А вчера Надюха вдруг не пришла в школу, хотя собиралась. И сегодня её место тоже пустовало. Тайка сунулась в группу – надо же, и главы новой нет. Что случилось? Может, подруге нездоровится?
«Привет. Ты как там?» – написала она сообщение в «Ватсап».
В ответ получила грустный смайлик.
«Заболела?»
Опять грустный смайлик – на этот раз рыдающий.
Стало ясно: Надюхе нужна помощь. После уроков Тайка зашла в магазин, купила сетку с апельсинами и пошла в гости. И плевать на вредную бабку. Не дело это – кукситься в одиночестве.
Зарёванная подруга её визиту поначалу не очень обрадовалась, но, увидев свои любимые апельсины, сменила гнев на милость:
– Заходи. Чай будешь?
– Ага. Если, конечно, твоя бабушка не будет ругаться…
– Не-а. Родаки в город за шмотками уехали, так что я сегодня одна ночую.
Пока Надюха ставила чайник, Тайка изучала многочисленные плакаты на стенах. Чего тут только не было: драконы, могучие воительницы с мечами, маги, монстры… Тайка припомнила, что подруга обожает картины Бориса Вальехо, вечно их распечатывает, чтобы обернуть тетрадку или дневник. Без волков тоже не обошлось. Некоторые были нарисованы карандашом. Причём весьма недурно.
– Ты ещё и рисуешь?! – восхитилась Тайка.
Надюха отчего-то смутилась и принялась сдирать со стен карандашных волков.
– Это не я. Это Валерчик. Он в художке учился.
– Так это он тебе подарил?
– Угу… – всхлипнула она.
– А чего снимаешь тогда? Вы что, поссорились?
И тут Надюха разревелась. Ну всё, теперь, пока не прорыдается, от неё ни слова не добьёшься.
Тайка взяла дело в свои руки: налила чаю, нарезала апельсины дольками, сделала бутерброды из того, что нашлось в холодильнике. Потом усадила подругу на табурет, сунула ей под нос чашку, а сама устроилась напротив, подперев подбородок руками:
– Ну, рассказывай.
– Ты мне не поверишь.
Надюха вытерла нос рукавом.
– Эй, я же твоя подруга! Он тебя обидел?
Тайка старалась не показывать волнения, но на душе скребли кошки. Что же этот Волков натворил? Может, приставать начал? А вдруг ударил? Тогда она сама его ударит. Кочергой. Чтобы неповадно было.
– Нет… Но мы… Может, уже и расстались – не знаю. Наверное, я спятила, Тай. Я слышала, тебя все ведьмой зовут. И тогда на дороге мы видели путеводный огонёк, но… Мы же современные люди. Это не может быть правдой?
– Но это правда, – очень серьёзно кивнула Тайка.
– Значит, ты веришь, что магия существует?
– Не верю, а знаю. А ты сама разве не веришь?
Говорят, если долго избегать какой-то темы в разговоре, однажды она всё равно вас нагонит и встанет ребром. Похоже, этот момент настал. Тайка сама не понимала, отчего так волнуется. Возможно, она всё это время в глубине души злилась на подругу, которая обладала талантом творить, но не верила в свои силы?
– Я теперь уж и не пойму, – развела руками Надюшка. – То есть мне очень хотелось бы, чтобы это было правдой. Ты знаешь, я сочиняю всякое. Про оборотней, про вампиров, про мир-за-туманами… Но это же мои выдумки. И ты сказала, что те страшилки осенью я тоже выдумала.
– А ещё я говорила, что в каждой выдумке есть доля правды.
– Ну, наверное, это чтобы меня утешить. Потому что мы подруги и ты меня любишь, несмотря на то что я дурочка непутёвая.
– Эй, не повторяй за своей бабушкой ерунду. Я – не она. Так что стряслось-то?
– Только не смейся, пожалуйста! – Подруга втянула голову в худенькие плечи. – Я тут на днях на автобус не успела и осталась у Валерчика ночевать. Не подумай ничего такого – на раскладушке спала. А посреди ночи проснулась. Глаза открываю: а Валерчика нет, окно распахнуто. А они, между прочим, на четвёртом этаже живут. У меня сердце в пятки ушло. Вдруг, не знаю, плохо ему стало. Решил подышать – и выпал. И надо бы встать, посмотреть, его родителей на помощь позвать, если что… А у меня ноги ватные, и сердце колотится. Пока я медлила, в окно запрыгнул волк. Что головой качаешь? Думаешь, мне приснилось?
– Нет-нет. Ты продолжай, я слушаю.
