Последний Паладин. Том 17 (СИ) - Саваровский Роман

— Зря, зря, зря… — раздался голос Артемиса, в то время как Лиса спиной ударилась о спинку дивана и упала на пол.

С огромным трудом она подняла голову, готовясь уворачиваться, но Артемис к ней не шел. А просто покачал головой и подставил спину.

— Глупец, — подумала Лиса, и потянулась за дымчатым кинжалом, который еще ощущала у себя на поясе, но вот взять его не смогла. Рука предательски прошла сквозь него, как сквозь дым, и только сейчас девушка с ужасом осознала, что не чувствует своих сил.

Не чувствует Связи с миром Теней.

И только сейчас Лиса обратила внимание на свою Тень, из которой, словно кровь из раны, толчками вытекала энергия. И с каждым толчком ее Тень становилась все меньше и меньше. И все меньше и меньше ощущался контроль над дымчатым клинком.

Девушка попыталась закрыть брешь, но не могла. Силы не отзывались, и она просто наблюдала как из ее Тени вытекает все.

— Это конец, девочка, — раздался голос севшего рядом на диван с пирожком и чаем Артемиса, — твоя Связь с миром Теней нарушена. Даже Сумрак не смог залечить ранение этой техникой, и из его отрубленной лапы я выковал этот клинок, кивнул он на вновь начавший восстанавливаться артефакт на поясе.

— Хе, то есть ты сосался с вороном? — выплюнула булькающим смешком Лиса.

— Есть силы шутить? — цокнул языком Артемис, — но ничего, это ненадолго. Ты не умрешь, но не сможешь ни пошевелиться, ни говорить. Будешь лежать и чувствовать каково это лишится своей тени. Каково лишиться всего. Станешь жалкой парализованной оболочкой. Захочешь молить о смерти, но не сможешь. И даже если Маркус придет за тобой сюда, ничего не изменится. Как парализованная калека ты будешь ему не нужна. Ты не будешь нужна никому, — с наслаждением наблюдая как из девушки вытекают последние крупицы ее силы, констатировал Артемис.

— Ошибаешься, ублюдок, — вдруг раздался голос из пустоты, и перед вальяжно сидящим на диване Артемисом появился скрываемый плетением Истинной Тени мужской силуэт с желто-черными глазами без белков, — у нее всегда будем мы.

После чего в хижине, следом за появлением Мрака, вспышка за вспышкой, появилось еще восемь безымянных, которые обступили лежащую Лису в защитной формации, готовые биться за нее насмерть.

Глава 15

— Вот оно как, — одарив вниманием каждого гостя, усмехнулся Артемис и отложил свою еду, — простите, господа, на вас тут никто не накрывал.

— Не переживай, мы не ужинать пришли, — бросил ему в лицо подергивающийся дымкой Мрак, — уберем мусор по-быстрому, и уйдем.

— Охо-хо-хо, — расплылся белоснежной улыбкой Артемис, — мне нравится твой взгляд, парень! В нем есть сила! Страсть! — покачивая указательным пальцем, похвалил он, — но кое-чего в этом взгляде все же не хватает…

И с этими словами, без какого-либо движения рукой, тень Артемиса выстрелила в сторону, и ближайшего безымянного разорвало на куски.

— Ты труп, — прорычал Мрак и бросился в атаку.

Одновременно с ним сорвались с места и остальные безымянные. Идеально синхронно перестроили защитную формацию в атакующую, и обрушились на цель со всех сторон.

— Колль… Колль… — прошептала Лиса, слабо вытягивая руку в сторону разорванного на куски «брата».

— Все в порядке, сестренка, не переживай, — поспешил успокоить ее появившийся Кедр, и воспользовавшись суматохой, оттащил девушку за диван и принялся оказывать первую помощь.

А мгновением спустя, из тени Кедра вылез абсолютно невредимый Колль. Он потрепал девушку по голове, после чего, используя диван как прикрытие, скользнул в слепую зону противника и присоединился к бою.

Слабое сознание Лисы угасало, но она успела улыбнуться. Техника теневых уз, которую с такой одержимостью оттачивал у безымянных Колль, работала. Работала даже здесь. А значит пока жив хоть один, никто не умрет. Узы позволяли распределять урон на всех и восстанавливаться за счет теней друг друга. Затратно, но чрезвычайно эффективно. Только вот техника была сырой и не отработанной. По факту единственным разом, когда Колль применял ее в боевых условиях, был захват неприступной крепости на восточной границе.

