Он важно поднял внушительный птичий коготь:
– Преступник всегда тот, на кого меньше думаешь! Идём к Жарикову, Тая. Чует моё сердце, это он коварный соблазнитель мавок. Притворяется добреньким, а на деле… Не зря же говорят: «В тихом омуте черти водятся»!
– Ну ладно, давай сходим, – пожала плечами Тайка.
– Только в дом сразу заходить не будем. – Пушок понизил голос до шёпота. – Сначала вокруг побродим, осмотримся, в окна заглянем. Нам нужны улики, понимаешь!
Что ж, сказано – сделано.
Дом Жариковых стоял на соседней улице, так что даже идти далеко не пришлось. Тайка дорогу хорошо помнила: сколько раз заносила Илюхе одолженные тетрадки по алгебре, когда домашку списывала.
Они с Пушком не стали заходить через калитку, а осторожно отодвинули одну из досок на заборе и просочились внутрь. У Жариковых ещё никто не спал: во всём доме светились окна, на первом этаже неразборчиво бубнил телевизор.
Коловерша вспорхнул на карниз и прислонился лбом к стеклу, придирчиво щуря кошачьи глаза.
– Так-так-так, на ужин у них курица, – наконец сообщил он.
– И что?
– Да ничего…
Пушок переместился к соседнему окну.
– Я думала, ты сейчас скажешь что-нибудь про дедуктивный метод. Мол, курицу на ужин едят только отпетые преступники.
Тайка не удержалась от смешка. Коловерша глянул на неё с укоризной:
– Вот если бы они ели, скажем, брюссельскую капусту, тогда я бы задумался, что что-то тут нечисто. Ведь никто не станет есть брюссельскую капусту по своей воле!
У Тайки было иное мнение на этот счёт, но возражать она не стала. Спорить с Пушком о еде – себе дороже. Вместо этого она осторожно тронула его за хвостовое перо:
– Ну что там?
Коловерша вздохнул и, вернувшись к ней на плечо, пробурчал на ухо:
– Наверное, ты права. Дом как дом. Илюха сидит с сестрой уроки делает. На вид нормальный. Ничего подозрительного.
– Вот, я же тебе говорила! – вырвалось у Тайки.
Обычно в таких случаях она старалась промолчать, даже когда оказывалась права, но за Илюху Жарикова ей было почему-то обидно. Ну правда ведь хороший парень! Друг даже!
Пушок снова посмотрел на неё с укоризной, но оправдываться не стал.
– Короче, полетели к Серовым. Теперь я уверен, что наш преступник там. Ты ж знаешь, у меня на такие дела чуйка!
* * *
Похоже, на этот раз предчувствия коловершу не обманули. Он полетел вперёд и, пока Тайка, прыгая по лужам, его догоняла, трижды пролетел мимо нужного дома.
– Ничего не понимаю, – буркнул он, умащиваясь на соседском заборе. – Я же Дивнозёрье знаю как свои пять пальцев. А тут такое ощущение, будто кто-то глаза отводит. Подозрительно это!
Тут Тайка была готова с ним согласиться. Сама она ничего не чувствовала и дом видела таким же, как всегда. Обычный, деревянный, старый, но ещё крепкий, с весёленькими ситцевыми шторами на окнах. Но Пушок прежде топографическим кретинизмом не страдал, а значит, впору было задуматься об обереге от всякой нечисти. Не иначе как Серов решил от мавок защититься, потому что знал, что те придут по его душу.
– Тая, это улика! – зашелестел коловерша. – Стой! Куда ты! Не ходи к нему, это опасно!
– Нет уж, я поговорю с Серовым начистоту!
Она решительно тряхнула косами и, несмотря на яростные протесты Пушка, взбежала на крыльцо. Илья отворил дверь почти сразу, но поздней гостье явно удивился:
– Ой, привет, Таюха! А говорили, ты болеешь.
– Выздоровела, – буркнула Тайка, перешагивая порог. – Слушай, поговорить надо.
От такого напора одноклассник слегка опешил и попятился, пропуская её внутрь.
– Э-э-э… Ладно. Я к ребятам на лавочки собирался, но могу и попозже дойти. Чаю хочешь?
– Нет, спасибо.
Былая решимость вдруг куда-то подевалась, и Тайка переминалась с ноги на ногу на коврике у двери, думая, с чего начать.
– Давай! Жги глаголом! – прошипел Пушок ей на ухо.
Ишь, каких выражений набрался. Похоже, не только фильмы смотрит, но ещё и книжки читает в свободное от еды время.
