* * *
— О чем ты говоришь, Алек? — возмутился Джералд. — Покупка патентов — ни что иное, как защита нашего семейного бизнеса. И ты больше бы знал об этом, интересуйся делами предприятия!
— Отец, — веско сказал Алек, — я никогда не предъявлял этого, но видимо, наступил час сказать: успех к «Вальдран и сын» пришел благодаря моим взлетам. Вспомни, что было до того, как компания начала питаться от моей рекламы? Да, вы с дедом создали сильную компанию, она разрабатывала уникальные сбруи и попоны для драконов, выпускала летную форму, когда ты женился на маме, она придумала создать отдел, который занимается правильным питанием для драконов и всадников.
Удивительно, но никто из членов этой говорливой семейки не пытался перебить Алека. Все слушали его внимательно. А Джералд мрачнел с каждым словом сына.
— Но «Вальдран и сын» был всего лишь одним из игроков на рынке обслуживания драконьих наездников. Не так ли? Вспомни, когда был первый яркий успех?
— Десять лет назад, — глухо сказал Джералд, — когда ты завоевал свой первый взрослый кубок на мировых гонках. И все захотели костюм как у тебя.
— Это я его разрабатывала, — похвасталась вдруг Эмилия.
— Спасибо, ма, — тепло поблагодарил ее Алек. — И с тех пор я стал лицом нашего «драконьего бизнеса». Одеваться «как чемпион» возжелали не только гонщики, но и простые граждане. Мы вышли на мировой рынок. И с тех пор в несколько раз приумножили капиталы Вальдранов.
— И опять ты только о себе! — раздраженно бросил Винсент. — О моей роли, как всегда, ни слова.
— Винс, — повернул голову к младшему сыну Джералд, — скажи честно, новая версия шлема, которую ты сам собирал к вылету своего брата, была… с изъяном?
Эмилия смотрела на Винсента почти умоляюще. Правда ее страшила. Если он соврет, бедная женщина будет лишь рада. Кто захочет, чтобы ужасные намерения одного ребенка против другого оказались реальными?
— Не ври, — резко предупредил брата Алек, — если ты скажешь, что этот модуль был таким же, как и остальные, это станет признанием обычной твоей халатности! Значит, ты и всегда работаешь через пень-колоду. Впрочем… не скажу, что сильно удивлюсь…
Это была провокация чистой воды. Я прекрасно видела, что Алек делает. Выводит Винса из себя. Но на того приманка подействовала.
— Да что бы ты понимал в настоящих изобретениях! — заорал младший брат. — Я ночами собираю микросхемы, тестирую, оттачиваю функции. А ты на примере одного испорченного аппарата смеешь обвинять меня в извечной небрежности?
— Винс! — ахнула Эмилия, но тут уже Джералд предупреждающе положил руку на предплечье жены, желая услышать правду.
— Да! Я устал слушать, как отец с тобой носится! «Алекдесс — мой наследник, ему достанется мое дело». Тьфу! Наш Алек — драконий всадник, носится на крылатой ящерице и героически улыбается восторженным девицам! Красивая жизнь, балы, приемы и банкеты! Теперь вот — невеста-герцогиня! Ближний круг у короля. А я вечно остаюсь в тени блестящего Алека Вальдрана!
— И ты хотел убить брата, чтобы остаться единственным наследником? — потрясенно спросил Джеральд.
— Убить? — Винс вдруг смутился. — Ну нет, я не хотел его смерти.
— А чего же ты хотел? — поинтересовался Алек. — Связь со Штормом прекратилась еще до того, как Лиго Братис разбил мне шлем. И замыкание в проводах тоже возникло раньше. А подобрался он ко мне как раз потому, что я лишился управления драконом. Так какой была твоя цель, Винсент?
— Чтобы ты проиграл, — тихо ответил Винс, — и лишился своего ореола непобедимого чемпиона. Тогда бы отец увидел, что у него есть сын, который побольше смыслит в семейных делах.
— Но ты чуть не убил Алека! — пронзительно воскликнула Эмилия.
— Да, я не учел, насколько опасны гонки, — Винс опустил голову.
