Последнее дело Громова (СИ) - Вольт Александр

Торбин убрал руку со скрижали, выпрямился и посмотрел на нас, давая понять, что чтение окончено.

Я тяжело вздохнул. Звук получился долгим и откровенно усталым.

— Если честно, складывается ощущение, что это издевательство какое-то, — сказал я, опершись рукой о край постамента. — Мало того, что наши предки нашли способ справиться с этой заразой, но почему-то не смогли, если я правильно расслышал, набраться сил применить его, так еще и распихали артефакт из трех частей по таким дырам, где их уже и нет, наверное. И если ваши предки хотя бы четко указали, где искать свою часть, то вот… дриады? Серьезно⁈ Это точно не выдумка?

— Нет, — покачал головой король дварфов. — Лесные нимфы очень опасны и при этом крайне скрытны. Найти их будет задачей.

— Да? — с явным сарказмом уточнил я. — А найти третий осколок у рода людского, о котором никто ни хрена не знает, не будет задачкой? «Упрятал правитель имперский». Куда упрятал? В какой Империи? Сколько правителей сменилось с тех пор?

Рудольф равнодушно пожал плечами.

— Данный текст всего лишь послание наших предков. Никто не обязывает вас бросаться в пучину этого дела и пытаться справиться в одиночку, — ответил он. — Но раз уж Империя попросила помощи, и мы согласились пойти навстречу, я счел нужным рассказать все, что нам известно.

Я снова выдохнул, гася раздражение. Возмущаться на Рудольфа было бессмысленно, ведь он действительно просто передал то, что оставили предки. Гневаться на древних королей тоже не имело практического толка, потому что им уже все до лампочки.

А вот факт оставался фактом: у нас есть три осколка разбросанные по всему континенту, которые надо собрать. А для того, чтоб собрать, нужно все выяснить и изучить. Мне остро необходимо рассказать об этом Императору. Поиск скрижали на территории империи выглядит как исключительно работа для СБРИ, архивов и министерских бюрократов. Пусть Белозеров перерывает летописи вместе с Шуваловым и Игнатиусом. Последний там, к слову, что-то вроде бы уже нарыл, а значит, что лишней эта информация точно не будет.

Но для начала надо разобраться с тем, что нам известно наверняка.

— Хорошо. И где находится гробница первого короля всех дварфов? — спросил я, переводя взгляд на Торбина.

— В самых высоких горах мира, — ответил Торбин быстрее Рудольфа.

Его тон прозвучал так тяжело и обреченно, словно он уже детально понимал, чего будет стоить просто физически туда добраться.

Я попытался спешно извлечь из памяти остатки курса школьной географии. Самые высокие горы. Значит Гималаи, а значит граница Непала и Китая.

— Вот только не говорите мне, что это треклятый Эверест, — мрачно произнес я.

— Именно он, — с явным подобием национальной гордости подтвердил Рудольф Камнебородый, выпятив широкую грудь. — Гордость дварфийского рода. Самая высокая и самая мощная скала в мире!

Я прикрыл глаза ладонью.

— И какого рожна забыли там ваши предки?

Мы находимся на Кавказе, где скалы прочные, а климат терпимый. Зачем нужно было тащиться на вершину мира, где воздух настолько разрежен, что человек умирает от гипоксии, а температуры опускаются до критических отметок, чтобы построить там гробницу?

— Тебе не понять, Виктор, — хмыкнул Торбин, поправляя ремень на поясе. — Мы всегда тяготели к горам, к их недрам и залежам. Такова наша природа. Это как спросить у человека, чем ему нравится жрать фастфуд.

Я удивленно посмотрел на кабатчика.

— Вкусно и все.

— Ну а нам вот горы нравятся. И все, — закончил мысль Торбин.

— Ладно, справедливо, — сказал я, отрывая руку от каменного стола. — Можем идти отсюда? Или есть еще что-то интересное, что можно было бы узнать про Дал’к Толос в этих хранилищах?

Рудольф окинул взглядом стеллажи со свитками, теряющимися в полумраке, и пожал плечами.

— Может, и есть. Но для этого надо звать Гримли Архивариуса. А он сейчас наверняка пьян вдрызг, — буднично констатировал король дварфов. — Праздник в разгаре. Он либо валяется где-то под столом, пуская слюни, либо горланит похабные песни. А завтра у него будет так болеть голова, что его из дома и лебедкой не вытащить.

