— И еще, милорд. Там есть женщина, Агнес, она ждет ребенка. Ей особенно нужно хорошо питаться…
Лорд лишь кивнул и велел следовать за собой.
В столовой за огромным овальным столом уже сидело трое его кузенов и моя свекровь, леди Леарда. Сегодня на ней было алое платье со свободно спадающими рукавами, расшитое золотой нитью. Я почувствовала, как несколько пар янтарных глаз оценивающе смотрят на меня.
Также с краю стола примостился лекарь Морис. кажется, он единственный глядел на меня с теплотой.
— Рад всех видеть в Янтарном Гнезде за моим столом, — сказал Эйгар, усаживая меня рядом с собой.
— Да продлятся ваши дни, милорд, — отозвались мужчины.
— Я рад, что тебе лучше, Эйгар, — искренне ответил Торген.
Служанки проворно ставили на стол вкусные на вид блюда, сервировка была изысканной, но чувствовалось напряжение, витавшее в воздухе.
Леди Леарда пронзала меня взглядами, аккуратно разрезая кусочки прожаренного мяса.
Кланяясь, в столовую вошел управляющий Аспер.
— Милорд, прошу прощения, срочные вести из монастыря.
Все взгляды устремились на Аспера.
Эмберт жестом разрешил ему говорить.
— Сестра-настоятельница Аглая просила передать, что в монастыре вспыхнула горная лихорадка. Уже несколько заболевших…
Я оцепенела, вспомнив Агнес и женщин с детьми. Неужели они обречены? Мои родители умерли от этой болезни, и сама я чудом выжила тогда.
Торген неожиданно вскочил. Я с изумлением смотрела, как его пальцы и лоб покрываются рябью чешуек.
— Я немедленно отправляюсь туда! Гай и Ройс, вы только что с дороги, а ты, Эйгар, недавно встал на ноги и не сможешь быстро обернуться. Морис, собирай свои снадобья! Мы должны успеть до полудня добраться туда.
28
— Не понимаю, куда Торген сорвался? — поморщилась леди Леарда, изящно отрезая ножом кусок мяса и отправляя его в рот.
Я невольно обратила внимание на запястье ее правой руки — там переливалась искрами причудливая золотистая вязь. Видимо, та самая метка истинности, которую миледи Эмберт тщетно искала на моей коже.
— Я тоже отправляюсь в монастырь, у меня появились вопросы к настоятельнице, — заявил муж, отодвигая тарелку.
— Но вы еще не здоровы, милорд! Это опасно! — вырвалось у меня.
Все глаза драконов устремляются на меня.
Осуждающие, изумленные, холодные.
Что я сказала такого? Может быть, они ожидали, что я буду куклой сидеть за этим столом?
— Твоя леди совершенно не понимает наших обычаев, — усмехается свекровь, бросая на меня колкий взгляд.
Эйгар улыбается и легко накрывает мою ладонь своей и смотрит мне в глаза.
Я замираю.
— У нас не принято говорить при других, что глава рода ослаб. Но мне приятно, что моя супруга волнуется обо мне, — произносит он, обводя взглядом родственников.
За столом воцаряется на несколько мгновений тишина.
— Какая разница, Эйгар, что случится с этими людьми? — пожимает плечами Леарда. — Надо просто запереть монастырь на месяц. Кого боги пощадят, тот и выживет. — С этими словами она с наслаждением отправляет в рот еще один кусочек мяса.
Я вспоминаю Агнес, Гленну, светловолосую малышку Мию, детей и других женщин из монастыря. Неужели они заслужили смерть?
— Драконы никогда не болеют горной лихорадкой, миледи, — мягко произносит лекарь. — Так же как и те, кто уже переболел ей.
Он отодвигает свой стул и кланяется.
— Прошу прощения, мне нужно собираться.
Они выходит из столовой.
Значит, мне эта напасть не страшна?
— Мне нужно срочно поговорить с господином Морисом, милорд ! — я выбегаю вслед за лекарем.
Вслед мне доносится холодный голос свекрови:
— Никакого воспитания…
Но мне некогда слушать леди Леарду.
— Господин Моррис! — окликаю я целителя. — Скажите, а вы сами не боитесь?
Он чуть заметно усмехается.
— Я поцелованный горной смертью, миледи, так у нас называют эту болезнь. В детстве она забрала всех моих родных, остался только я. Потому, наверно, я и стал целителем. Те, кто пережил эту хворь, больше не заразятся, поэтому я не боюсь.
