Нет, спасибо. Я пока не голодна. И откройте, пожалуйста, окно. Что-то тут душно.
Авра глянула с удивлением, но створки распахнула и вышла. Княжна же собралась с мыслями и написала ответ Вестеле и предварительное согласие для Томлана. Отправить его она, однако, решила только после разговора с Алом. Переплачивать из-за глупости Люсинда была не готова. Кстати, куда это глава ее личной охраны запропастился? Впрочем, обдумать этот вопрос девушка не успела. Появился Реитас и напомнил, что архитектор ожидает в чайной комнате.
Так Люсинда назвала малую гостиную, уютно обставленную для чаепитий и деловых бесед в неформальной обстановке. Княжна вошла туда, внеся с собой, как гувернантка, стопку книг. Архитектор сидел, развалившись в кресле. Правда, симпатичный. И, судя по возрасту, который Люсинда определила как немного за тридцать, вряд ли холостой. Да, у эльфов строгие моральные принципы, но лучше предупредить Кетлис, чтобы держалась от этого хлыща подальше.
Увидев великую княжну, архитектор вскочил, галантно представился, но, признаться, из-за больной головы имя не закрепилось у Люсинды в памяти, так что она решила обращаться «досточтимый лорд».
— Может, я, конечно, заблуждаюсь, но, мне кажется, это первый подобный проект на Валиноре. Я не смогу заплатить много, зато само участие в столь неординарной разработке могло бы прославить ваше имя, — елейным голосом принялась увещевать княжна, открывая перед эльфом страницы с заготовленными картинками. — В этих книгах можно найти и технические характеристики. Особенно важны длина круга, ширина дорожки, я вам все оставлю, сможете ознакомиться. Что же до архитектурных изысков и, возможно, сопутствующей инфраструктуры, здесь я полагаюсь на ваш вкус.
— О, это занимательно! — произнес архитектор, подтягивая к себе книги и принимаясь разглядывать вроде бы с искренним интересом. — Мне никогда не приходилось проектировать ничего подобного. Дворцы, беседки, сторожевые башни — признаться, все это уже утомило.
В этот момент вошла одна из служанок и предложила чай. Гость с радостью согласился, а княжна подумывала отказаться, но, увидев порезанный на дольки лимон, тоже кивнула.
— У дверей ожидает лорд Ангарал. Просит разрешить ему присоединиться к обсуждению. Говорит, имеет ценную информацию по данному вопросу.
Люсинда сперва усомнилась, не испортит ли княжич переговоры. Однако потом, решив, что, даже если Рей прав, вредить ей в открытую не в интересах Ала, велела его пропустить и принести еще одну чайную пару.
Зашедший парень церемонно поприветствовал архитектора и Люсинду и, освободив перед собой небольшую площадь на столе, развернул карту Лунного Камня.
— Ваша светлость, пока вы посещали Аэркарас, я взял на себя смелость проявить инициативу и осмотреть некоторые земли на предмет пригодности для постройки скаковой арены.
— Ипподрома! — тут же поправил архитектор.
