Уже на подходе к леднику я подумала, что наверняка не очень уместно лезть к Алеку в ванну. Скорее даже, совсем неуместно. Он же там… ну… голый!
А память услужливо подкинула показанное в ролике дозволенное и приличное, но дразнящее поклонниц зрелище. Алек Вальдран с голым торсом.
Алек с идеально развитой мускулатурой, рельефно выписанными под ровной, упругой кожей мышцами, которые перекатываются при каждом движении. Зрелище, гипнотизирующее поклонниц.
— Эй, сюда нельзя! — рявкнул было могучий охранник на входе в нишу, завешенную темно-красными портьерами в самом конце коридора.
— Не видишь, кто идет? — уверенно осадила его Аниса. — Это невеста Алека Вальдрана.
— О! Точно! — не по регламенту расплылся в улыбке мощный парень. — А вы кто?
— Моя сопровождающая! — сказала, чуть отдышавшись. — Я леди, мне положено.
— Ну тогда идите, раз положено, — кивнул охранник, отступая.
И мы оказались в небольшом полукруглом холле с пятью дверьми. За которой из них скрывался Алек, легко было понять. Разумеется там, где изображен кубок, а под ним надпись: «Чемпион».
— Иди, — толкнула меня к заветной двери Аниса.
— Ты чего, это же неудобно! — сопротивлялась я. — Здесь подождем!
Но моя активная приятельница, не церемонясь, открыла дверь и втолкнула меня внутрь.
* * *
Алек стоял спиной к двери, а значит, и ко мне тоже… Впрочем, не совсем спиной.
Он наклонился, натягивая штаны. Черные, как и летная форма, но легкие и широкие. Наверное, чтобы кожа отдыхала.
Услышав нашу с Анисой возню и хлопок двери, он спокойно сказал:
— Я же просил меня не беспокоить. Все комментарии журналистам я дам, когда…
Тут Алек выпрямился, обернулся, застегивая брюки, и увидел меня.
— Лия! — выдохнул он.
А я не могла отвести взгляд от его торса, на котором еще блестели капельки воды.
— Ты уже… ну… принял ванну? — еле нашлась я, что сказать.
— Конечно. Как ты думала, сколько можно усидеть в емкости, полной колотого льда?
Он схватил рубашку и в три шага преодолел расстояние между нами, на ходу одеваясь.
— Лия, я так рад, что ты пришла, — сказал он хрипло, притянув меня к себе, — очень, очень рад!
Я потянулась к нему сама, и он одновременно сделал то же самое.
Это все возбуждение из-за гонки, разумеется.
Все чувства обостряются, на этой волне все кажется ярче, хочется выплеснуть свои эмоции…
Впрочем, не до анализа мне сейчас.
Я вдохнула запах кожи Алека. Свежий, будоражащий еще сильнее и отдалась нашему первому непубличному поцелую.
Мои руки шарили под рубашкой, которую он еще не успел застегнуть, а ладони Алека скользнули мне под пальто.
— Давай сбежим отсюда, — на выдохе, рвано прошептал Алек, чуть отстраняясь.
— Но как же встречи с журналистами?
Каждое мое слово прерывалось коротким поцелуем.
— Потом, все потом, не до них сейчас, — прорычал Алек.
— И твой брат…
— Забудь о нем, тоже потом, — его голос стал требовательным, — идем, тут есть запасной выход.
Он потащил меня за собой, на противоположную часть своего ледника.
— У тебя волосы мокрые! — возмутилась я.
— Зато внутри пожар, — улыбнулся Алек, не выпуская меня. Одной рукой он схватил летную куртку.
Неприметная дверца оказалась скрыта под занавеской. Чтобы пройти, нам пришлось пригнуться и на время разделиться.
Но стоило оказаться на улице, Алек снова притянул меня за талию.
— Прикрываем лица и бежим! — скомандовал он. — Вон туда!
Мы оказались неподалеку от парковки, которая сейчас была почти совсем пустой. Пригибаясь, добежали до мобиля Алека.
К моему удивлению, за рулем сидел водитель. Неужели ждал?
— Жми домой! — скомандовал Алек.
Водитель даже не удивился.
Меня кольнул укол ревности. Может, у нашего чемпиона в порядке вещей сбегать после соревнований с разными девицами?
Мобиль тронулся, Алек вновь повернулся ко мне.