– Я его очень хорошо рассмотрела, потому что луна была яркая. Серый такой, поджарый, с рыжими подпалинами. Лежу – пошевелиться не могу. А он кувыркнулся на полу и превратился в моего Валерчика. Я глаза-то прикрыла, а сама в щёлочку подсматривала. Он на меня глянул подозрительно, но решил, что я сплю. Лёг на кровать и тоже уснул. А я встала, вещи схватила и, не дожидаясь утра, дала дёру. В коридоре ещё на волчий след наткнулась, представляешь? И в родительской спальне кто-то рычал. Так до рассвета сидела ревела на остановке, а потом на первом же автобусе уехала.
Признаться, этот рассказ даже у Тайки вызвал сомнения. Всё-таки Надюха – та ещё выдумщица. Если она сама себя запугала так, что её страхи стали явью, может, она вообще этого Валерчика выдумала? А что, это объяснило бы, почему его никто не видел и встречи всё время переносились. Подозрительно. Эх, как бы так её спросить, чтобы не обидеть?
– И что, он после этого тебе не звонил?
– Звонил. Только я трубку не брала. – В доказательство своих слов Надюха показала восемнадцать пропущенных. – Тай, он знает, что я живу в Дивнозёрье. Вдруг найдёт? Скажи, я спятила, да? «Сумерек» перечитала?
Тайке стало немного стыдно, что она не верила подруге. Всё-таки у любой фантазии есть пределы, и выдуманный парень не смог бы звонить. Ну, наверное… Она решила отбросить сомнения – ведь те, как говорят, убивают дружбу.
– Ты не спятила. И книжки тут ни при чём. Оборотни на самом деле существуют. Это я тебе как ведьма говорю.
– Ой, и ты с ними встречалась?!
– Ага, было дело…
Надюха посмотрела на подругу с восхищением:
– И не испугалась?
– Они довольно опасные. Но бояться нечего, если знаешь, как защититься. Я дам тебе оберег, повесь его у входа, и тогда ни один оборотень не сможет войти в твой дом без приглашения. А ещё они не любят серебро.
– О, у меня серёжки серебряные.
– Ну, я, скорее, про ножик. Или про пули. Ты же сама в повести писала, помнишь?
– Неужели достоверно получилось? – У Надюхи загорелись глаза. – Ответь как специалист: я там нигде не накосячила?
Тайка улыбнулась:
– Нет-нет, у тебя всё как надо. Было бы что-то не так, я бы сказала. Ты успокойся, пожалуйста. Во-первых, несмотря на то что оборотни существуют, превращение Волкова тебе всё-таки могло присниться. Так бывает, когда много о чём-то думаешь.
– Но…
– Дай договорю. А во‐вторых, я бы на твоём месте с ним поговорила. По телефону он же тебя не укусит.
– И что я ему скажу?
Надюха комкала в руках край скатерти. Её испуганные глаза казались большими-большими – во всё лицо.
– Правду, – пожала плечами Тайка.
– А если начнёт отрицать?
– Тогда мы его выведем на чистую воду. Серебром и заговорами. Ну или убедимся, что он чист, и скажем, что пошутили.
– Страшно…
Надюха поёжилась, хотя в доме было тепло. Остывший чай стоял на столе, но никто из девочек к нему не притронулся.
Тайка не могла до конца понять, что её подруга сейчас чувствует. Она-то о существовании волшебства знала с самого детства. Ещё говорить не умела, а уже играла с коловершей, ползала по саду за кикиморами, а домовой Никифор, по рассказам бабушки, часто качал её люльку и рассказывал сказки на ночь.
– Надь, послушай. Оборотни – такие же, как люди. Есть хорошие, есть плохие. Разные, в общем. Некоторые за всю жизнь ни одного человека не укусили. Ты же с детства всякие ужастики читаешь. И пишешь. Почему сейчас-то испугалась?
– Я не думала, что всё это есть на самом деле… – вздохнула Надюха. – Что ж, придётся как-то с этим жить. Наверное, ты права, надо позвонить Валерчику. Но… Можно не сегодня? Нужно с духом собраться. Тай, а ты не могла бы у меня переночевать?
– Хорошо, – кивнула Тайка. – Я только сгоняю за оберегами и серебром. Так будет спокойнее.
* * *
Это напоминало их обычные посиделки. Когда стемнело, Тайка и Надюшка переоделись в пижамы. В шкафу обнаружились чипсы, а на компе – недосмотренный сериал про вампиров. Подруги устроились поудобнее среди подушек и пледов, и Надюха включила видео, но спустя пять минут поставила его на паузу.
