Кто для него все эти люди? Собственность? Неудачники, родившиеся настолько ниже статусом, что о них и думать глупо? Нет, я понимаю, что нельзя винить человека за происхождение. Но он же мог бы здесь многое изменить! Ему всё равно, что они плохо едят, спят вповалку, что им бывает больно?
Зря всё же я им любовалась…
- Скажите, а с техникой сбора кофе ничего нельзя придумать? - закидываю удочку.
- С техникой? - заламывает бровь Игнасио.
- Перчатки, - вздыхаю устало. - Или сменить подход. Не должны же люди обдирать руки в кровь.
И опять мрачное молчание в ответ.
- Это все? - хмурюсь наконец.
Сеньор встаёт:
- Жулиану, где группа Мануэля?
- Бездельники опять не выполнили план. Пусть работают!
- Я сказал, осмотр для всех. Приведи их.
- Да… как хотите. Сейчас…
В последней группе - четверо мужчин и девушка. Я даже не сразу понимаю, что меня в них удивляет.
Ах… Эта компашка не смотрит на меня волками, вот что. Наоборот…
- Лаура! - красиво улыбается первый парень и даже лезет обниматься.
Трость за моей спиной стучит о землю.
- Разделите уже работу, - бросает Игнасио. - Афонсу, этот твой.
А?..
Мне достаётся девушка.
- Лау, - мягкая улыбка.
Ей, наверное, ближе к тридцати… Кажется, они пара с мужчиной рядом. Смущённо улыбаюсь в ответ.
- Жалобы есть?
- Жалобы?.. - отзывается она совсем как та, что досталась мне первой.
Только что-то другое мелькает в глазах.
- Что-то болит?
Продолжая глядеть мне в глаза, девушка протягивает руки. Там снова пара царапин. А ещё…
Почуяв неладное, я беру её рукав, наполовину закрывающий плечо, и закатываю выше.
Задерживаю дыхание, натыкаясь на багровые синяки.
- Сними рубашку, - голос падает.
- Это неприлично… и на мне смотреть нечего. - Девушка двигает головой, словно указывая себе за спину.
Перевожу взгляд на следующего в очереди.
- Иди сюда! - как раз зовёт его Афонсу. - Имя?
- Мануэль… сеньор. - Он тоже пытается улыбнуться, но получается вымученно.
Бледный. Слегка перекошенная поза. Дышит мелко!
- Жалобы есть?
- Сеньор Афонсу, позвольте, - не выдерживаю я. - Сними рубашку!
- Лаура?
Подрываюсь, сама задираю грубую ткань! И застываю, глядя на массивную гематому.
Игнасио что-то шипит сквозь зубы.
- Жулиану! - Когда тот является, рычит. - Что это?!
- Простите, что не так? Пара синяков? Вы наделили меня правом наказывать бездельников.
И весь флёр романтики окончательно спадает. В груди вспыхивает, я сейчас ненавижу их обоих!
Пальпирую. Мануэль резко втягивает воздух. Слушаю его грудь - дыхание поверхностное…
Он вдруг закашливается, хватаясь за моё плечо.
От вида крови на ладони у меня падает сердце.
Их всех наказывали, ему сломали ребро! И… это может очень плохо кончиться.
Глава 9
- Когда его избили? - разворачиваюсь. Взгляд нервно скачет по лицам. - Вчера? Позавчера?!
Похоже, не сегодня: гематомы недостаточно свежие, да и Жулиану сейчас не решился бы! Да?..
Но что-то могло спровоцировать кровотечение сейчас! Мануэль открывает рот…
- Нет, ты молчи! Сядь на землю. С наклоном влево, вот так. - Придаю ему подходящее положение. - Дыши неглубоко, не двигайся…
Задираю голову.
- “Вчера”, - ловлю от девушки, одними губами.
- Вы говорили, что никому не позволите портить вашу собственность! - впиваюсь взглядом в Игнасио, возникшего рядом.
- Мануэль, что у тебя? - Он пытается тронуть раба за плечо. Не надо! Прежде, чем осознаю, я взвиваюсь снова - и неожиданно оказываясь совсем близко к сеньору.
Рука упирается в мужскую грудь.
Тёмный взгляд проходится по этой руке, обжигая от пальцев до локтя…
- Не трогайте его, - пытаюсь смягчить голос. - У него сломано ребро, и кость вонзается в лёгкое, он может умереть!
