Фиравел поднялся и, развернувшись к выходу, неожиданно увидел ее. Элегантное темно-зеленое платье с минимумом рюшей и воланов, маленькая шляпка и крошечная сумочка-кошелек. Люсинда теребила ее в руках и явно волновалась. Князь совершенно не ожидал девушку здесь увидеть. Обычно представлять деловые интересы княжества приезжает управляющий или кто-то из доверенных лиц… Зачем это вдруг потребовалось ей? Разве что… очень важны были вырученные деньги?
Фиравел поравнялся с княжной и поклонился.
— Добрый день, леди Люсинда!
— Добрый, — девушка выскользнула вслед за сопровождающим в коридор и, чтобы он не смог их услышать, грозно зашептала: — Вы специально это сделали!
— Что именно? — растерялся князь.
И это был не первый раз, когда логика кузины ставила его в тупик.
— Купили Марципана!
— Конечно, специально! А вы думали, можно выложить две тысячи мирианов, случайно задремав? Мне нужен конь. Вы его продавали. Что-то не так?
Теперь смутилась Люсинда.
— Нет, что вы, — румянец залил ее щеки. — Но зачем за две тысячи?! Конь столько не стоит… Вы могли сказать «семьсот»!
— А кто-то бы сказал «семьсот пятьдесят», и мы переливали бы из пустого в порожнее еще четверть часа, а то и больше. В итоге все равно вышли бы на эти цифры. Давайте я вас просто поздравлю с удачной сделкой, а вы меня — с отличным приобретением.
— Хорошо, — кивнула княжна, занимая место за столом в переговорной.
Здесь уже присутствовал представитель гномьего банка.
— Лорд Фиравел, вы планируете расплатиться золотом или переводом средств со счета на основании купчей?
— Пусть леди выбирает, — ободряюще улыбнулся князь Люсинде.
Та почему-то продолжала нервничать, но ответила сразу:
— Переводом!
Банковский клерк положил на стол две экземпляра договора. Фиравел и княжна внимательно их прочли, подписали и заверили оттисками фамильных печатей. Князь ненароком заметил, как неказисто смотрится на тонком девичьем пальчике родовой перстень. Да, его значительно уменьшили, чтобы не сваливался с руки, но все равно громоздкость украшения совершенно не сочеталась с миниатюрной комплекцией хозяйки. Девушка не сказать чтобы была низкой — Фиравелу она доставала до уха, но общая стройность и тонкость черт… Таких непроизвольно хочется защищать.
Князь одернул себя — одну уже назащищался. Не умеешь разбираться в разумных существах, Фир, — учи законы. Может, в них полезным будешь. Хоть где-то тебя не смогут обмануть. Однако, поднявшись, прежде чем уйти, уточнил:
— Мой прошлый конь был другой породы. Если я наведаюсь в Лунный Камень пообщаться с вашими специалистами в отношении ухода и выездки, вы же не будете против?
— Не-ет, — не совсем уверенно произнесла Люсинда, — приезжайте.
Неужели что-то таки скрывает? Глупости! У Анариона там целый отряд охраны, который бы не дал под своим носом проворачивать темные делишки. Фиравел считал ненормальным, когда одноклассников по академии уважали не за них самих, а за высокопоставленных родственников. Люсинде же могло просто не повезти появиться на свет в семье предателей и интриганов. Родителей, в конце концов, не выбирают.
— Вы… можете дать Марципану другое имя, — сообщила княжна, когда они оба снова вышли в коридор. Однако Фиравелу показалось, что она хотела произнести что-то совсем другое. — Он еще молодой и привыкнет.
— Незачем. Это имя ему подходит, да и я люблю сладкое. Но вы же не это хотели сказать?
— Простите, а… куда вы денете своего теперешнего коня?
— Никуда. Останется там же, где и сейчас: в конюшне Сияния. Его ранили в Грозовом Утесе, и теперь Шах не может переносить нагрузки. Я его проведываю, и немного выезжаем, чтобы он не сильно грустил. Я почти год отсутствовал, и новый конь был не нужен. Поэтому я только сейчас озаботился его покупкой. Почему вас это тревожит?
Люсинда смутилась.
