Я не стал ничего отвечать. Пусть попробует, а там будет видно.
На следующее утро один из лекарей попросил меня подежурить вместо него в госпитале, потому что сам приболел и хотел отлежаться. Я согласился, и весь день провёл в большой палате. Многие бойцы смотрели прошедший академический турнир по телевизору, поэтому забросали меня вопросами о состязаниях. Чтобы развлечь их и хоть на время отвлечь от того, что произошло с ними, я довольно подробно описывал всё, что там происходило. В том числе рассказал и про тех вредителей, которые мешали нам проходить испытания.
— Что же полиция? Разобралась? Всех нашли? — спросил Федя — маг, лишившийся обеих ступней. Он уже месяц лежал в госпитале и на все попытки отправить его в Москву отвечал отказом.
— Нашли, конечно, — ответил за меня другой больной, поступивший только вчера. — Только я бы в полицию не обращался.
— А куда ещё? Я так понимаю, Служба безопасности академии тоже не осталась в стороне, — вставил ещё один.
— От СБ толку мало, — махнул рукой второй и поёжился от боли, у него была рука забинтована. — Надо было частников нанять. Те бы приволокли всех вредителей намного раньше, чем СБшники.
Они ещё долго обсуждали то, что услышали, а я наконец сдал дежурство и вышел из госпиталя. Мне не терпелось узнать, о чём договорились Орлов и Грибоедов.
В доме и в столовой Орлова не оказалось, поэтому пошёл в штаб.
— А-а-а, Филатов, как раз о тебе вспоминали. Давай-давай, заходи! — махнул мне рукой генерал, едва я успел в сопровождении караульного зайти в штаб.
Целой толпой они стояли у карты местности и что-то обсуждали.
Я подошёл к столу и вопросительно посмотрел на Орлова, не понимая, что происходит.
— Никита Иванович, надо всё объяснить нашему аптекарю, — обратился граф к генералу.
— А чего тут объяснять? — пожал он плечами и улыбнулся мне. — Генеральный штаб одобрил решение попытаться вырвать Борьку из рук османских и привести под суровые очи нашего государя. Пусть отвечает за свои дела. Вот, — он указал на карту, на которой стояли разноцветные обозначения, — планы строим. Присоединяйся. Тебе с драконом важная роль отведена в нашем плане.
— Что же нам нужно будет сделать? — заинтересовался я и подсел к столу.
— Итак, слушай…
Мне подробно объяснили, что задумали. Операция сложная. Борьку держали не в военном лагере, а в одном из приграничных городов османской империи. Город был старый, с множеством каменных строений. К тому же сераскер не знал, где именно будут держать Бориса, что ещё сильнее осложняло поиски.
Добраться до османского города по дороге было невозможно — в том направлении шли бои. Пешком по зимнему лесу ушло бы больше недели. Поэтому было решено часть пути пролететь на дирижаблях, и только на османской границе спуститься и добираться пешком по лесу, а не по дороге, чтобы не привлекать внимания. Я, конечно же, буду на драконе, и у меня отдельная миссия.
Также все понимали, что город хорошо защищен, в том числе магическим куполом, а также ловушками. Вообще, задание предстояло очень сложное, поэтому Грибоедов и Орлов были напряжены.
— Будет обидно, если мы через столько пройдём, и потом окажется, что Борьки в Гюлькенте нет, — подал голос один из магов из отряда Орлова.
— Всякое может быть, — тяжело вздохнув ответил генерал и задумчиво уставился на красный флажок, которым обозначался город. — Я всё ещё сомневаюсь в целесообразности этого задания. Не хочу, чтобы вы сложили головы из-за этого ублюдка Борьки, — он презрительно скривил губы. — Хоть бы кто его отравил или голову отрубил. Османы это любят. Я бы с удовольствием полюбовался на его глаза в кувшине с маслом.
— Ты же знаешь, такие, как Борька, живут долго и счастливо… В отличие от честных и порядочных, — горько усмехнулся Орлов и обвёл взглядом всех, кто присутствовал за столом. — Ну что, братцы, все согласны пойти? Если кто хочет остаться — я осуждать не буду, и на вашей службе это никак не отразится. Всех вас ждут семьи, поэтому хорошенько подумайте, прежде чем соглашаться на такой риск. Торопить не буду, даю время до завтрашнего вечера. Всё равно нужно всё согласовать и подготовиться.
