– Утро доброе! – На окрик моего слуги из дверей выскочил молодой приказчик.
Подав мне руку, он пошел обратно и завел меня в большой кабинет, оставив напротив огромного хозяина. Надо же, оборотень-медведь! Думала, их уж нет!
– Добро пожаловать, Ефросинья Милонеговна! Чаю? – добродушно улыбнулся медведяка.
С любопытством рассматривала этот образчик оборотня… Весьма импозантный, широкоплечий, высокий, даже несмотря на бороду истинный боярин… Вполне мне подходил. Но решила, что и так перегибаю палку своим неприкрытым интересом.
– С кем имею честь говорить? – напомнила ему об этикете.
– Прошу простить! Михайло Потапыч! Чем можем помочь? – Он тоже тщательно изучал меня.
– Мне бы баню, сарай и забор вокруг сада и огорода.
– Какие сроки?
– До конца лета управитесь? – хмыкнула я, приподняв одну бровь.
– Дня за три… – ухмыльнулся оборотень.
– Посмотрим! – не поверила я. – А стоимость?
– Пять тысяч – работа, а за материал оплата по факту.
– Когда сможете приступить? – Игра в гляделки уже надоедала.
– Сегодня же!
– Старые постройки сносить, но все делать на них! – добавила я, поднявшись.
– Не вижу никаких препятствий! – Встал и медведь. – Так может, чаю?
– Буду дома, и попьем, – внезапно смягчилась я. Оборотень приблизился. Несмотря на мой немалый рост, он все равно был выше, что мне внезапно понравилось.
– Сочту за честь! – Он подал мне руку, и я взялась за нее. Доведя меня до экипажа, Михайло Потапыч внезапно склонился и поцеловал запястье. – Весьма рад знакомству!
– Я тоже. – Уже садясь, посмотрела на него благосклонно.
Мы медленно отъезжали от артели, я даже ощущала зуд между лопаток – так долго меня провожали взглядом. Ну, по ауре жены не видно, так чем не кандидат в женихи?
Базар появился внезапно после одной из улиц. Подобрав корзинки, ушла к рядам. По дороге прихватила двух мальчишек в качестве носильщиков. Сначала на глаза попались мясные лавки, и первая корзина заполнилась отборными кусками говядины, свинины, тушками кур, утки и даже пары кроликов. Следом вторая – колбасами и кусочками копченого мяса и сала, которые одурманивающе пахли специями. Вроде позавтракала… а есть снова хотелось до одури!
Решительно отмахнулась от этих мыслей, направившись к молочным прилавкам. Две корзины были полны сырами, творогом и крынками с молоком и сметаной. Мальчишки уже пыхтели под тяжестью ноши, когда я увидела овощи и зелень. Вот, чем еще нужно запастись, сделаю потом заказ!
Быстро собрав еще одну, я уже устремилась к выходу, но в толпе внезапно выцепила взглядом старика. Он понуро стоял у забора, держа на веревке козу. Животное испуганно пучило глаза и жалобно блеяло. Не знаю, зачем я решилась на этот поступок… Но, отпустив мальчишек с горстью мелочи у экипажа, я вернулась на рынок.
– Добрый день! Коза, смотрю, пуховая? А молоко дает? – остановилась я у парочки.
– Да, сударыня, и пух, и молоко! И окотная, уже вторым козленком! – обрадовался мне старик и зашамкал беззубым ртом. – Почти задаром, всего десять рублев!
Вдруг почувствовала, что что-то не так… Магия молчала – подсказывала интуиция.
– Почему продаете?
– Старый я уже за ней глядеть! Траву не накосить на зиму! – юлил дед, пряча глаза. – У меня и подарок к ней есть! Кур не осталось, а петуха без них хлопотно держать!
Я уже не обращала внимания на старика… Взгляд упал на мешок с несчастной птицей у него под ногами. Там барахтался и кряхтел петух. Клюв, что ли, замотан?..
– На! – Сунула ему купюру. Больше не сомневаясь, подобрала мешок с земли и выхватила веревку из рук продавца.
– Благодарствуйте, сударыня! – выпалил дед и, несмотря на возраст, буквально исчез в толпе, шустро маневрируя.
