Экран передатчика мигнул, из динамика донесся голос диктора.
— Новогодний королевский прием для одаренных юношей и девушек состоится уже через неделю, — вещал усатый ведущий. — Ученые, спортсмены, художники, поэты — весь цвет и будущее нашей страны смогут заявить о себе и получить поддержку. После представления своих проектов они смогут получить пожертвования на благотворительном балу.
— Ты чего уставилась, передатчика никогда не видела? — толкнула меня Майра.
Я моргнула.
— Задумалась, — ответила я. — Ректор хочет получить финансирование для академии. Может, он смог бы отправить меня на этот прием?
Майра только усмехнулась.
— Если бы ваш ректор не тратил деньги на своих любовниц, которых он выгуливает по ресторанам, то академия бы не нуждалась в пожертвованиях.
Я уставилась на коллегу.
— А ты думала, что он у вас святой? — усмехнулась Майра. — Уж поверь, я многих из них повидала, когда работала в ночную смену.
Майра была из многодетной семьи и крутилась как могла, чтобы помочь матери поднимать троих братьев. Она частенько брала дополнительные смены и подрабатывала по ночам в ресторане.
Я вздохнула. Если все это правда, то ректор в качестве покровителя мне не подходил.
Кафе постепенно наполняли поклонницы гонок на драконах. Девушки были возбуждены и что-то громко обсуждали.
— Три капучино и два черных, — принесла мне заказ Майра. — Видишь, как только приближается время спортивных новостей, эти девушки уже тут!
Я кивнула и пошла варить кофе. Майра принялась поджаривать хлеб и готовить намазки и паштеты.
— Отнеси заказ по мере готовности, — попросила она меня. — А то я не управлюсь одна без Эллы.
Я водрузила высокие бокалы на поднос и двинулась к посетительницам. Они громко беседовали, совершенно не обращая на меня внимания.
— Думаете, Алек Вальдран и сегодня может в это кафе зайти? — услышала я обрывок бурного обсуждения.
— Это врядли! У него заезд в Порти завтра утром! Сюда он, скорее всего, по дороге заехал.
— Или к знакомым!
— Может, рванем в Порти? На ночном поезде, а там до гоночного трека недалеко!
— И стадион там маленький, можно будет Вальдрана получше разглядеть…
Девушки вовсю обсуждали ночной вояж до соседнего города, пока я расставляла бокалы и собирала грязные салфетки.
Случись мне встретить Алека Вальдрана сегодня, я бы совсем иначе построила наш разговор.
Но второй шанс судьба дает редко.
* * *
Я металась в сомнениях до конца смены.
Поздно вечером я вышла из кафе. Холодный ветер ударил в лицо.
Лампы на углу улицы тихо шипели, магия внутри стеклянных колб разгоралась неровно, давая зеленоватый, чуть болезненный свет. Я подняла воротник и пошла быстрее. Вокзал был далеко, а ночные поезда ждать не любили.
Город менялся по мере того, как я шла: низкие уютные домики уступали место строгим фасадам, сырой ветер приносил запах угля и артефактных мастерских. Одинокие прохожие спешили укрыться от непогоды дома.
Вокзал было видно издалека. Тяжелый, кирпичный, с высокими арками и громкими звуками внутри. Вывеска над входом вспыхивала, будто кто-то очерчивал ее огненным пером. Внутри гудело, как в переполненном улье. Зачарованный рупор ровным голосом объявлял отправления, торговцы пирогами тянулись друг за другом, споря и хлопая крышками подносов.
У меня заурчал живот, но я сжала кошелек: пироги были уже роскошью. Майра сделала пару тостов мне с собой, а на большее рассчитывать не приходилось.
Очередь к кассам тянулась медленно. Я смотрела, как люди ворчат, переступают с ноги на ногу, как мелькают цифры на расписании. Когда подошла моя очередь, я сказала:
— Ночной поезд до Порти. Третий класс. Один билет.
Кассир с магическим моноклем быстро отбил комбинацию на счетной машине.
— Место у окна, семнадцатый вагон. Подойдет?
Я только кивнула. Монеты исчезли в щели кассы, взамен выскочил теплый билет с магической печатью. Держать его в руках было странно: будто я покупала не место в вагоне, а свою свободу.