Кое-кто из магов ответил сразу согласием. Некоторые промолчали, взяв время на раздумье.
Генерал всех отпустил отдыхать, и вскоре мы остались втроем.
— Сашка, на тебе самое сложное. Справишься? — в голосе графа слышалось беспокойство.
— Мы с Калифроном сделаем всё, что в наших силах, — твёрдо заявил я.
— Я знал, что ты так ответишь, — улыбнулся он и по-отечески похлопал меня по спине. — Иди, отдыхай. А завтра отправь дракона на охоту. Ему понадобятся силы.
Вышел из штаба и двинулся в сторону своего дома. Настроение было просто отличное. Я жаждал совершить возмездие.
Глава 21
К предстоящему заданию я подготовился основательно. По задумке генерала я должен верхом на Калифроне просто отвлекать защитников города, пока отряд пробирается внутрь, но я с этим не был согласен.
Во-первых, мы не знали, где именно содержат государева братца, поэтому на его поиски могут уйти дни, а то и недели. Где всё это время будут проживать члены отряда и как будут скрываться от османов — непонятно. Орлов утверждал, что ему достаточно будет взять «языка», и тот обо всём им расскажет, но я с этим не был согласен. Судя по тому, какую площадь на карте занимает город, он намного больше Твери. Вряд ли первый попавшийся осман будет знать, где держат Борьку. Возможно, об этом известно всего нескольким.
Как бы то ни было, но я решил сделать всё по-своему, но до поры об этом никому не говорить. Именно поэтому с утра я взял все свои травы и зелья и, с разрешения главного лекаря, заперся в лаборатории госпиталя. О том, что я намерен делать, узнает только Орлов, и только когда мы покинем лагерь и доберемся до османского города.
Разложив манаросы и прочие ингредиенты на длинные металлические столы, я закрыл глаза и окунулся в свой внутренний мир, в свою лабораторию. Если бы кто-то сейчас увидел то, что вижу я, то не поверил бы своим глазам. Сотни и тысячи свойств смешивались и подбирались одновременно. Подходящие я откладывал в сторону и продолжал работу. Мне нужно из всего многообразия вычленить те эфиры, что помогут создать два очень нужных зелья. Одно из них зелье «Превращения», а второе — «Всеязычия». На время я стану… османом.
Отвлекать защитников города Калифрон сможет и без меня, а я проникну в стан врага и найду предателя. Только после того, как мы будем точно знать, где он и кто его охраняет, тогда и подключится Орлов вместе со своими людьми. Правда, он пока об этом не знает.
Я решил скрывать свои планы по одной очень важной причине: никто не должен знать, что я алхимик, а не обычный аптекарь. Как я объясню, что умею превращаться в других людей и могу узнать чужой язык только выпив свои зелья? С этим наверняка захотят разобраться, и тогда в мой мозг и в мои воспоминания внедрятся менталисты, которые узнают абсолютно всё обо мне.
Но самое главное, что я бы точно хотел сохранить в тайне навсегда — то, что Александр Филатов мёртв. Это будет большим ударом для семьи. А я не хочу, чтобы они горевали. Я полюбил их ровно также, как любил прежний Саша. Филатовы теперь моя семья, и я никому не позволю причинить им боль.
Единственный человек, которого я посвящу в свои планы — граф Орлов. Ему я доверяю всецело. Однако и он не будет знать всех подробностей. Я всего лишь скажу, что проникну в город в одиночку и попытаюсь выяснить, где Борис, притворившись османом.
Между тем я продолжал свою работу, пытаясь создать нужные зелья. Пришлось постараться, ведь манаросов было не так уж и много, к тому же я не рассчитывал, когда собирался в лагерь, что мне понадобятся нужные для этих зелий эфиры.
Когда готовые составы зелий выстроились в моей голове, я приступил к делу. Как обычно, начал резать, крошить, растирать травы. Многие из них были в высушенном виде, поэтому пришлось замачивать. В общем, когда оба зелья были готовы, я порядком устал, потратив значительное количество маны, чтобы совладать со всем многообразием эфиров, что-то заглушая, а что-то в разы усиливая.
