Системный Друид (СИ) - Ло Оливер

Рекомендация: Избегать последовательных активаций до восстановления мана-каналов.

Треть маны за каждый рывок. Это означало, что в бою я мог позволить себе два, максимум три перемещения, прежде чем останусь пустым. Негусто, но для тактического манёвра, уйти с линии атаки или сократить дистанцию, этого хватит. Все же иметь такой козырь у себя в руках может быть очень полезно.

Я надеялся, что со временем смогу выдерживать большую нагрузку. Мана-каналы этого тела были неразвиты, как мышцы у человека, который всю жизнь просидел за столом. Тренировки должны были это исправить. Вот только осталось понять, как их тренировать и как далеко в этом можно зайти.

Иногда, во время упражнений, я замечал серебристый силуэт на границе поляны.

Сумеречный Волк наблюдал за мной с выражением, которое можно было принять за скуку или снисхождение. Он лежал в тени деревьев, положив тяжёлую голову на передние лапы, и его жёлтые глаза следили за каждым моим движением.

Когда я в очередной раз не рассчитал дистанцию и едва не впечатался в берёзу, волк издал звук, похожий на тяжёлый вздох. Человеческий, усталый вздох существа, наблюдающего за чем-то одновременно забавным и печальным.

А потом он… показал мне, как это делается. Это было очень неожиданно.

Волк поднялся одним плавным движением, словно перетекая из лежачего положения в стоячее. Его мышцы под серебристой шкурой напряглись, и в следующий миг он исчез.

Хотя нет, не совсем исчез. Я благодаря тому, что обратил внимание на действия мана-зверя и сосредоточился на нем, успел заметить размытый след, серебристую линию, прочертившую воздух от одного края поляны к другому. Волк появился у дальних деревьев, в пятнадцати метрах от исходной точки, и тут же рванул снова, на этот раз под углом, меняя направление в воздухе так, словно законы физики были для него лишь необязательными рекомендациями.

Три рывка. Четыре. Пять.

Зверь чертил по поляне немыслимые зигзаги, его тело превращалось в мерцающий призрак, в росчерк серебра на фоне зелени. Он двигался так быстро, что глаза не успевали следить, фиксируя лишь точки появления, словно стробоскопические вспышки.

Я стоял с открытым ртом, забыв дышать.

Это было красиво. По-настоящему, завораживающе красиво, как северное сияние или водопад в горах. Чистая, первозданная грация хищника, возведённая в абсолют магией этого мира. И тем не менее, пусть это была и магия, но она имела свои принципы и, кажется, я стал понимать в этом немного больше.

Волк остановился так же внезапно, как начал. Он стоял у того же дерева, с которого начал демонстрацию, и смотрел на меня своими янтарными глазами. В них читалось что-то, похожее на вызов, словно он спрашивал: «Понял теперь, как это должно выглядеть, детеныш?»

Я медленно кивнул, хотя не был уверен, что зверь понимает человеческие жесты.

— Спасибо, — сказал я вслух. — За урок.

Волк фыркнул, развернулся и скрылся между деревьями.

Когда я активировал Систему, чтобы проверить его статус, обнаружил кое-что интересное. В описании Сумеречного Волка, которое я видел раньше, была строка о способности «Рывок» и условиях её получения. Теперь этой строки не было, раздел способностей остался, но упоминание о «Рывке» исчезло.

Навык принадлежал мне. По праву.

К вечеру очередного дня я вернулся к хижине уставший, но довольный.

Тело гудело от нагрузок, мана восстанавливалась медленно, хотя лунная смородина отлично с этим помогла. Кажется, я даже переел ее на неделю вперед.

Упражнения давали результат. Я начинал чувствовать границы своих возможностей, понимать, где пролегает черта между тем, что я могу, и тем, что пока мне недоступно.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки меди. Я сел у основания старого дуба, росшего на краю поляны, прислонившись спиной к шершавой коре. Усталость наваливалась приятной тяжестью, и я закрыл глаза, позволяя мыслям замедлиться.

