Звезданутый Технарь (СИ) - Герко Гизум

Его полет был недолгим, но весьма эффектным и сопровождался отборной руганью.

— Лети, птичка, там тебя ждут пустые бочки! — я не удержался от победного выкрика.

Бандит влетел прямиком в открытый грузовой отсек, где горой были навалены канистры и бочки разных размеров, так же какие-то, подозрительно аккуратные и опрятные контейнеры, выставленные рядами и надежно закрепленные. Звук столкновения был похож на падение горы металлолома в пустой ангар, и прежде чем он успел сообразить, как пользоваться инерцией в невесомости, я рванул к рычагу шлюзовой перегородки. Пальцы с силой нажали на сенсорную панель, и тяжелая электронная дверь с шипением отсекла жилой модуль от грузового, блокируя нашего гостя в темноте.

— Мири, возвращай гравитацию, а то меня сейчас вывернет прямо на приборную панель!

— Слушаюсь, Ваше Тошнотное Величество, — хмыкнула она, восстанавливая питание магнитных плит.

Я грохнулся на пол, больно ударившись копчиком, но это было самым приятным падением в моей жизни, ведь теперь я был полноправным хозяином этого корыта. Быстро поднявшись, я перепрыгнул через кучу мусора и буквально рухнул в кресло пилота, которое встретило меня запахом старой искусственной кожи и натурального пота. Панель управления перед глазами вспыхнула десятками датчиков, большинство из которых горели тревожным желтым, но для меня это сияние было прекраснее любого заката на Земле.

— Так, Роджер, время играть по-крупному, — я начал вводить код активации маршевых двигателей.

— Система «Протон-М» готова к запуску, хотя я бы назвала это «Протон-Может-Быть-Взорвется», оператор дока считает, что разрешение у нас есть. — Мири вывела на главный экран шкалу прогрева сопел.

Я активировал предпусковую продувку камер сгорания, и катер мелко задрожал, словно старый пес, почуявший след дичи. Датчики давления в топливных магистралях поползли вверх, а гул реактора холодного синтеза перешел в уверенный низкочастотный рокот, от которого вибрировала каждая кость в моем теле. Нужно было действовать быстро, пока станционные службы не поняли, что «Мусорный барон» решил отправиться в несанкционированный круиз.

— Поехали! — я с силой передвинул рычаги управления тягой в положение форсажа.

Корыто задрожало, как в лихорадке.

— О, Роджер, поздравляю! — Мири возникла прямо на центральном мониторе, картинно всплеснув руками. — Только что в моей базе данных разблокировалось новое достижение, «Великий угонщик звездолетов». Ты теперь официально входишь в список самых разыскиваемых неудачников этого сектора. Твой портрет скоро будет украшать каждый терминал, и, честно говоря, на том снимке с камер наблюдения у тебя очень глупый вид. Может, стоит немного подправить прическу перед тем, как нас расстреляют?

— Очень смешно, Мири, просто обхохочешься, — проворчал я, вытирая пот со лба.

— Я не шучу, дорогуша. Ты только что украл собственность синдиката на глазах у всей станции. Это не просто административный штраф, это путевка в один конец на рудники Астероидного пояса, если мы не уберемся отсюда в ближайшие пять минут. Твой статус преступника галактического масштаба подтвержден, а я уже начала подбирать нам стильные полосатые костюмы. Поторопись перекусить, а то тюремная диета плохо скажется на твоем цвете лица.

— Пристегнись, искин, сейчас начнется самое интересное. — Я протянул руку к главной консоли управления, но тут же наткнулся на препятствие.

Экран вспыхнул ядовито-красным, и механический голос, лишенный всяких эмоций, холодно изрек, «Ошибка доступа. Требуется биометрическое подтверждение владельца. Пожалуйста, приложите сетчатку глаза к сканеру». Я чертыхнулся, глядя на мутный объектив оптического сенсора, который явно ожидал увидеть там налитый кровью глаз того амбала, а не мою честную физиономию. Эти системы безопасности старого образца были тупыми как пробка, но чертовски упрямыми, когда дело доходило до защиты чужого имущества.

— Мири, они заблокировали управление! — воскликнул я, лихорадочно копаясь в карманах.