Платформу я нашла не сразу — светящиеся указатели мигали, путая направления. Но наконец под ногами застучали деревянные доски настила, и я увидела внизу темный силуэт поезда, окутанный паром. Латунные детали на его корпусе поблескивали, как рыбья чешуя.
Семнадцатый вагон стоял почти в конце.
Внутри пахло углем, старым деревом и чьими-то давно не стиранными куртками. Я пробиралась по проходу, прижимая сверток с вещами к груди.
— Простите… извините, — бормотала я.
Чужие локти, чемоданы, узлы — все упиралось, мешало, толкало. Наконец, я нашла свое место: у окна, рядом с мужчиной в потертом кожаном пальто. Он посмотрел на меня усталыми глазами и нехотя подвинулся.
Я втиснулась в щель, опустила сверток с перекусом под ноги. Холодное стекло прижалось к плечу. Напротив меня сидела молодая мать с младенцем, который тихо посапывал во сне.
Третий класс. Тесно. Шумно. А впереди неизвестность.
Кондуктор собрал билеты, проверил мой магическим кристаллом, и поезд дернулся, плавно набирая ход. Платформа поплыла мимо, огни города отступали — и вместе с ними от меня уходило то, что я считала своей привычной жизнью.
Я закрыла глаза, пытаясь уснуть. Но всего через минуту вагон наполнен пронзительный девичий визг:
— Девочки, вы посмотрите на этот вагон! Нас будто везут на казнь, а не на гонки!
Голоса доносились из купе напротив. Боковых перегородок и дверей в третьем классе не предусмотрено, поэтому все были друг у друга на виду.
Я открыла глаза. В проходе толпились четыре девушки, которые искали в темноте свои места. Все были яркие, нарядные, с перьями на шляпках и значками с драконьими крыльями на лацканах.
Не эти ли девушки сегодня были в кафе?
— Ой, лишь бы доехать! — хмыкнула вторая девушка. — Я три месяца копила на билет на трибуну. Вот там места имеют значение!
— Главное, что на треке будешь сидеть ближе к Алеку Вальдрану. Ради одного этого стоило ехать!
Алек Вальдран.
Имя больно кольнуло меня, будто поезд на полном ходу врезался в стекло. Я вжалась плечом в окно.
— Его дракон разгоняется так, что у зрителей одежда вибрирует! — мечтательно протянула третья девушка.
— Это у тебя вибрирует, — расхохоталась ее подруга.
— Если бы я жила рядом с тренировочной ареной, — мечтательно сказала одна из девушек, — он бы точно меня заметил…
— И попросил отойти, чтобы не мешала дракону махать крыльями! — захохотала рыжая.
— Зато я увижу нашего принца на королевском балу! — заявила четвертая девушка, сидевшая до того времени тихо. — А вы только трансляцию сможете посмотреть!
— Не думаю, что нашего Алека покажут. Он же хоть и знаменитость, но не аристократ. Значит, к королю его не пустят. Там с этим строго.
— Но Вальдран — надежда нашего спорта. Неужели для него не сделают исключения⁈ — возмутились поклонницы.
— Увы, это лишний раз подчеркивает, что в нашем обществе традиции и фамилии предков важнее заслуг конкретного человека. Будь ты трижды богат и успешен, но если нет родовитого предка, то на приеме твое место будет у общего корыта.
— Да, девочки! Если король не присвоит Вальдрану титул, так ему и ходить среди простолюдинов до конца дней!
Стук колес постепенно заглушал голоса девушек, но я услышала главное: Алек Вальдран хоть и богат, но титулов не имеет. А вот я — наоборот.
* * *
Поезд дернулся в последний раз и замер. Я проснулась от того, что мне в плечо уперся чей-то чемодан, а сверху заорал проводник:
— Порти! Конечная!
Голова гудела от недосыпа и ночного щебета фанаток. Я поднялась, подхватила свой сверток и вместе с потоком людей вылилась на платформу.
Утро в Порти было холодным и ясным. Воздух пах морской солью и углем, где-то недалеко перекликались гудки магических кранов в порту. Над крышами уже кружили несколько грузовых драконов с подвешенными контейнерами, их крылья отбрасывали на мостовую рваные тени. Город дышал скоростью, будто здесь никто не умел ходить медленно.