— Я выжил благодаря Лии, — Алек взял меня за руку, — она управляла Штормом, пока я был без сознания, приказала ему спуститься на пит-стоп и дала мне рабочий модуль. Удивительный. Я собираюсь выпустить линейку этих элитных аппаратов, если герцог и леди Кайвен согласятся со мной сотрудничать. Под своим товарным знаком, раз уж Вальдраны против других моделей.
— Но патент уже наш! — криво усмехнулся Винсент.
Признавшись в своем грехе, он сразу как-то расслабился. Ну да, смерти брата он не хотел, а в остальном — что такого? Обычное соперничество двух мальчишек! Вот же балбес!
— Действительно, — кивнул Джералд, — мы выкупили все права на это изделие у Кирона Кайвена. И наш технический специалист… Винсент, разумеется, дал свое заключение о неконкурентоспособности прибора в условиях текущей рыночной ситуации.
— После этого отец сказал: никогда не верь Вальдранам, — тихо заметила я. — Теперь я понимаю: того, что он получил от вас за отчуждение прав, не хватило ему даже, чтобы погасить один кредит. А он их набрал немало на развитие своего изобретения.
— Но это уже другое изобретение, — вдруг усмехнулся Алек, — Лия, прибор твоего отца обеспечивал ментальную связь с драконом посредством телепатии?
— Нет, это был речевой модуль, — уверенно ответила я.
— И в бумагах, разумеется, так и указано, — продолжил Алек, — в спецификациях изобретения.
— Да, — неохотно подтвердил Джералд.
— А значит, изобретение леди Лии Кайвен будет подано на патент отдельным порядком, — улыбнулся Алек, — не как модификация старого прибора, а совершенно новое открытие.
— Но… — начал было Джералд.
— Отец, — произнес Алек мягко, но так, что было очевидно: это обманчивая мягкость, — неужели после всего, что со мной сегодня произошло и я чудом остался жив, ты решишь мне препятствовать?
— И правда, Джери! — поддержала первенца Эмилия.
— Нет, не буду, — вздохнул Джералд, — и честно говоря, сам чувствую вину за испорченную жизнь старика Кирона. Благодаря тебе, Алек.
— Отрадно слышать, что хоть один из твоих сыновей вырос настоящим мужчиной! — послышалось со стороны входа в столовую.
Джералд с изумлением повернулся к двери.
— Герцог Кайвен? — воскликнул он. — Вы-то здесь откуда?
— Сбежал из-под моего надзора! — проворчала Тетушка, входя следом.
Теперь уже все были в сборе.
* * *
Послышался грохот, стены дрогнули.
— Не бойся, это Шторма доставили в ангар, — успокоил меня Алек и взял за руку.
— Ой! — воскликнула я. — Приемник!
Алек побледнел.
— Ты говорила, что он его съел? — спросил он.
Пришел мой черед краснеть. Я кивнула.
— Извините, мы вынуждены вас оставить! — заявил Алек родителям и решительно потянул меня к выходу. — У нас дела. Важные! А вы тут это… поболтайте пока!
— Но, Алек! — воскликнула Эмилия нам вслед.
Мы бросились на улицу, позабыв даже о верхней одежде.
— А как получилось, что приемник оказался внутри дракона? — спросила Алек на бегу.
— Он его… съел… случайно, когда я сбегала, — мое дыхание сбилось от быстрого движения.
— Ты хотела меня оставить? — Алек обернулся.
Лицо горело не то от стыда, не то от бега.
— Была мысль, что тебе будет проще без меня, — ответила я.
Алек прищурился.
— А сейчас? — серьезно спросил он.
Я остановилась, будто на преграду наткнулась. Сложно было признаться самой себе, что все, что было на стадионе — настоящее.
Но от необходимости отвечать меня избавил Шторм Ночи.
Услышав наши голоса, он взвыл, будто от боли.
— Штормик! — воскликнула я, бросаясь вперед.
Алек уже открывал двери.
Дракон был чем-то обеспокоен. Ерзал на месте, никак не мог устроиться удобно. Он то ложился, то вставал, то вздыхал тяжело.
— Ему больно! — воскликнула я в ужасе.
— Какого размера приемник? — спросил Алек. — И когда он точно его съел?
— Сегодня утром, его как раз готовили к отправке на стадион.
Я развела руки в стороны, показывая размеры прибора.
Возможно, прямо сейчас остатки прибора передвигались к естественному выходу из дракона и при каждом движении ранили дракончика.