— Я знаю, что это уже не мое дело, но мне важно, чтобы Марципана не обижали и, когда он состарится, не пустили на колбасу. Если по какой-то причине конь станет вам обузой, вы только напишите, мы его заберем.
Фиравел снова почувствовал раздражение и сухо проговорил:
— Вроде бы я не давал поводов, чтобы обо мне сложилось столь низкое впечатление.
— Извините! Я никоим образом не хотела вас задеть! — горячо произнесла Люсинда. — Просто… этот жеребенок первый, которого мы продаем. Я… чувствую себя предательницей, что ли. Это глупо и сложно объяснить…
— Не волнуйтесь, — куда миролюбивее ответил Фиравел, поняв природу сомнений княжны. — Я вам гарантирую, что буду для Марципана хорошим хозяином.
Люсинда кивнула и, уже когда они вышли из здания и Фиравел собирался попрощаться, внезапно спросила:
— А вы правда улетали на другую планету?
Князь от неожиданности икнул.
— С чего вы взяли?
— Мир слухами полнится…
— Да, но это информация не для широкого круга.
— Конечно. Я понимаю. Может, если вы приедете пообщаться о породе, вы могли бы что-то рассказать? Простое. Меня не интересуют государственные секреты.
— Хорошо. Я, как выберу время, пришлю вам письмо.
Княжна благодарно кивнула, и один из телохранителей подал ей руку, помогая сесть в открытую коляску. Фиравел же пошел назад к распорядителю аукциона. Надо было решить вопрос с переселением Марципана в его новый дом. На самом деле князь очень сомневался, что правила выездки, содержания и питания пород сильно различаются. Но ему стало безумно интересно посмотреть своими глазами, что происходит в Лунном Камне. Ведь, по словам отца, это было никчемное и совершенно запущенное княжество.
[1] Упоминаются события «Выбора короля эльфов», для сюжета этой книги не важные.
Глава 42
«Две тысячи мирианов! Две!» — восторженно крутилось в голове Люсинды. Они-то рассчитывали выручить за Марципана мирианов восемьсот, ну в лучшем случае тысячу. Теперь же у них будет небольшая «подушка безопасности». Реитас почему-то именно так странно называл запасные средства. От чего может обезопасить подушка? Разве что от удара головой о спинку кровати, если рухнуть на нее с ходу, безумно устав. А Люсинда уже, кажется, была в таком состоянии.
Открытие ипподрома стремительно приближалось, и вместе с этим как на дрожжах росли и страхи княжны. Что если не получится все организовать? Вдруг она потратила почти все средства, а затея провалится? Запасным вариантом было только коневодство. Однако даже если им повезет, новых жеребят можно будет продавать лишь через полтора года. Две тысячи мирианов — это, конечно, хорошо, но совершенно недостаточно, чтобы удерживать на плаву так долго целое княжество. И что тогда? Кредиты, которые высосут все соки и лишь глубже загонят Лунный Камень в нищету? Замужество? Неприятный холодок пробежал по телу Люсинды. Выйти замуж по такой причине ей представлялось не только фактической распиской в своей несостоятельности как главы рода, но и жестом полного отчаяния. Ведь ей придется сделать выбор не по любви, а из соображений целесообразности.
В общем, на момент прилета в Лунный Камень прекрасное настроение княжны было уже напрочь отравлено печальными мыслями.
— Неужели не удалось продать? — шокированно спросил Реитас, подавая княжне руку и помогая выбраться из аэрокара.
— Удалось, — устало ответила она. — За две тысячи мирианов.
— Две?! — потрясенно проговорил управляющий, и улыбка уже начала раздвигать его губы, как он спохватился: — Что тогда не так? На вас лица нет!
— Все так, кроме одного. Открытие ипподрома совсем скоро. Да, мы разошлем приглашения, но что если никто не приедет?! Мне стоит, наверное, улететь временно в Аэркарас, начать посещать светские салоны и заводить знакомства… Вот только боюсь, не поможет. В глазах большинства я презренная дочь предателя.
— Думаю, вы драматизируете.
— Не успокаивайте меня, лорд Реитас. Я видела их глаза ничуть не хуже, чем сейчас ваши. Думаю попросить помощи у князя Таурохтара и леди Вестеле, самый надежный путь для спасения ситуации.
