Битва вспыхнула с новой силой.
Это было эпично.
Змей был ураганом. Он крушил, ломал, заливал всё ядом…
А Рядовая стала ветром.
Она перестала действовать как обезьяна или как человек. Она двигалась как… идеальный боевой алгоритм.
Удар хвостом? Прыжок. Крыльями? Перекат под ними. Укус? Блок костяным наручем и контратака в глаз.
Она использовала всё, что оказывалось под рукой. Обломки мебели летели в морду твари, сбивая прицел. Тяжёлая люстра, сорванная с потолка, стала цепом — Рядовая раскрутила её над головой и хлестнула по крыльям змея, заставив его потерять равновесие. Металл и хрусталь разлетелись вдребезги, но цель была достигнута: монстр завалился на бок.
Я смотрел на неё и чувствовал гордость.
Можно подумать, что Рядовая — просто сильная туповатая обезьяна. Очередной эксперимент. Но это было не так.
Она была моей новой Кайей. Только в этом мире.
Я не просто прокачивал её или «пришивал» новые атрибуты, как делали местные мясники. Нет. Это путь в никуда.
Я работал с ней практически каждый день.
Вот я усилил ей сухожилия, чтобы они выдерживали рывок в десять тонн. А на следующий день перебалансировал работу мозжечка, чтобы она могла координировать эту силу.
Я доводил до совершенства то, что уже было. Шлифовал инстинкты. Оптимизировал метаболизм.
Вводил новые атрибуты? Да. Но только те, что идеально вписывались в её структуру. И снова шлифовал, подгонял, настраивал…
Это как создавать идеальный меч. Можно просто взять кусок железа и заточить его. А можно ковать его годами, складывая слои стали, закаляя в крови драконов, пока он не станет продолжением руки.
Рядовая была моим идеальным мечом.
* * *
Остров Туманов, Архипелаг Полумесяца
Скрежет костяного резца по дереву действовал на нервы любому, кроме того, кто этот резец держал.
Верховный шаман племени, старик по имени Тургор, сидел на циновке в своей хижине. Его сухие и жилистые руки двигались взад-вперёд. Стружка падала на пол, открывая застывший в крике рот будущей маски.
Две тысячи девятьсот шестьдесят пять.
Именно столько он уже сделал. Оставалось ещё тридцать пять.
Тургор дунул, сдувая древесную пыль. Это была его личная тюрьма и его билет на свободу. Закон предков был суров и непреклонен: шаман обязан оставить после себя три тысячи масок. Только тогда он получит право умереть и уйти в Великую Пустоту с честью.
Если он умрёт раньше, его дух будет вечно скитаться по острову, вопя от боли и ужаса, став пищей для тех тварей, которых он всю жизнь изгонял.
Шаман отложил резец и потянулся к чаше с тонизирующим отваром.
Жизнь племени изменилась. Лет сорок назад Совет Старейшин, в который тогда входил ещё молодой Тургор, принял историческое решение. Они вышли из изоляции. Интеграция с материком прошла блестяще.
Тургор усмехнулся, вспоминая, как легко они обвели вокруг пальца чиновников. Те думали, что получили доступ к редким ресурсам и экзотике. А племя получило доступ к технологиям, медицине и, самое главное, к рынку сбыта.
Они продавали «этнические сувениры». Глупые горожане вешали их на стены, ставили на камины, хвастались перед гостями…
Им было плевать, что вместе с маской покупатель приносил в свой дом проклятие. Племени вообще было плевать на всех, кто не принадлежал к их крови. Главное — выживание Острова. Главное — чтобы у них были генераторы, топливо и современные винтовки, чтобы отбиваться от тварей, лезущих из Глубинных Пещер.
— Мы важнее всего, — прошептал Тургор свою любимую мантру. — Остальные всего лишь удобрение для корней нашего древа.
Внезапно воздух в хижине сгустился. Тени в углах задрожали, а в ушах шамана раздался противный писк — так звучал эфирный канал, когда духи были чем-то недовольны.
Тургор нахмурился. Он закрыл глаза, погружаясь в транс. Мир потерял краски, став серым и зыбким.
— Ошибка… — шелестели голоса в его голове. — Ты допустил ошибку, Резчик… Мы недовольны…
— В смысле, ошибку? — мысленно огрызнулся шаман. — Я не ошибаюсь. Мои печати безупречны.