- Не истери. - Моё запястье перехватывают.
Это не истерика, дурак!
- Что ты увидела? - требовательно.
- Опасный перелом, - повторяю сквозь зубы. - У Мануэля внутреннее кровотечение. Лёгкое при такой травме может схлопнуться. - Раскрываю ладонь и резко сжимаю в кулак.
- Афонсу!
- А… да! - проснувшись, подлетает к нам врач.
Склоняется над ещё больше побледневшим рабом.
- Дыхание слева плохо прослушивается. Кашель с кровью, - перечисляю для лекаря.
- Хмм… Да, симптомы тревожные, моя ассистентка права.
- Откуда ты всё это вынула? - до сих пор не верит Игнасио.
- Видела раньше!
- Лаура, конечно, сгущает краски, что свойственно молодой девушке… Но травма и правда опасна!
- Да вы с ума сошли! - взрывается Жулиану. - Тупая и ленивая девка выявляет болезни у своего тупого и ленивого друга! И вы её слушаете?
Игнасио, не отвечая, смотрит мне в глаза.
- Вы пытаетесь отрицать, что били его? - огрызаюсь.
- Её много раз ловили на вранье. Она всё врёт! И он врёт! Симулирует!
- По-вашему, можно симулировать синяки?!
Жулиану взрывается. Его глаза лезут из орбит, пальцы хватаются за плеть! Он рвётся ко мне, отталкивая кого-то из рабов, и слегка задевает Игнасио сзади…
В следующий миг тот отпускает меня и держит за ворот надсмотрщика.
- Я. Сказал. Никого не портить!
- Сеньор! - С Жулиану слетает весь пыл. - Да я даже не помню, как ударил его…
- То есть, были другие похожие случаи?!
Хватка резко разжимается. Жулиану чуть не падает, возмущённо трёт шею, красный и потный.
- Я служу на этой фазенде пятнадцать лет! Служил верой и правдой ещё вашему отцу!
- Хочешь сказать, что мне служить не желаешь?
- Желаю, сеньор…
Разворот.
- Афонсу, так что?
Я тоже опять вспоминаю про лекаря. Пытаюсь передать ему взглядом всю серьёзность ситуации.
- Мы поможем бедолаге. Больного нужно срочно отвезти в мой дом!
Выдыхаю. Почти!
Когда всё немного успокаивается, когда мы вдвоём сидим над Мануэлем - поправляю:
- Отнести. Пожалуйста, скажите, что его нужно нести на носилках. На дорогах сплошные кочки…
- Нам что, придётся идти пешком?!
- Вы же взяли ответственность за больного.
Мануэль переводит испуганный взгляд с меня на лекаря. Тот пытается найти какие-то аргументы:
- Но здесь вряд ли есть носилки…
- Возьмём два мешка для кофе и палки, - объясняю ему как маленькому. - Пусть другие рабы несут.
К счастью, мне удаётся протолкнуть эту идею в голову Афонсу. А ему - в голову Игнасио. Мы все собираемся обратно, Мануэлю сооружают носилки, грузят на них. Несут его в том числе два друга…
Я предварительно туго перевязываю его рёбра. Подкладываю под бок свёрнутую рубашку, под спину - подушку, которую забираю из повозки.
Конечно, иду рядом всю дорогу!
Смотрю, чтобы он полусидел, склоняясь на пострадавший бок, учу дышать неглубоко…
- Лаура, а ты правда… смыслишь в лекарстве? - шепчутся наши общие “друзья”.
- Смыслю.
- И сеньор доктор позволил ему помогать?!
Брешу им что-то из уже придуманной легенды. Если честно, сейчас на социальные связи сил нет - хотя все вокруг пытаются задать вопросы! Мануэль не сводит с меня красивых глаз. Пару раз снова улыбается - улыбка у него как у обаятельного молодого повесы! Но я только шиплю и ругаюсь, чтобы не думал говорить.
Афонсу тоже приходится идти с нами. Уж он этому не рад! На холмистом подъёме его настигает одышка и, чую, он уже проклинает свою ассистенку и весь сегодняшний день.
Его сеньорство поехал обратно на повозке, как положено…
Мне хочется подумать и о нём. Мозг цепляется за их стычку с Жулиану, за то, как надсмотрщик возмущался, что он-то на этой фазенде давно.
А Игнасио?
Два года назад меня покупал Жозе…