Но то, что сработало против гарнизона восточников, против этого чудовища…

— Не сработает… — прошептала Лиса.

Ей очень хотелось сказать больше. Объяснить, что они не понимают с кем связались. Но сил не осталось, и вместо слов, изо рта девушки выплеснулась кровь.

— Так, сестренка, полегче, береги силы, — обеспокоенно выпалил Кедр, продолжая попытки стабилизировать ее состояние.

А по ту сторону дивана продолжалась битва. Слаженными и идеально синхронными действиями безымянные во главе с Мраком оттеснили Артемиса в угол хижины, осыпая его бесконечным градом ударов. Внутри стоял гул. От стихийных всплесков дробило стены, рвало крышу, било окна.

Все пространство гудело и искрилось от концентрации смертоносных техник.

Артемис был один. Тени окружили его как стая волков, и терзали, нападая снова, снова и снова. Безымянные распадались от ударов, но через мгновение появлялись снова и продолжали ожесточенную битву. Мужчина же пятился и отмахивался. Теснота собственной хижины играла против Артемиса, а бесконечные атаки шли со всех сторон.

Спереди, сзади, сверху, снизу, сбоку… отовсюду. Его били, кусали, резали, ломали, протыкали. Смертоносных техник влетало столько и со стольких сторон разом, что увернуться не получалось, а чтобы блокировать всех, банально не хватало конечностей.

Идеальный парадный костюм порвало. Лишь недавно обретенное тело обросло синяками и кровоподтеками. Только-только вернувшееся лицо обросло шрамами, а регенерация едва справлялась.

Не таким Артемис представлял себе возвращение в мир, но при этом он улыбался. Боль напоминала о том, что он обрел тело. Напоминала о том, что он теперь жив.

Мрак же действовал осторожнее, аккуратнее. В отличие от остальных, он бил точечно. Искал бреши и уязвимости. Изучал врага. Мрак прекрасно осознавал какой силы перед ним противник. Одного взгляда на Лису было достаточно, чтобы это понять. После того поединка с семистихийными еретиками, Мрак лучше прочих понимал на что на самом деле способна Лиса, и как опасен враг, так легко ее одолевший.

Мрак не питал никаких иллюзий и был максимально сосредоточен. Пожалуй, впервые в жизни его разум был чист и свободен. Свободен от голосов, от последствий ментального контроля, от чувств мести, от самокопаний и поиска силы. Все это сейчас не имело значения. Все это осталось в прошлом.

Важен был лишь момент здесь и сейчас. Как старший потомок падшего Рода Теней, он обязан защитить тех, кто остался. Обязан искупить свою вину. Ведь Мрак принес им столько боли. Принес столько вреда. Находясь так долго под ментальным контролем, Мрак накопил большой долг перед братьями, перед предками, перед Тенью.

И сейчас ему выпал шанс искупить это.

Шанс отплатить.

И Мрак атаковал. Не упустил первую же возможность, когда ублюдок открылся. Дымчатый силуэт подернулся, и проявившись из теней прямо за спиной Артемиса, он вонзил черную иглу прямо в центр энергетических плетений врага. А оказавшись в теле, игла размножилась и взорвалась на сотню более мелких игл, которые осколками разлетелись по телу, венам и энергоканалам, разрывая Артемиса изнутри.

Его вены вздулись, глаза выпучились, самого Артемиса выгнуло, но он смеялся. Хохотал как безумец, и только Мрак собирался сделать шаг для следующей атаки, как его ухо обдало холодом, и он услышал:

— Слишком слабо.

Только сейчас Мрак осознал, что смех Артемиса тоже пропал, и он тут же распался дымкой, уходя от возможной атаки. А когда его дымчатый образ вновь собрался воедино, Мрак вдруг замер на месте, а его взору предстала жуткая картинка.

— Вот именно этого и не хватало твоему взгляду, парень. Ярости, — в полной тишине оскалился смотрящий прямо на него Артемис, чьи теневые отростки держали за горло всех, кто его атаковал.

Все пришедшие безымянные кроме Мрака и Кедра были подвешены и парализованы, а лицо абсолютно невредимого Артемиса с любопытством было обращено в сторону Мрака.