– Знаешь, мне нужно кое о чём тебя спросить…
Ох, глупое начало получилось. Тайка понимала, что выглядит как дурочка, которая накануне выпускного пришла однокласснику в любви признаваться. Судя по тому, как Илья расплылся в улыбке, он тоже подумал именно об этом. Подбодрил даже:
– Да ты не тушуйся, Таюха! Все ж свои!
И она, зажмурившись, на одном дыхании выпалила:
– Скажи, с тобой в последнее время не происходило чего-нибудь странного?
– Чего, например? – насторожился он.
– Ну, ты не встречал какую-нибудь девушку? Такую… Необычную.
– Тай, ну что ты ходишь вокруг да около?
Серов попытался взять её за руку, но она поспешно выдернула ладонь:
– Ой! Нет, ты не то подумал. Просто… кто-то сильно обидел мою подругу. И я ищу того, кто это сделал, чтобы уладить дело миром.
Илья, казалось, смутился. Он отступил на шаг и, неловко усмехнувшись, спрятал крупные кисти в карманы джинсов. Тайке показалось, что в его взгляде мелькнуло сожаление.
– А-а-а… – протянул он. – Ну, понятно.
Ха! Понятно ему, как же.
– Если я ничего не сделаю, этого парня могут найти и… понимаешь… отомстить ему.
Тайка приняла как можно более суровый вид, чтобы показать, что она тут не шутки шутить пришла.
– У неё что, семья такая строгая? – удивился Серов. – Тогда я не завидую этому балбесу.
В его глазах не было страха, и на лице не дрогнул ни один мускул. Он совсем не походил на человека, которого поймали с поличным.
– Поклянись, что это был не ты! – нахмурилась Тайка.
– Ну, типа клянусь, – пожал он плечами. – Я никого не обижал. Ну, если не считать наших стычек в детстве. Но это ведь уже в прошлом, да? Я же извинялся, помнишь?
Конечно, Тайка помнила. Друзьями после этого они не стали, но дети есть дети. Глупо было бы дуться за подколы, которые закончились в начальной школе.
– А зачем тогда скрываешь свой дом от посторонних глаз?
– Что?! – изумлённо вытаращился на неё Илья. – Странная ты какая-то. По ходу, перегрелась всё-таки на солнышке.
– У тебя есть какой-то оберег?
Тайка решила ни за что не отступать. Пускай считают странненькой – уж это ей не впервой.
– Разве что твой старый… Помнишь, ты сделала ещё в третьем классе?
– Ах, этот… – Тайка с трудом, но всё-таки вспомнила, о чём речь. – Который ты у меня отнял.
– Да? Ну, прости… – виновато развёл руками Серов. – Мне нравилось думать, что ты его мне подарила. Он до сих пор у меня на настольной лампе висит. Хочешь, покажу?
– Тая, по-моему, он врёт, – промявчил Пушок ей на ухо. – Ох, мутит воду, темнит, скрытничает. Подозрительный тип!
Но Тайка мотнула головой. Нет, похоже, Илья не врёт. В те годы она, конечно, ещё не очень хорошо умела делать обереги, но один у неё получился. На вид простенький – маленький браслет из синих и белых ниток мулине – зато действенный. Помнится, Тайка очень жалела, что школьный хулиган отвязал его от её портфеля и не отдал. Кто мог подумать, что этот маленький сувенир Илья сохранит на годы? Небось, даже не подозревал, что эта штука и впрямь что-то умеет.
– Послушай… – Одноклассник робко кашлянул. – А если ты выздоровела, значит, на выпускной всё-таки пойдёшь.
– Не знаю. Наверное…
– А можно я тебя на танец приглашу?
– Э-э-э… Знаешь, уже поздно, мне пора домой!
Тайка выскочила и поспешно сбежала с крыльца, едва не поскользнувшись на влажных досках. Пушок реял над её головой и тихонько ухал по-совиному. В этих звуках девушке почудилось хихиканье, поэтому уже за забором она упёрла руки в бока и, задрав голову к небу, фыркнула:
– Вот тебе и «чуйка»! Не он это.
Но Пушок, ничуть не смутившись, парировал:
– Вообще-то я с самого начала на Жарикова ставил. Это ты сказала: не трогай его, он друг и просто хороший парень.
– А ты всё равно не заметил ничего подозрительного, горе-сыщик.
– Ну, значит, мы оба плохо смотрели. – Пушок, пристроившись на ветку старой яблони, свесился с неё вниз головой так, что его круглые жёлтые глазищи оказались прямо перед Тайкиным носом. – Нужно придумать план «Б».