— Связь нарушена… Поток идёт вспять…
Тургор напряг ментальное зрение, прослеживая невидимые нити, связывающие его с каждым созданным артефактом. Он перебирал их, как паук перебирает паутину, пока не наткнулся на одну, вибрирующую от напряжения.
Это была маска «Змеиного Безумия».
Шаман вспомнил её. О, это была особая работа.
На их острове были Глубинные Пещеры. Места силы, где скапливалась гнилая энергия, из которой рождались химеры. Настоящие чудовища — древние, безумные, наделённые мощью, неподвластной для понимания обычного человека.
Убить их физически было недостаточно. Душа твари оставалась привязанной к месту, отравляя всё вокруг, сводя с ума людей, превращая животных в мутантов.
Единственным способом избавиться от этой заразы было заточение. Шаманы ловили душу умирающей химеры и запирали её в специально подготовленную маску из чёрного дерева.
Та конкретная тварь… Тургор поморщился. Это был Древний Змей. Чтобы завалить его, пришлось поднять всех охотников племени. Они потеряли трёх лучших воинов, но душу поймали.
А потом, следуя новой политике, продали маску антиквару с материка.
— Условие одно, — сказал тогда Тургор перекупщику. — Не продавать местным. Увези её как можно дальше.
Им было плевать, что будет с покупателем. Главное — убрать «бомбу» с острова. Если какой-то идиот наденет маску, дух химеры вселится в него, сожжёт тело носителя за пару дней и развеется окончательно. Проблема решена.
Недавно Тургор почувствовал отклик: маску надели. Он тогда лишь довольно хмыкнул — цикл завершён, ещё одна тварь уничтожена руками глупых чужеземцев.
Но сейчас…
Он смотрел сквозь пространство и видел невозможное.
Кто-то не просто надел маску. Кто-то пытался запихнуть вырвавшуюся сущность химеры обратно! Или, что ещё хуже, разорвать связь без смерти носителя, присвоив силу себе.
— Охренеть… — прошептал шаман. — Это вообще законно?
Идёт обратная привязка. Вместо того чтобы химера поглотила человека, человек пытается подчинить или изгнать химеру, нарушая все ритуальные каноны.
Это была угроза. Если этот неизвестный умелец разберётся в структуре печати, он может найти путь обратно, к создателю. К его племени.
— Нет, — решил Тургор. — Этого не будет допущено. Договор должен быть исполнен. Носитель должен умереть.
Он встал, подошёл к алтарю, сделанному из черепов мелких грызунов, и взял горсть костного порошка.
Ему нужно вмешаться.
Шаман швырнул порошок в огонь жаровни. Пламя вспыхнуло зелёным.
— Духи! — воззвал он. — Я призываю вас! Тот, кто носит Лик Змея, сопротивляется. Дайте Змею сил! Наполните его яростью! Сломайте волю человека! Пусть тварь сожрёт его изнутри прямо сейчас!
Эфир задрожал. Духи услышали. Но они колебались.
— Там невинная душа… — прошелестел голос. — Мальчик… Он чист… Мы чувствуем свет…
Тургор скривился, сплюнув на пол.
— Мне плевать! — рявкнул он. — Нет там невинных! Все, кто живут в городах, кто забыл корни, кто пользуется нашими проклятиями как игрушками — они все виновны! Только наше племя имеет право на существование!
Он ударил кулаком по алтарю.
— Убейте его! Разорвите связь! Пусть Змей возьмёт своё!
Духи молчали секунду, словно прикидывая цену.
— Мы сделаем это, Резчик… — наконец ответили они. — Но цена будет высока. Ты отдашь нам то, что мы попросим. В будущем.
Шаман даже не задумался. Будущее — это потом. А проблема была сейчас.
— Забирайте, что хотите, когда придёт время! Действуйте!
Он почувствовал, как поток тёмной энергии, повинуясь воле духов, устремился через эфирные каналы на материк, прямо к той точке, где сейчас кто-то отчаянно боролся с древним проклятием.
Тургор оскалился в улыбке.
— Посмотрим, как ты справишься с этим, неизвестный спаситель. Древнего Змея, накачанного силой Духов, не удержать.
