Не Альфа волчьей стаи (СИ) - Сурмина Ольга

Лунный свет скользил по хрупким травинкам, которые лёгкий ветер прижимал к земле. Деревья по краям поляны стояли словно часовые: жуткие, чёрные, скрипящие, они склонились будто под давлением времени и чего-то ещё… чего-то древнего. Их ветви едва шевелились — знакомый ветер пробирался сквозь лес, почти не касаясь земли, но вызывая шорохи, похожие на шёпот. Эти звуки невозможно было разобрать — то ли листву трепал ветер, то ли лес говорил на своём языке.

До сих пор никто из волков не сказал ни слова. Они переглядывались, поджимали губы. Сами отводили взгляд, когда их «брат» стал обращаться в нечто. Потому что смотреть на это было то ли страшно, то ли больно.

Когда Марлен услышала глухой, тяжёлый рык, то через силу медленно повернулась. По спине пополз мерзкий холод, но девушка сжала кулаки и заставила себя не шарахаться. Это всё ещё он. И он всё ещё смотрел на неё синими, мёртвыми глазами.

Нечто, напоминающее волка, стояло на безмятежной поляне. В высоту существо было не меньше трёх метров — и это при том, что оно сильно сутулилось. Имело тот самый вытянутый череп, как у борзых собак. Нижняя челюсть прилегала к верхней так плотно, что, казалось, её не было вовсе, но на самом деле это была пугающая игра света. Похоже, во рту у существа скрывался жуткий ряд острых, как бритвы, зубов.

Оно действительно походило на… нечто среднее между волком, зомби и борзой собакой. Несмотря на густую чёрную шерсть, в огромной грудной клетке просматривались очертания рёбер. Худые, сильные лапы с несколькими когтями на каждом пальце мяли траву, длинный густой хвост спокойно лежал на земле своим кончиком.

Можно было бы подумать, что — монстр. А можно было бы, что… оборотень-мутант.

— Ты… — Марлен замялась. — Ты, наверное, наклонись немного, а то я не смогу на тебя залезть. Насколько сможешь — настолько… наклонись.

Существо послушно легло на землю и прикрыло глаза. Йорфер набрала побольше воздуха в лёгкие, подошла, затем с трудом влезла к нему на спину.

Шерсть ощущалась на удивление мягкой, пах монстр… еловыми шишками. И — совсем немного — человеком.

Он медленно поднялся, затем так же медленно побрёл сквозь лес, стараясь не уронить своего пассажира. Марлен испуганно смотрела вниз, сердце стучало в глотке. Это намного выше, чем на лошади. Но она пыталась не бояться, чтобы оборотень не чувствовал запах её страха. Через пару минут поляна с застывшими на ней мужчинами полностью скрылась.

— Ну и что мы будем делать? — спросил какой-то волк, глядя на Генри, когда хруст веток под тяжёлыми лапами совсем стих. — Он рехнулся. Нельзя это так оставить.

— Ничего не будем делать, — Альфа сжал кулаки. — Он — наш брат. Безумный или нет… брат. И если он хочет умереть — значит, так и будет. Будем делать то, что делали всегда. Будем защищать людей от нового монстра. Вот и всё.

— А если самим убить ту шлюху⁈ — рявкнул оборотень. — Что, если самим это сделать⁈

— Жертву должен принести тот, для кого эта жертва представляет ценность. Кроме того… — Генри отчуждённо вздохнул. — Раз он не хочет — значит, не хочет. Хуй с ним. Кто я такой, чтобы рассказывать ему, как жить? Тебе бы понравилось, если бы к тебе вломились в дом и грохнули твою жену? Вот для него она стала женой, значит. Для него… она больше не рандомная баба с улицы. А мы с братьями… так не поступаем. Мы жён друг друга не убиваем.

— Это совсем другой случай, — зарычал мужчина. — Кто ты такой⁈ Ты, блядь, Альфа! Ёбаный Альфа, и мы идём за тобой! Когда ты успел так размякнуть?!!

— Заткнись, — зарычал в ответ Генри. — Заткнись, не беси меня.

— Он может стать монстром, с которым вся стая не сможет совладать, ты в курсе⁈ Пока он не рехнулся окончательно — его нужно убить. Раз он не идёт на компромисс, не хочет избавляться от проклятия — то его нужно убить!

