Помощница антиквара (СИ) - Санд Амари

Клеймор на мгновение задумался, потирая гладко выбритый подбородок, затем его лицо осветила хищная усмешка.

— Сделаем так, — произнес он тоном, не терпящим возражений. — Туров будет получать процент как владелец лавки. А на твое имя я открою счет в банке с правом распоряжаться деньгами по достижения двадцати одного года. Золото послужит гарантией того, что ты будешь стараться.

— И какая мне выгода, если я не могу воспользоваться ими сейчас? — вопросительно повела бровью.

— Ты будешь жить! — Клеймор подался вперед, касаясь пальцами моей шеи.

Я почувствовала обжигающий холод, будто к коже приложили кусок льда, который мгновенно растаял и превратился с нестерпимый жар. В накрывшем меня видении, я увидела, как под пальцами бандита сформировалась багровая метка, которая тут же просочилась мне под кожу.

Судя по гадким мыслям Клеймора, как только магический паразит врастет в тело, он подчинит меня себе полностью. Снять такую метку без его ведома невозможно, на это способен только очень сильный маг. Сделав подлое дело, бандит расслабился. Теперь ему оставалось только ждать, когда я окажусь в его власти.

— Жду перевод завтра к вечеру! — Клеймор небрежно бросил на прилавок тот самый свиток, который я отказалась переводить. — Если мне понравится результат, на твой счет поступит десять золотых. Если нет… — прошелся по моей фигуре плотоядным взглядом, давая понять, что ничего хорошего меня не ждет.

Развернувшись, бандит направился к выходу, махнув своим дружкам. Тяжелая дверь лавки захлопнулась, оставив нас с Савелием в тягостной тишине разгромленного зала.

Я осторожно коснулась шеи, пытаясь нащупать метку, но она ушла так глубоко под кожу, что ее уже никак не обнаружить. Если бы я не увидела момент подселения, то ни о чем бы не подозревала до самого конца.

Кажется, план Ушакова сработал. Преступники клюнули на приманку, но чем это в итоге обернется, я даже не представляла.

Туров медленно поднялся с колен, отряхивая засаленный сюртук и заляпанные грязью штаны. Кажется, он не испытывал ни грамма раскаяния за то, что пытался продать меня, чтобы спасти свою шкуру. Наоборот, дядя уставился на меня с такой ненавистью, будто это я ворвалась в его жизнь с шайкой бандитов.

— Ну что, теперь ты довольна? — прошипел он, вытирая кровь с подбородка рукавом. — Видишь, что натворила, упрямая девка? Из-за твоей лжи в мою лавку заявился сам Клеймор! Ты хоть понимаешь, кто это? Он же нас обоих в порошок сотрет, если ты не сделаешь этот проклятый перевод! Ты подставила меня под удар, тварь неблагодарная!

— Я подставила? — возмутилась, чувствуя, как в груди все клокочет от негодования. — А, может, это вы решили нажиться на сироте, продав свиток за десять золотых и бросив мне жалкую подачку? Вы даже не пытались меня защитить! Сразу сдали Клеймору, стоило ему немного вас прижать. Не смейте обвинять меня в том, в чем виновата ваша собственная жадность.

Старик замахнулся, но я даже не вздрогнула.

— Только попробуйте, — процедила, глядя ему прямо в глаза. — Если со мной что-то случится, Клеймор не получит перевод. А вы наверняка знаете, как он поступает с теми, кто срывает его сделки. Сейчас я — ваш единственный шанс выжить, так что лучше замолчите и дайте мне работать.

Туров замер, бессильно опустив руку, в его глазах промелькнул страх перед превосходящей силой.

— Приберись здесь, — буркнул он ворчливо. — Чтобы к утру все блестело. И перевод приготовь, если не хочешь, чтобы я продал тебя Клеймору. Мне плевать, что он потом с тобой сделает. — Старик развернулся и, прихрамывая, побрел к лестнице на второй этаж, бормоча под нос проклятия.

Кто же знал, что все так обернется?

Я осталась одна посреди разгромленного зала, растерянно блуждая взглядом по разбитым статуэткам, сломанной мебели и разбитых предметов старины. Часть из них невозможно будет починить.

