Наконец мы прибываем в дом Монтейнов.
Слуги суетятся, накрывая столы. Барон Симус чуть не лопается от радости, завидев меня. Я оплатил долги его сына, но предупредил, что больше не буду делать этого.
— Лилиана так ждала вас, милорд, — лебезит барон.
Когда я вижу свою невесту в белоснежном платье, похожем на легкую морскую пену, то на мгновение застываю. От Лилианы можно ослепнуть, как от яркого солнца в горах. Тонкая талия, подчеркнутая ажурным поясом, миндалевидные глаза, темные волосы, убранные под нежную вуаль, вишневые губы, которые хочется целовать, пить из них аромат жасмина…
— Красавица, — мой дракон урчит, как огромный кот.
Не удержавшись, целую ей руку, и девушка опускает глаза.
Но я сразу вижу, что Лилиана встревожена. Барон лгал, что она меня ждала.
Почему она бледна и напряжена? Боится брачной ночи? Я буду нежен с ней и не обижу. Марика тоже боялась первой близости, но потом отвечала на мои ласки.
Зверю не нравится, что я вспоминаю о первой жене рядом с истинной. Мой дракон собственник.
Нас проводят в зал, и Лилиана садится рядом со мной за стол.
Я почти не замечаю других людей, собравшихся в зале. Их голоса кажутся мне шумом морского прибоя. Ощущаю только Лилиану рядом с собой.
— Храмовник задерживается, милорд, — сообщает барон Монтейн.
— Браслет… — вдруг шипит дракон.
— Где ваш браслет, леди Лилиана? — спрашиваю невесту.
Девушка вздрагивает.
— Он в моей комнате, милорд. Я сейчас схожу за ним, — говорит она и выходит.
— Иди за ней, — ворчит дракон, но я остаюсь на месте. Не дело — преследовать невесту, как хищник.
Проходит несколько минут, я начинаю ловить недоуменные взгляды.
— А где Лилиана, милорд? — с тревогой спрашивает баронесса Элоиза.
— Ей нужно было выйти ненадолго.
Она подзывает к себе служанку и шепчет:
— Скажи леди Лилиане, чтобы поторопилась.
Барон Симус, подвыпив, громко рассказывает про нового жеребца, которого он купил в столице.
Мои кузены переглядываются — они тоже почуяли неладное.
Запыхавшаяся служанка возвращается, подходит к баронессе и что-то шепчет ей. Лицо хозяйки начинает покрываться красными пятнами.
Она прерывает разглагольствования супруга.
— Симус, дорогой, позволь тебя украсть на минутку.
Она вытаскивает мужа из праздничного зала.
Дракон беспокоится, он бьется внутри, как в клетке. Встав из-за стола, я выхожу вслед за Монтейнами и успеваю услышать:
— Ее нигде нет, Симус.
Мой зверь рычит.
— Где леди Лилиана, госпожа? — спрашиваю я баронессу.
— Мы сейчас ее поищем, милорд Эмберт.
— Она, наверно, перенервничала, обычное дело для невесты, — неуверенно говорит Симус Монтейн, но я чувствую в его словах страх.
— Я сам посмотрю.
Я знаю, где ее комната, найду ее с закрытыми глазами, идя на аромат жасмина.
Меня пытаются удержать, но я отстраняю всех.
Распахиваю дверь, подхожу к деревянному сундуку и распахиваю его. В нем лежит белоснежное платье невесты, расшитое мелким янтарем. Белый — цвет невинности и нежности. А моя невеста сбежала, прихватив с собой мой родовой браслет.
Мой зверь в ярости, ему хочется разрушать. Я боюсь, что если я превращусь в дракона, то прольется кровь.
Я зову Торгена. Я доверяю ему, как себе, к тому же мой зверь сейчас плохой советчик.
— Похоже, леди Лилиана сбежала, — выдавливаю я, скрипя зубами.
Кузен приподнимает бровь и присвистывает.
Если он сейчас начнет шутить, то ему несдобровать.
Хорош глава Янтарного дома, от которого сбежала невеста, истинная с родовым браслетом!
Стискиваю зубы от ярости.
Торген хмурится.
— Помнишь, мы видели ее на дороге? Давай я с Гаем и Ройсом отправлюсь в ту сторону.
— Я с вами.
— Нет, Эйгар, ты останешься здесь. Если ты обратишься, можешь навредить ей и другим.