— Решил занять его место? — Альфа оскалился. — Ты его не убьёшь. Во-первых — потому что сейчас, как чудовище, он не агрессивен. А во-вторых — потому что ты, блядь, займёшь его место!! Забыл⁈

— А я и не собираюсь его убивать лично! — рявкнул оборотень. — Я собираюсь рассказать местным всю правду. Вооружить их серебром. И отправить на монстра. Пока он в таком виде — у них есть шанс!! И они попытаются его убить, если будут знать, что им ничего не угрожает. Что лес сейчас безопасен. И что проклятие на них не распространяется.

— Ты этого не сделаешь, — Генри гневно раскрыл глаза. — Ты не сделаешь, ты слышал⁈ Он ещё не мутировал настолько, чтобы потерять разум. Он всё ещё наш брат. И мы, блядь, не знаем, работает проклятие на простых людей или нет!! Мы, сука, не знаем!! Может, рандомный человек точно так же займёт его место — и всё!

— Да мне насрать, займёт или нет, — мужчина жутко улыбнулся. — Любой рандомный человек будет более слабым монстром, чем Нолан. Такой монстр… не представит нам никакой угрозы.

— Я запрещаю тебе идти к людям, — Альфа сжал кулаки. — Запрещаю.

Оборотень оскалился и отступил на шаг назад. Противиться приказам Альфы было тяжело физически, но он пытался. Пытался — и с переменным успехом… у него это получалось.

— Ты заебал его защищать, — проскрежетал мужчина. — Он даже не наш. Он не отсюда. От него надо избавиться. Народ… кто со мной?

* * *

Она не знала, что думать, и не понимала, что чувствовала. Слышала лишь, как хрустел под лапами монстра сырой валежник. Слышала печальные крики ночных птиц, которые прятались от света мутной луны. Дрожь никак не унималась, бледные пальцы вцепились в чёрную плотную шерсть и сильно её сжимали. Густую и тёплую.

Лес сжимался вокруг неё, как гниющая клетка — стволы выглядели кривыми, хотя раньше казались столбами, сучья, как пальцы старух, пытались ухватить за одежду. Существо несло её сквозь ночь с такой беззвучной решимостью, что страх понемногу сходил. Становилось чуточку легче. Совсем немного.

Он был огромен. Его дыхание парило в воздухе, и каждый шаг глухо отзывался в земле. Как поступь чего-то древнего, чего-то, что боги забыли проклясть. Кричать — давно бессмысленно, молиться — уже поздно.

Его зубы с лёгкостью могли раскрошить любые кости, словно те были не костями вовсе, а тонкими кукурузными палочками. Йорфер этого зрелища не видела, но чувствовала. Представляла, глядя на его череп. Сила сжатия челюстей волка — четыреста пятьдесят килограммов на квадратный сантиметр. А сколько… тонн на квадратный сантиметр сила сжатия у этого чудовища? Две? Три? Десять?

Если бы его зубы сомкнулись на её голове, она бы никогда не узнала. Или, напротив, узнала бы — но очень ироничным способом.

Хотелось нервно смеяться сквозь внезапные слёзы. Слёзы скопившегося напряжения, отчаяния, обиды, страха.

— Нолан. Ты ведь… ещё здесь, да? — прошептала она, не надеясь на ответ. Сама не знала, зачем это сказала. Наверное, чтобы не сойти с ума.

Монстр не обернулся, но уши его дрогнули. Марлен почувствовала, как шерсть под её ладонями пошевелилась, натянулась. Хотелось верить, что мужчина так отвечал. Что не вёз её на автомате, как зомби, который помнил собственный приказ.

Жуткая половина луны по-прежнему висела над таким же жутким лесом. Ни свет, ни тьма — словно мир не мог решить, кто он. Как и её муж.

В какой-то момент впереди мелькнул тёплый, спасительный огонёк. Девушка увидела свет в окне, который оставила для самой себя, если вдруг придётся задержаться. Губы растянулись в болезненной, дрожащей улыбке. А вот и пресловутое шоссе, к которому не получалось вернуться, — вот и дом.

Он подвёз её к самым ступенькам, затем осторожно лёг на мощёную дорогу. Марлен стиснула зубы и вцепилась в шкуру, когда слезала. Дрожала, но всё-таки слезла. А когда ноги коснулись земли, она впервые поняла, насколько они ватные, насколько не хотят её держать. Требовалось срочно прилечь. Или хотя бы присесть.

Йорфер повернулась к двери, нашла в кармане джинсов ключ, но тот постоянно выскальзывал из прохладных мокрых рук. За спиной раздался знакомый хруст костей — только более громкий, чем когда обращалась Жаклин.