Идеальный мир для Химеролога 6 (СИ) - Сапфир Олег

Андрей послушно щёлкнул пультом, и в операционную ворвался пафосный голос диктора. На экране телевизора шёл экстренный выпуск новостей, мелькали кадры последствий сражения.

— … силы гвардии рода Новиковых провели блестящую операцию по ликвидации законспирированной ячейки изменников! Террористы использовали запрещённые артефакты направленного излучения. Личное участие графини Агнессы Новиковой позволило избежать жертв среди населения.

Камера показала Агнессу, стоявшую на фоне догорающих руин какого-то склада. Дорогой защитный костюм был повреждён, на щеке виднелась копоть, а волосы растрепались. Вид у неё был боевой и злой. Рядом с ней сидел Багратион, выглядевший ещё более потрёпанным: шкура местами обуглилась, на боку виднелась глубокая рваная рана, а морда была в кровавых подтёках.

Я покачал головой. Безумная девчонка. Рисковать собой в такой передряге — верх глупости. Один удачный выстрел, и все мои планы на сотрудничество превратились бы в пепел. Багратион явно принял на себя основной урон, закрывая хозяйку.

Я закончил первичный осмотр и похлопал «глотателя наковален» по боку.

— Никуда не уходи, — серьёзно сказал я зверю.

Химера издала жалобный хрип. Она и так не могла сдвинуться с места под весом чугуна.

Я снял перчатки, достал телефон и набрал номер Агнессы. Сразу включилась голосовая почта. Видимо, ей сейчас было не до разговоров.

— Агнесса, это Виктор, — заговорил я после звукового сигнала. — Видел новости. Багратиона присылай ко мне немедленно. Его раны на боку и морде — это не просто ожоги, там следы заражения. Твои штатные дилетанты только загонят заразу глубже, не подпускай их. И если золото в казне ещё осталось, присылай гвардейцев, которые пострадали. Осмотрю их, дам таблетки. Но это на твое усмотрение. Я всего лишь ветеринар, в людских делах не разбираюсь.

Я нажал отбой и вернулся к наковальне.

Через два часа у дверей клиники затормозил броневик. В приёмную вошёл мужчина в строгом сером костюме с тигром на поводке, а за его спиной стояли шестеро гвардейцев. Все они прижимали к груди искалеченные руки.

— Госпожа приказала доставить раненых, — коротко бросил представитель рода.

Я вышел к ним, вытирая ладони влажной салфеткой. По правде говоря, и тигр, и гвардейцы выглядели весьма паршиво. Кожа у всех была покрыта язвами.

— Заходите в операционную.

Закончив, в первую очередь, с тигром, я подошёл к первому бойцу и внимательно изучил повреждения.

— Жёстко же вас приложили. Энергия в ранах гнилая. Это всё равно что пить из зловонной лужи, когда привык к чистой колодезной воде. Она разъедает вашу структуру, пытается запустить хаотичную мутацию.

— Вы сможете это убрать? — спросил один из бойцов, морщась от боли. — Наши целители сказали, что ткани отмирают.

— Целители мыслят шаблонами, — я подошёл к полке с банками. — А я вижу суть.

Достал ступку и высыпал в неё горсть сероватого порошка. Это были перемолотые кости твари, смешанные с атрибутом «Поглощение». Добавил несколько капель синего экстракта и начал растирать смесь.

— Вы разбираетесь в человеческом целительстве? — с сомнением спросил представитель Агнессы, наблюдая за моими действиями.

— Нет, конечно, — я усмехнулся, не отрываясь от работы. — Просто эта энергия — животного типа. Для химеролога она понятнее, чем простуда. Но… вы ничего не видели и не слышали. Договорились?

Я нанёс получившуюся мазь на обожжённые руки. Порошок моментально впитался, вытягивая всю гадость из плоти. Гвардейцы шипели, но я видел, как пульсация язв замедляется.

— Теперь таблетки, — я выставил на стол баночку с чёрными капсулами. — По одной каждые шесть часов. Они не позволят вашим клеткам превратиться в кашу.

Гвардейцы недоверчиво шевелили пальцами. Боль ушла. Представитель Новиковой молча положил на стол увесистый конверт.

— Госпожа свяжется с вами, — сказал он и вышел вместе с отрядом.

Следующее утро мы с Валерией начали с раздачи ценных указаний, без которых наша клиника обязательно погрузилась бы в хаос. Собрали всех в кабинете, разложили перед собой планшет с заметками и принялись тыкать пальцами в пункты.