Мне следовало успокоиться и подумать, как быть дальше. Уборку я решила оставить на утро, потому что после трех считываний подряд у меня практически не осталось сил. Только адреналин помогал продержаться и не свалиться на пол от переутомления. Сейчас же шок понемногу отпускал, и меня накрывало предательской слабостью.

Еле доплелась флигеля, прямо в одежде рухнув на узкую кровать. Я всем нутром чувствовала, как внутри пульсирует метка, посылая волны тошнотворного жара по всему телу. Потянувшись к сундуку, я взяла кольцо, возвращая его на палец. В ту же секунду реальность изменилась, словно кто-то щелкнул выключателем и убрал мешающий жить шум.

Болезненные ощущения затихли, а магический жар метки потух, словно наткнулся на невидимую преграду. Кольцо каким-то образом блокировало попытки Клеймора захватить ментальный контроль над моим сознанием. Оно меня защищало!

Однако радость этого открытия омрачалась другой проблемой. Теперь я не могла прочесть даже строчки в книге по магии. Буквы превратились в набор бессмысленных закорючек.

— Проклятье, — прошептала я, чувствуя, как меня снова накрывает паника. — Если оставлю кольцо, то не смогу перевести свиток для Клеймора. Если сниму его — метка начнет прорастать глубже, усиливая контроль.

Что же делать?

Клеймор уверен, что подчинил меня, поставив свою метку. Он ждет результатов к завтрашнему вечеру, что дает мне небольшую отсрочку. Значит, я должна связаться с Ермаковым и сообщить, что приманка сработала. Неужели они не заинтересуются человеком со столь специфическими способностями? Даже если он не относится к заговорщикам, то имеет большой вес в преступном мире.

Всю ночь я провела в полузабытьи, прислушиваясь к шорохам за окном. Утром поднялась разбитой, умылась ледяной водой, пытаясь смыть остатки ночных кошмаров. Не помогло. На месте внедрения метки кожа оставалась чистой, но я точно знала, что она внутри и ждет своего часа, чтобы превратить меня в марионетку.

Туров тоже с самого утра суетился в лавке, подсчитывая убытки. Он попытался предъявить претензии по поводу беспорядка, но я быстро его осадила, пообещав все убрать до обеда. А сейчас, если он не планировал уморить меня голодом, следовало купить продукты и приготовить завтрак вместе с обедом. И неплохо было бы выделить деньги на подобные расходы.

— Иди, — старик скрипнул зубами и выдал несколько монет. — Но чтобы через полчаса была здесь!

— Разумеется! — фыркнула я. — Как пожелаете.

Оказавшись на улице, я жадно вдохнула прохладный воздух. Торговый квартал только просыпался: лавочники открывали ставни, разносчики газет выкрикивали заголовки, лоточники выставляли свои товары.

Я направилась прямиком к кофейне госпожи Кругловой. Колокольчик над дверью весело звякнул, возвещая о моем приходе. Внутри пахло свежим хлебом и корицей — запахами нормальной, мирной жизни, которой меня лишили.

— Доброе утро, Сашенька! — Елена приветливо улыбнулась из-за стойки. — Что будешь заказывать?

— Доброе! Мне, пожалуйста, чай с мелиссой, — постаралась улыбнуться и вести себя как обычно.

Я прошла в дальний конец зала и села за тот самый столик у окна, скрытый за пышными кустами фиалок. Дождавшись, когда Елена отвлечется на другого клиента, я осторожно вытащила из рукава заранее приготовленную записку и подсунула ее под днище второго горшка.

Теперь оставалось только ждать и надеяться, что Ермаков среагирует быстро. Я медленно пила чай, чувствуя, как мелисса успокаивает нервы, но тревога никуда не уходила. Каждый входящий в кофейню посетитель заставлял меня вздрагивать. Я в каждом человеке видела потенциального шпиона Клеймора или агента Канцелярии.

Закупив продукты, я вернулась в лавку и занялась приготовлением обеда. Старику на завтрак пожарила яичницу и заварила чай на травах. Сварив котелок щей, оставила их томиться на медленно остывающей плите, а сама принялась за уборку.

Я терла полы, расставляла уцелевшие книги, сгребала мусор в совок и старалась не думать о том, что через несколько часов мне придется снять кольцо и снова ощутить противное воздействие метки Клеймора.