— Ты такая красивая! — глухо сказал он. И потянулся за новым поцелуем.
— А ты всегда так делаешь? — не вытерпела я, когда его губы были рядом с моими. — Тащишь в машину девушек после гонок?
— Глупая, — рассмеялся он. — Водитель ждет меня, потому что я и правда временами стараюсь улизнуть от толпы. Но не тащу с собой девчонок.
— А у тебя… — я хотела сказать, что у него там тысячи поклонниц, и каждая первая признается в любви, но он не дал мне договорить. Отвлек поцелуем.
В крови Алека все еще бушевал огонь, который даже ванна со льдом погасить не могла.
— Подожди, — мой чемпион отстранился, на его лице мелькнуло озадаченное выражение, — а твой… тот шлем, что ты мне дала.
Теперь уже я выдохнула и схватила его за воротник, привлекая к себе:
— Потом, все потом. Не до этого сейчас.
— Согласен, — тут же откликнулся Алек.
Мы оба словно забыли, что помолвка у нас фиктивная и мы расстанемся через несколько дней.
Да имело ли это сейчас значение, когда сердца бились в одном темпе, кровь бежала с одинаковой скоростью и хотелось быстрее добраться до укромного места, где никто нам не помешает.
Машина остановилась у особняка Алека, он помог мне выйти и тут же подхватил на руки.
Поспешно внес в дом, открыв дверь ногой.
Только бы нам никто не встретился по пути!
Алек чуть ли не бегом передвигался к лестнице, когда раздался родной голос. Сейчас он звучал потрясенно и разочарованно:
— Так это правда?
Сердце упало.
Я повернула голову в сторону небольшой комнаты, где гости ожидали аудиенции.
На пороге стоял мой отец и держался за сердце.
* * *
— Вы кто? — Алек оступился и едва меня не уронил, прижав еще крепче к себе.
Так бы оба загремели.
— Мой папа, — тихо ответила я.
— Герцог Кайвен! — чему-то обрадовался Алек и поставил меня на ноги.
Я бросилась к отцу.
— Папа! Тебе плохо? Нужен врач!
У отца было серое лицо, в цвет его нездоровья, дышал он со свистом, но все равно принялся меня отталкивать.
— Лия! Как ты могла? Как ты могла⁈
Из моих глаз ручьем потекли слезы, я почувствовала себя девочкой-школьницей, не оправдавшей родительские надежды. Ничего не смогла с собой поделать.
— Герцог, думаю, это я во всем виноват, — спокойно сказал Алек, подходя к нам.
— Вы — уж точно! — процедил папа, прислоняясь спиной к дверному косяку.
— Рем! Тетушка! — зычно прокричал Алек.
Дворецкий и домоправительница возникли почти сразу же, словно пережидали семейную сцену в засаде под лестницей.
— Герцогу Кайвену нужна помощь врача, а моей невесте — стакан воды, — распорядился Алек.
— Это… это отвратительно! — простонал отец. — Ты целовала его, обнимала, забыв обо всем, что сделала их проклятая семья!
— Давайте-ка пока что присядем, — захлопотала Тетушка, подхватывая моего упрямого отца под руку и давая сигнал дворецкому сделать то же самое, — полечим наше сердечко, а потом разберемся с этой влюбленной молодежью.
— Герцог прибыл незадолго до вас, — отчитался Рем, виновато глядя на Алека, — сказал, что у него важное дело, и я не мог не предложить ему зайти и подождать.
— Ты все правильно сделал, — сказал Алек, глядя, как его слуги бережно и вместе с тем проворно управляются с воинственным, но слабым гостем.
Мне в руки ткнулся стакан с водой. Молодой лакей в новенькой ливрее смущенно улыбнулся.
— Это вам, леди, — сказал он таким тоном, словно дарил букет роз.
— Благодарю, — пискнула я.
Папу уложили на диван, а Тетушка Тася уже успела вызвать семейного доктора по связной трубке.
Рем расстегнул верхние пуговицы на тугом воротнике папиной рубашки, Тася приоткрыла окно, впуская свежий воздух.
Мы с Алеком подошли ближе к папиному ложу.
Отец переводил взгляд с меня на моего фиктивного жениха. Увы, по условиям нашего с Алеком соглашения я не могла даже папе признаться в том, что происходит.