Я понимаю, что он прав.
— Скажите гостям, что леди Лилиане внезапно стало плохо, — приказываю я, и баронесса поспешно кивает.
Гости по-прежнему шумят в зале, играют лютни и скрипки.
Зверю хочется разнести здесь все, но я сдерживаю его, нельзя сейчас давать волю дракону.
Барон Симус бледен как полотно.
— Милорд, я не могу поверить, что она... — бормочет он, — какой позор…
Я и сам не могу поверить. Зверь беснуется, он в ярости, мне все трудней его сдерживать.
Пальцы на моих руках искривляются, на них проступают когти.
Барон в ужасе отшатывается и, спотыкаясь, бежит от меня прочь.
Я выхожу из дома, чтобы обуздать дракона. Без браслета сделать это сложнее, но наконец зверь успокаивается и затихает. Я по-прежнему его лорд.
Наконец я замечаю всадников на дороге. За ними едет повозка в сопровождении кучки стражников.
Кузены спешиваются. Из повозки выходит Лилиана, опустив голову. На ней простое дорожное платье.
— Мы нашли ее, милорд, — хмуро говорит стражник.
— Неблагодарная дрянь! Потаскуха! — кричит барон Симус Лилиане. — Ты опозорила всех нас перед милордом Эмбертом!
Он замахивается на нее, но я перехватываю его руку и рычу:
— Никому, кроме меня, не позволено трогать мою женщину! Я сам накажу ее так, как сочту нужным.
18
В комнату входит невысокий седой человек.
— Милорд, вам пора принимать лекарства, — он замирает, уставившись на меня.
— Морис, познакомься с миледи Лилианой эш Эмберт, супругой нашего лорда, — говорит Торген.
Лекарь неуверенно кланяется:
— Миледи…
Морис ставит поднос со снадобьями на маленький столик и торопливо уходит.
Лорд Эмберт рывком приподнимается на ложе, опираясь на подушки. Его лицо побелело, на висках блестят капельки пота.
— Торген, раз уж ты взялся распоряжаться в моем замке, позови управляющего!
Его кузен выходит, и я остаюсь наедине с мужем. Его янтарные глаза дракона ожигают меня как пламя.
Я вспоминаю рассказы деревенских женщин в монастыре о нападении чудовищ, о том, что если бы не драконы, все люди там бы погибли. Хочется поддержать его.
— Мне жаль, что вас ранили, милорд.
— Мне не нужна твоя жалость, — резко обрывает он.
— Тогда зачем я здесь?
— Хочешь обратно в монастырь?
Вот и поговорили.
Видно, что он злится, и я застываю в молчании.
К счастью, в комнату входит крупный мужчина лет пятидесяти в темной одежде. Единственное его украшение — крупный янтарь в серебре, висящий на цепи на груди. Его седые волосы собраны сзади в хвост.
— Вы хотели видеть меня, милорд? — он склоняет голову.
— Астер, это моя жена, миледи Лилиана. Отведи ей комнату.
Светлые глаза управляющего выдают изумление, которое он тщетно пытается скрыть. Его взгляд скользит по моему монастырскому платью и грубой обуви.
— Прикажете подготовить покои миледи Марики?
— На твое усмотрение, — равнодушно отвечает муж.
— Еще будут распоряжения, милорд?
— Как только приедут Гай и Ройс, сразу сообщите мне.
— Прошу следовать за мной, миледи, — тихо говорит Астер.
Он выводит меня в коридор и останавливается возле двери напротив спальни лорда.
— Сейчас прикажу застелить постель, миледи, и позову служанок, — он распахивает дверь, зажигает масляную лампу и уходит.
Я несмело захожу в просторную комнату, роскошно обставленную. Видимо, это все же покои первой жены. Широкая кровать с балдахином, за небольшой дверью — мраморная белоснежная ванная и уборная. Шкафы с причудливой позолотой, диваны и кресла, туалетный столик и большое зеркало в деревянной резной раме. Эта комната, наверно, больше, чем главный зал в имении дяди Симуса. Пол устлан толстым цветным ковром, в углу мраморный камин.
Везде — идеальная чистота.
Вскоре две молодые женщины в одинаковых синих платьях приносят ведра с горячей водой и наполняют ванну. Я чувствую на себе их любопытные взгляды. Они похожи, как сестры.
— Ванна готова, миледи, вам помочь? — спрашивает одна из них.