— Замечательно, — ровно прокомментировал я. — Что ж, тогда давайте вернемся. Ваше Величество, а мне могут выделить какую-нибудь комнату и доступ к интернету? Хочу срочно связаться со столицей и передать всю обретенную информацию.

— Конечно. Пойдемте, — Рудольф кивнул в сторону выхода из архива. — Я распоряжусь, чтобы вас разместили в гостевом крыле, там есть все необходимое, чтобы выйти в интернет. Мы ж не в каменном веке живем-то в конце концов.

— Правда? — хохотнул я, оглядываясь, и видя БУКВАЛЬНО ВСЕ каменное вокруг себя. — А с виду как-то и не скажешь!

Рудольф широко улыбнулся, грозя мне пальцев.

— Остер на язык, да?

Я пожал плечами.

Мы направились обратно к винтовой лестнице, где я остановился и посмотрел на бесконечно уходящие вверх ступени.

— А лифта у вас тут нет? — устало уточнил я.

К концу подъема по бесконечной кишке ноги у меня отваливались. Широкие, но низкие ступени явно проектировались под физиологию местных обитателей таким, от чего с моим ростом приходилось семенить, сбивая ритм шага. По каждой ступеньке шагать неудобно, а через две уже много, в итоге икроножные мышцы быстро забились молочной кислотой и начали ныть.

Когда мы наконец вынырнули из пролета обратно в зал, меня оглушило. Гуляние продолжалось и за то время, которое мы провели в подвалах архива, ситуация за столами, кажется, ни на каплю не изменилась. Тот же уровень шума, та же интенсивность движения.

Либо дварфийский метаболизм работает так, что они пьянеют в три раза медленнее человека, либо местный эль подают крайне малыми дозами. Однако вторя теория тут же была отброшена в сторону.

Прямо у прохода к дальней стене двое бородачей лихо раскупорили пузатый бочонок и один из них, подхватив тяжелую емкость двумя руками, начал хлестать темное пиво из горловины, расплескивая пену на кожаный жилет и бороду под одобрительный рев толпы.

Рудольф Камнебородый остановился у дверей.

— Господин Громов, вам следует связаться с вашим правителем, — перекрывая гул застолья, пробасил король Торна. — Я распоряжусь, чтобы вам выделили комнату для гостей, там есть вся нужная техника. А мы с Торбиным пока присоединимся к совету, и обсудим логистику отправки мастеров наверх.

Он подозвал одного из суетящихся рядом стражников и отдал короткую команду. Дварф в легкой кольчуге кивнул мне и жестом попросил следовать за ним.

Меня провели через боковую арку, уводя подальше от шума главного зала. Мы прошли по нескольким освещенным коридорам, пока не оказались в жилом крыле. Стражник остановился перед одной из дверей, после чего вытянул ключи, протянул их мне и через секунду растворился восвояси.

Я зашел внутрь, закрыл за собой дверь и огляделся.

На подкорке, сформированной популярной культурой, я ожидал увидеть каменную кровать, вырубленный из цельного куска гранита комод и жесткие шерстяные шкуры вместо одеял. Ничего подобного. Абсолютно нормальная и современная комната. Да, мебель была сделана из плотного ДВП, но кто-то заморочился и покрыл ее качественной ламинацией под фактуру серого камня, сохраняя национальный колорит без ущерба комфорту.

На стене напротив нормальной двуспальной кровати висел широкоформатный телевизор. Небольшой рабочий стол в углу с ноутбуком, а рядом мерцал роутер.

Я не стал тратить время на отдых, хотя ноги по-прежнему гудели. Пододвинув стул, я сел за стол и открыл крышку ноутбука. Система загрузилась быстро. Я подключился к интернету, открыл интерфейс защищенного мессенджера СБРИ, ключи от которого мне выдали еще в столице, и отправил запрос на экстренный видеозвонок по протоколу связи с бункером Императора.

Окно загрузки висело около минуты, но наконец-то экран моргнул, и на дисплее появилось изображение. Картинка была поделена на сектора. Я увидел знакомую правительственную переговорную с серыми акустическими панелями на стенах. В кадре находился Император Федор II. Чуть позади и по бокам от него сидели Шувалов и Белозеров.