— Кто бы сомневался, Роджер. — Она закатила глаза. — Ты думал, что они оставят ключи под ковриком? Эта модель «Глаз-Алмаз 2.0» защищена лучше, чем твой диплом в академии. Нам нужно либо вернуть того джентльмена из грузового отсека и вежливо попросить его одолжить глаз, либо тебе придется проявить чудеса инженерной мысли. И я настоятельно рекомендую второй вариант, потому что первый включает в себя много крови и очень мало шансов на вылет.

Я выхватил свой мультитул «Мастер-Ломастер» и одним резким движением сорвал декоративную панель сканера.

Внутри обнаружилось сплетение тончайших оптоволоконных нитей, похожих на светящиеся волосы какого-то цифрового монстра. Мои пальцы, привыкшие к грубому металлу, теперь должны были действовать с изяществом ювелира-садиста, чтобы обмануть эту железку. Я выудил из рюкзака самодельный переходник с разъемом типа «универсальный взломщик», который собрал еще на втором курсе для обхода защиты в столовой академии. Тогда это помогло мне получить лишнюю порцию синтетического бекона, а сейчас от этой кустарной поделки зависели моя жизнь и свобода.

— Подключаю обходной мост через системную шину, — прошептал я, стараясь не дышать.

Я аккуратно замкнул два контакта на плате оптического сенсора, пуская ток в обход логического затвора, и почувствовал, как металл переходника едва заметно нагрелся. Нужно было синхронизировать частоту передачи данных с тактовым генератором катера, иначе система просто сожжет мой питбой коротким замыканием. Я подкрутил маховик на мультитуле, выставляя значение в 4.4 гигагерца, и вставил штекер в сервисный порт, который стыдливо прятался за грудой проводов.

— Давай, Мири, хватай управление за горло! — скомандовал я, видя, как полоса загрузки поползла по экрану.

— Вхожу в систему через заднюю дверь, Роджер! — Ее голос стал звучать более уверенно и глубоко благодаря новому ядру. — О, боги, тут в коде столько костылей, что я чувствую себя в больнице для престарелых роботов. Протокол шифрования уровня «детский сад», они даже не удосужились обновить драйверы безопасности. Сейчас я покажу этому корыту, кто здесь настоящая хозяйка положения. Держись крепче, я перехватываю управление периферией.

На главном экране вдруг появилась огромная, пульсирующая надпись неоновым шрифтом, «Сопротивление бесполезно». Это был фирменный почерк Мири, и я не смог сдержать кривой ухмылки, понимая, что мы только что пробили брешь в обороне бандитов. С консоли исчезли все красные предупреждения, сменившись строгими рядами данных о состоянии систем, и катер, наконец, признал во мне своего временного, пусть и не совсем законного, капитана.

— Мы внутри! — радостно воскликнул я.

— Не радуйся раньше времени, ковбой, — Мири вывела на радар схему станции. — Службы безопасности только что объявили высший уровень тревоги. Смотри на эти маленькие красные точки — это патрульные дроны, и они очень хотят познакомиться с нами поближе. Теперь ты официально вне закона, Роджер, и у нас на хвосте весь гарнизон этой дыры. Наслаждайся своим новым статусом, пока нас не превратили в космическую пыль.

— Это только добавляет азарта, не находишь? — Я схватился за штурвал, чувствуя, как холодный металл придает мне уверенности.

Двигатель катера отозвался на мои манипуляции тяжелым, надрывным ревом, больше похожим на кашель курильщика со стажем, чем на песню мощного реактора. Приборы показывали, что давление в гидравлике прыгает, как пульс у марафонца, а правый маршевый двигатель выдает лишь восемьдесят процентов мощности. Это было то еще приключение — пытаться управлять «Лишним Процентом», который, судя по всему, держался на честном слове и слое старой краски.

— Давай, детка, не подведи меня сейчас! — Я плавно потянул штурвал на себя, выводя катер с посадочного места.

Катер дернулся, сбивая пару пустых ящиков, и неуклюже развернулся в тесном пространстве дока, задевая крылом массивную опору. Гул в кабине стал невыносимым, но я чувствовал каждое движение машины, словно это были мои собственные мышцы, благодаря нейро-интерфейсу, который теперь работал на пределе. Мы скользили между огромными грузовыми контейнерами, которые в полумраке ангара казались застывшими левиафанами, готовыми раздавить нас при малейшей ошибке.