— Господин Моррис, я тоже переболела в детстве! Я знаю, как это тяжело. Прошу, возьмите меня с собой! Я помогу ухаживать за больными, готовить отвары, делать все, что вы скажете! — горячо убеждаю я его.
— Я не могу взять вас без позволения милорда. Да и поедем мы не верхом — полетим на драконе.
— Ты скоро, Моррис?! — рявкает Торген, показываясь из глубины коридора.
— Одну минуту, милорд!
Я с изумлением смотрю на Торгена.
Его лицо исказилось — кожа покрылась переливающейся чешуей, зрачки сузились в вертикальные щелочки, а на пальцах появляются когти. Он выглядит одержимым. Чудовищем.
— Сейчас, милорд! — кивает Моррис и говорит тихо: — Простите, миледи, мы очень. спешим.
Я почти уверена, что Торген волнуется и торопится из-за Агнес. Вспоминаю, как странно он смотрел на беременную женщину, пугая ее.
Но он может помочь всем, привезя лекаря.
Мне нужно поговорить с мужем, убедить его, но в столовой уже никого нет, только служанки убирают со стола.
Где искать Эйгара? Я совсем не знаю этот огромный замок и иду по длинному коридору, наугад поворачивая налево.
Мне повезло, за одной из закрытых дверей я слышу голос леди Леарды:
— Сын, ты слишком доверяешь Ройсу. Ты зря так приблизил его к себе, он второй по крови в Янтарном Гнезде.
— Матушка, он мне как брат, — отвечает Эйгар.
— Твой брат умер, потому что был слабым!
Дверь резко распахивается, и выходит муж. Он выглядит рассерженным.
— Она подслушивала! — возмущенно восклицает свекровь, указывая на меня.
— Извините, миледи, но мне очень нужно поговорить с мужем!
Кажется, я впервые называю Эмберта так.
— Что ты хотела?
Он распахивает дверь комнаты напротив и заводит меня туда.
Стены увешаны гобеленами и вышивками, на полу мягкий яркий ковер, но мне некогда рассматривать красивое убранство.
— Говори, — нетерпеливо велит муж.
— Я хочу поехать с вами в монастырь, милорд.
— Об этом не может быть и речи. Ты останешься здесь с моей матерью и будешь ждать моего возвращения.
— Я не хочу просто сидеть в замке с леди Леардой! Я желаю быть полезной, милорд, помогать лекарю Морису. Я месяц жила в этом монастыре. Там женщины и маленькие дети. Может быть, кому-то из них удастся помочь!
— Нет.
Голос лорда звучит холодно. Неужели ему все равно?!
— Умоляю вас, Эйгар, возьмите меня с собой! Эти люди — ваши подданные. Неужели вам все равно?!
Мой голос звенит, на глаза наворачиваются слезы. Я кусаю губы от волнения.
Эйгар смотрит на меня тяжелым нечитаемым взглядом.
— Я хочу поехать верхом по короткой дороге. Там не проедет карета.
— Я умею ездить верхом, милорд! В Предгорье я часто каталась на лошади.
Неожиданно он сдается.
— Собирайся, Лилиана, скоро выезжаем.
— Спасибо, милорд!
Мне не верится, что я сумела одержать непростую победу.
Через час из Янтарного замка выезжает небольшой отряд. Мы с мужем, Ройс с Гаем и шесть воинов в доспехах.
Я подставляю лицо теплому встречному ветерку и улыбаюсь, глядя на горы впереди. Впервые за последние недели я чувствую себя почти свободной.
29
Если в Предгорье я не спеша каталась по окрестностям на смирной кобыле, но сейчас подо мной была крепкая лошадь, скачущая рысью. Эйгар держался рядом, посматривая на меня. С дороги отряд свернул на узкую тропку, останавливаясь ненадолго в пути, чтобы дать отдых лошадям. Уже через несколько часов моя спина заныла, бедра казались каменными, а на ягодицах наверняка появятся болезненные синяки, но я, стиснув, зубы старалась держаться в седле прямо.
Мы пару раз переправлялись через узкие, но бурные горные речки, поднимались и опускались по склонам. К вечеру наконец впереди показалась маленькая деревушка, десятка два домов. Эйгар приказал остановиться и помог мне слезть с лошади.