Потянув за веревку, повела понурившуюся животину к экипажу. Кучер быстро поставил ее мне в ноги, туда же я положила весьма тяжелый мешок с притихшей птицей. Откуда у меня странное чувство, что я должна была это сделать? У меня даже сарая еще нет! И вот куда их?
Так, в раздумьях, и вернулась к дому Адель. Перед самыми воротами за нами увязалась стая собак. Они с остервенением гнали кого-то… Кучер даже придержал лошадь – псины, внезапно изменив движение, кинулись прямо под колеса. Я едва успела откинуть их магическим пассом. Вот очень люблю животных… но собак на дух не переношу!
Псы с визгом разбежались по сторонам. Кучер спрыгнул с козел, пытаясь успокоить испуганную лошадь. А потом, заглянув под колесо, схватил и вытащил на свет серого ободранного кота. Тощего, как старый веник, и боязливо сжавшегося в руке! Слуга хотел было отбросить его в сторону, но я, обреченно вздохнув, сказала:
– Нет, давай сюда!
Видимо, сегодня звезды сошлись так, чтобы в моем доме было пополнение!
Кучер удивленно покосился на меня и протянул кота. Да нечего на меня так смотреть! Сама не понимаю, что происходит! В руках с мешком с петухом и ободранным беглецом зашла в портал, наблюдая, как кучер заносит купленное на рынке.
– Батюшки святы… – оторопел Василий.
– Не спрашивай! Хотел живности – получай! – отрезала я, оставляя птицу на полу и унося кота в кабинет. Его надо было срочно лечить. На теле живого места не разглядеть! – Не лизать мазь! Понял? – приказала раненому. Занеся в светлицу, посадила его на лавку и дала порцию мяса и молока.
Выглянув в окно, с удивлением заметила привязанную к дереву козу и ярко-рыжего петуха. Он важно ходил вокруг и пощипывал траву, подкладывая козе под морду. Та меланхолично жевала…
Вот чую подвох!
Глава 8
Домовой затих. То ли припасы раскладывал, то ли задумал что… За домом тем временем слышался стук. Отряхнувшись, сняла фартук, который повязала, когда лечила кота. Пойду гляну, кажется, Михайло уже принялся за работу. Неужели действительно за три дня все закончит?
Работа кипела… С десяток крепких мужчин, разобрав завалы старых построек, уже шустро ставили опалубку сразу на два места. Взамен прежнего забора закапывались очищенные бревна.
– К обеду часть ограды уже будет стоять! Покроем каждое бревнышко и доску специальным составом. Сто лет простоит, ни жук не возьмет, ни природа! – Ко мне подошел оборотень. Искоса глянула на него: рубаха на груди распахнута, рабочие штаны… Красив, зараза!
– Это хорошо. Обед через два часа, – согласилась я.
– С нетерпением жду! – Оборотень скользил по мне взглядом, особо не скрывая интерес. Я же, смутившись, поспешила уйти.
«Сяду повышиваю лучше…» – думала я, буквально сбегая в избу.
– Василий! У нас гость! – буркнула, принимаясь за вышивку у окна. Начну с рушников.
– Два медведя в одной берлоге не живут! – высказался домовой. – И у козы молока нет! Зачем нам петух без кур?..
– Как без молока? – оторвалась я от ткани.
– Да окотная, двумя козочками… Но молока нет!
– Ладно, потом будет! Кур куплю, как сарай встанет! – оправдывалась я перед Василием, чувствуя вину непонятно за что.
– Кота больного на последнем издыхании зачем в дом приволокла? – продолжал яриться домовой.
– Да не собираюсь я сдыхать! – вдруг ответил тот и, встряхнув шерстью, превратился в шикарного темно-серого котищу.
– Ты еще кто? – Собрала в руке ком магии, собираясь прибить его.
– Банник я! – Мгновение – и на лавке уселось лохматое существо. Только глаза и видны.
– Дожили! Банника не признали! – охнул домовой.
– Так и не видели никогда… – Я оторопело рассматривала нечто непонятное.
– Банька есть? – Банник почесал откуда-то взявшейся рукой с когтями грязную бороду.
– Строят! Как звать-то? – засомневалась я.
– Степан! Строят – это хорошо! А то устал я в городе, напридумывали эти свои «ванны». Порядочной нечисти и приткнуться негде! Можно я у вас останусь?
– Оставайся! – успокоившись, я вернулась к рукоделию.