В прошлой жизни меня научил медитировать один индус, Раджив, инструктор по йоге, который несколько лет работал в заповеднике на Алтае. Странный был человек, тихий, улыбчивый, с привычкой говорить загадками. Но его техника работала. После долгих смен, когда нервы были натянуты до предела, двадцать минут медитации восстанавливали силы лучше, чем несколько часов беспокойного сна.

Я дышал глубоко и ровно, отпуская напряжение из мышц. Звуки леса обтекали сознание, птичьи трели, шелест листвы, далёкий стук дятла. Мысли замедлялись, превращаясь из бурного потока в спокойное течение.

И тогда что-то изменилось.

Ощущение пришло внезапно, странное, ни на что не похожее. Словно границы тела размылись, растворились в окружающем пространстве. Я чувствовал кору дуба за спиной уже не как твёрдую поверхность, а как часть чего-то большего, живого, пульсирующего медленным, величественным ритмом.

Я ощущал корни дерева, уходящие глубоко в землю, разветвляющиеся, переплетающиеся с корнями других деревьев в невидимую подземную сеть. И по этой сети текло что-то для меня непривычное. Энергия, сила, сама жизнь леса.

Она стекалась ко мне. Тонкими, едва уловимыми струйками, просачиваясь сквозь кору дуба, сквозь мою спину, впитываясь в тело. Мана? Неужели ее можно пополнять из окружения?

На долю секунды мне показалось, что я сам становлюсь деревом. Мои ноги превращаются в корни, врастающие в почву. Руки тянутся вверх, к свету, становясь ветвями. Кожа грубеет, покрываясь корой. Я часть леса, а лес часть меня, и между нами нет границы, никогда не было.

Видение вспыхнуло ярким светом и погасло так же внезапно, как появилось.

Я открыл глаза, тяжело дыша. Сердце колотилось, ладони вспотели. Спина всё ещё прижималась к коре дуба, но ощущение связи исчезло, оставив после себя лишь эхо, тёплое, успокаивающее.

Что это было?

Я попытался повторить опыт, закрыв глаза и сосредоточившись на дыхании. Но сколько ни старался, видение не возвращалось. Словно дверь, приоткрывшаяся на мгновение, снова захлопнулась.

Система молчала, не предлагая объяснений. Я уже привык, что она реагирует только на конкретные объекты или события, а не на смутные ощущения и видения.

Я поднялся, отряхивая штаны от сухих листьев. Тело ощущалось странно, одновременно усталым и полным какой-то новой, незнакомой энергии. Мана восстановилась быстрее, чем обычно, это я чувствовал точно.

Медитация в этом мире работала иначе. Не просто как инструмент для успокоения ума, а как нечто большее. Связь с окружающей природой? Способ черпать силу из самой земли?

Я обернулся, глядя на старый дуб. Его крона раскинулась над поляной зелёным шатром, ствол был таким толстым, что три человека с трудом обхватили бы его, взявшись за руки. Сколько лет этому дереву? Сто? Двести? Может, даже больше.

На мгновение, краем глаза, я заметил мерцание. Полупрозрачная панель, появившаяся у ствола дуба, мигнула и тут же исчезла, слишком быстро, чтобы я успел прочитать текст.

Я напряг зрение, пытаясь снова активировать Систему, направить её на дерево. Воздух перед глазами оставался пустым, никаких панелей, никакой информации.

Но кое-что я успел заметить, прежде чем сообщение исчезло. Заголовок, мелькнувший золотистыми буквами.

Объект: Древний Дуб…

Дальше текст я просто не успел прочитать.

Я стоял перед деревом, ощущая, как мысли разбегаются в разные стороны. До сих пор Система показывала мне информацию только о живых существах, зверях, людях, и о растениях с конкретными свойствами, травах, ягодах, грибах. Но это был просто дуб. Старый, огромный, величественный, но всё-таки дуб.

Или не просто?

Вспомнилось видение. Корни, уходящие в землю. Энергия, текущая по невидимой сети. Ощущение, что дерево живое в том смысле, в каком обычные деревья живыми не бывают.

Навыки можно получать от мана-зверей. Это я уже знал, испытал на собственной шкуре. Медвежонок дал мне «Каменную Плоть», волк, сам того не желая, «Рывок», ядозуб, «Стойкость к ядам».