Раздав задачи и убедившись, что персонал проникся ответственностью момента, я повернулся к Валерии.

— Лера, а ты давай, собирайся.

— Куда? — она удивлённо посмотрела на меня. — Мне клинику открывать через пятнадцать минут, а у меня ещё отчёты не подведены.

— Подождут твои отчёты. Ребята прекрасно справятся и без нас, ты же видела, что все готовы. А мы едем… на озеро!

Через полчаса наш кортеж уже выезжал за ворота. Мы с Валерией поехали на своём внедорожнике, который мне подарила Агнесса, а следом за нами пристроился микроавтобус с группой поддержки. Семён Петрович и его ветераны приняли новость о пикнике с присущим им профессионализмом: загрузили полный боекомплект и взяли с собой мангал.

Мы миновали блокпосты, выехали за пределы города и углубились в «Жёлтую зону». Лес здесь был довольно густым, но дорога всё ещё сохраняла остатки асфальта. Я свернул на неприметную грунтовку. Машины, переваливаясь через корни, поползли к воде.

Место мы нашли действительно шикарное. Песчаный берег, чистейшее озеро, а по бокам вековые ели подступали к самой воде. Если не знать, что где-то поблизости может сидеть какая-нибудь зубастая тварь, можно было бы подумать, что мы на курорте.

— Красота! Ляпота! — оценил Беркут, вылезая из микроавтобуса и тут же жестом расставляя бойцов по периметру. — Сектор отличный, вода прикрывает тыл. Располагаемся.

Пока ветераны разворачивали лагерь и устанавливали мангал, я повёл Валерию прогуляться вдоль берега. Псих трусил рядом, то и дело останавливаясь, чтобы понюхать какой-нибудь интересный куст или пометить дерево.

Мы шли по старой, заросшей мхом дороге. Вскоре деревья расступились, и мы вышли к небольшому поселению. Это были старые, заброшенные домики. Крыши провалились, окна зияли чернотой, заборы повалены. Природа медленно, но верно пожирала остатки человеческого быта. Прямо на крыльце одного домика проросло молодое дерево, разорвав доски.

Я подошёл к покосившимся воротам. На них всё ещё висела ржавая табличка: «Садовое товарищество „Рассвет“. Улица Вишнёвая».

— Жутковато здесь, — проговорила Валерия, прижимаясь ко мне. — Такое ощущение, что люди просто встали и ушли.

— Так и было. Смотри, вон детский велосипед валяется, ржавый весь. Просто бросили.

— А знаешь, — задумчиво сказала она, разглядывая пустые глазницы окон, — ещё лет десять-пятнадцать назад эта территория была под полным контролем города. Сюда ходили автобусы, люди приезжали на выходные, жарили шашлыки, купались… Никаких тварей, никаких заграждений. А теперь это Дикие Земли.

Она пнула камешек, и тот улетел в кусты.

— Территория людей сокращается, Вик. С каждым годом кольцо сжимается. Я смотрела карты и читала сводки… Это происходит везде. В Сибири целые города-призраки стоят. На Урале заводы бросают. Мы отступаем. Медленно, но верно нас вытесняют в эти бетонные коробки за высокие стены.

— Естественный процесс, — пожал я плечами. — Природа адаптируется и становится агрессивнее. А люди привыкли к комфорту и безопасности.

— Ходят слухи, что Империя готовит масштабный контрудар. Хотят разом прорвать кольцо блокады и вернуть территории. Говорят, разрабатывают какую-то стратегию «Тысячи укусов» — атаковать по всем фронтам одновременно.

Я хмыкнул. Стратегия «Тысячи укусов» хороша для роя ос, а не для неповоротливой имперской машины.

— Глупости, — сказал я, разглядывая остатки теплицы. — Распылять силы — это верный путь к поражению. Если ударить везде по чуть-чуть, твари просто перегруппируются и задавят массой. Ресурсов не хватит. Им нужно действовать по-другому. Выбрать из десяти направлений три самых простых и перспективных. Сконцентрировать там ударные кулаки, пробить коридоры, зачистить территории до основания, построить форпосты. А потом, опираясь на эти базы, перекидывать силы дальше, расширяя плацдарм. Объединёнными силами двигаться от точки к точке, а не пытаться объять необъятное. Только так можно вернуть землю.